Шарлатанка - Аманда Скенандор

и Тусии захотелось его ударить. – Понимаешь, неожиданно возникла заминка в нашем плане побега, и тогда ни в чем неповинный охранник лишился жизни. Даже не представляю, как Дарл успокаивает свою совесть все эти годы.

Тусия чувствовала, что Дарл рассказал ей не все той ночью, когда она пришла к нему в палатку. Но убийство?

Ее снова замутило.

– Не может… Он бы не…

– Это истинная правда, уверяю тебя.

Он снял перчатку и посмотрел на свои ногти, показывая, что устал спорить.

– Кстати, он не единственный рискует угодить сюда. Лоуренс, Фанни, Кэл… У них у всех темное прошлое.

Хьюи велел кучеру ехать дальше.

– Ты этого не сделаешь. Кто тогда будет выступать?

– Незаменимых людей нет, дорогуша.

– Так замени меня! Отпусти!

– Но ты еще не уплатила свой долг.

– Уже даже слишком переплатила, и тебе это прекрасно известно. Неважно, что у тебя там записано.

Тусия выдернула из головы волос, потом еще и еще один. Хьюи схватил ее рукой за запястье, вонзив ногти в кожу.

– Ты куда красивее без залысин. А сейчас это имеет для меня значение, знаешь ли.

Кеб выехал на Почтовую улицу, показались знакомые бары и бордели, полные посетителей.

Тусия пыталась придумать, как ей выбраться из этой ловушки, должен же быть какой-то выход! Но чувствовала себя так, словно весь мир был против нее – и цокот лошадиных копыт, и музыка, доносящаяся из окон, и даже стук ее собственного сердца.

– Ну не надо быть такой унылой, – сказал Хьюи. – Все могло быть гораздо хуже. Только подумай, что бы с тобой стало, если бы я не вытащил тебя из той убогой квартирки. Тоби отправили бы в лечебницу, а ты… – он многозначительно взглянул на один из борделей. – Кто знает, что бы с тобой сталось? Ну правда, ты должна постараться быть хоть немного благодарнее.

Он стиснул ее запястье, потом отпустил его и натянул перчатку. В этот момент они подъехали к пансиону.

Дарл сидел на крыльце рядом с зажженной лампой и строгал кусок дерева. У Тусии при виде него сжалось сердце. Что будет, если его арестуют? Его отправят в Теннесси в кандалах? Или будут судить за убийство и приговорят к повешению?

Его руки замерли при их появлении, и он поднял голову, но Тусия не смогла встретиться с ним взглядом. Позади него в освещенном окне виднелась Фанни, она читала книгу Тоби и Алу, сидевшим рядом с ней. Что станется с ней и Кэлом?

Грудь Тусии пронзила острая боль, будто лошадь лягнула ее и сломала грудину. Если бы она до этого ела, то ее непременно бы стошнило.

Хьюи вылез из кеба и подал ей руку.

– Ну же, ты выходишь?

Тусия подобрала подол и спустилась сама. Хьюи усмехнулся и пошел к дому, а она осталась стоять у дороги. У крыльца они с Дарлом обменялись неприветливыми взглядами. Только когда Хьюи скрылся из виду, Тусия смогла двинуться с места.

Дарл встал ей навстречу.

– Что случилось? Он что-то тебе сделал?

Тусия покачала головой.

Он попытался взять ее за руку, но она отняла ее.

– Не надо. Мы не можем.

– Не можем что?

– Ничего не можем.

Она хотела подняться по ступенькам, но Дарл обнял ее за плечи. От него, как обычно, пахло стружкой, льняным маслом и мылом, и Тусия отвернулась, чтобы не лишиться воли от этого запаха.

– Дарл, прошу.

– Хьюи это не касается. Если он против того, что мы делаем, он может…

– Дело не в Хьюи!

Тусия высвободилась.

– Дело во мне. Я… Я устала от этого. Это была глупая интрижка, и теперь все кончено.

Дарл отступил на шаг. Боль, отразившаяся на его лице, сделала ее собственную еще более резкой. Она ненавидела себя за то, что лжет ему, но правда только толкнула бы его на безрассудство. И ведь она должна была защитить не только его.

– Ты же не серьезно, – сказал он.

– Серьезно.

– Ну так для меня это не интрижка никакая. Я люблю тебя.

Тусия перестала дышать, потеряла дар речи. Он любит ее? Ее, с расстроенными нервами и залысинами? Темным прошлым и вечным долгом?

Да, он любил ее. А она любила его. Каждой клеточкой своего тела.

Она жаждала упасть в его объятия и тоже сказать ему, что любит. Но вместо этого она сделала равнодушное лицо и крикнула:

– Я не люблю тебя!

Она метнулась мимо него по ступенькам.

– Тусия…

– Оставь меня, черт побери!

Она распахнула дверь и дала ей захлопнуться.

Когда Тусия оказалась внутри, Тоби позвал ее из гостиной. Она не могла смотреть на него, в глазах стояли слезы. Он подбежал и вцепился в ее подол. «Мама, мама», – заговорил он, потом что-то про ужин и Кита и о том, что хочет завтра снова пойти на пляж. В дверях гостиной появилась Фанни и тоже что-то сообщила о Тоби. Кажется, о том, что он устал, но отказывался ложиться спать, пока она не придет.

Тусия кивнула. Она погладила сына по голове, но он продолжал виснуть на ней.

С другой стороны комнаты на них с самодовольным видом смотрел Хьюи.

– Завтра извинишься перед мистером Дарби за свою несдержанность, и мы отрепетируем нашу маленькую операцию.

Он сверкнул глазами на Фанни, потом перевел взгляд на Тусию. Его фиалковые глаза смотрели пристально и выжидающе.

Тусия заставила себя кивнуть.

– Хорошо. Первых клиентов примешь в воскресенье вечером.

Он улыбнулся и пошел наверх.

Фанни спросила, все ли хорошо. Тоби нетерпеливо скакал вокруг, повторяя: «Мама. Мама. Мама».

Как же она дошла до этого? Как оказалась настолько далеко от той жизни, о которой мечтала? Все было ошибкой, все. И вера в то, что она сможет стать врачом. И вызов, брошенный доктору Аддамсу. И то, что она впустила Хьюи в свою жизнь, да и не только Хьюи, а Лоуренса, Ала, Фанни, Кэла и Дарла.

Дарл.

Жалящая боль растеклась из груди по рукам, ногам, голове. Она слишком многого хотела. Надо было держаться за свой маленький мир.

Тоби дергал ее за юбку.

– Я хочу опять пойти на пляж.

– Завтра не получится, – ответила она.

– Мне нужны еще ракушки.

– Завтра не получится, – повторила Тусия.

– Я хочу еще ракушек!

– В другой раз.

Тоби стал топать и кричать, и от этого у Тусии возникло такое ощущение, будто ей в мозг вонзаются иглы.

– На пляж! На пляж! На пляж!

Тусия оторвала его руки от юбки и ударила по лицу. Звук пощечины щелкнул на всю комнату.

Фанни ахнула. Тоби затих. Мгновение он смотрел на нее вытаращенными глазами, раскрыв рот, а потом зарыдал.

Боже! Что же она наделала!

Тусия обняла его,