О личной жизни забыть - Евгений Иванович Таганов

— У меня денежная заначка была в Москве припрятана. Я ее забрал, заодно и по таксофону позвонил.

— И только тогда узнал, что твой друг в беде? — пытливо уточнил инструктор. Эти мелкие придирки раззадорили Алекса. И он решил еще больше приоткрыться, чтобы посмотреть, как это подействует.

— Я узнал, что мою девушку из-за меня взяли в заложницы и сильно пытают. Назначил этим товарищам встречу, и мы немного постреляли друг в друга.

Стас молчал, ожидая продолжения. Алекс же делал вид, что сообщил исчерпывающие сведения.

— А где взял ствол?

— Он у меня вместе с баксами лежал. Подарок от моего предыдущего куратора.

— Сколько их было и кто они?

— Я забрал их паспорта и удостоверения. Потом можно будет навести справки.

— Как то есть забрал? Они так тебе и отдали? — Простодушные вопросы вырвались из Стаса помимо его воли.

Алекс не ответил, просто выразительно посмотрел. И инструктор понял.

— Ты хочешь сказать?..

— Да… Я еще мобильники и деньги у них забрал. Часы, правда, постеснялся снимать.

Стас медленно переваривал услышанное: сначала «фабзаец» с ресторанной дракой, теперь еще этот мочила!

— А девушка что? — вспомнил он.

— Девушка в порядке. Провожала потом меня на вокзал.

— Значит, она при всем этом присутствовала?

— Ну да.

— А о твоем новом положении она в курсе?

— Не-а. С какой стати?

— И что, ты намерен с ней встречаться и дальше?

— Абсолютно нет.

— Почему?

— Не могу точно сформулировать. Подумать надо…

Хорошо обо всем этом поразмышлять предстояло и Стасу. В своем отчете Яковенко он уже написал, что Копылов подвергся уличному нападению с применением огнестрельного оружия. Теперь надо было либо придерживаться случайности этого нападения, либо раскручивать расследование по полной программе о самовольном выезде Алекса в Москву и его столичных разборках. Заносить же такое расследование в личное дело Алекса значило поставить большой жирный крест на всей его дальнейшей карьере. А не сообщать — это уже становилось должностным преступлением самого Стаса.

К счастью, до следующего отчета оставалось еще два дня, и можно было еще несколько раз все хорошо обдумать.

Глава 17

Смыгу и Грибаева по-настоящему хватились только на третьи сутки. Забрав у подручных Лавочкина мобильники, Алекс вырубил у них звук, но оставил включенными, поэтому двое суток, пока не кончилась зарядка, телефоны успешно выбрировали в квартире Копылова, лишь дико раздражая звонивших своим полным молчанием.

На третий день мобильники работать перестали, и разъяренный Лавочкин поднял на ноги весь отдел, чтобы найти нерадивых сотрудников. Обращение к Юле ничего не дало.

— Да, три дня назад они были у меня, — отвечала в соответствии с инструкциями Алекса Юля. — Потом позвонил Копылов; тот, что Костя, поговорил с ним, и они поехали встречаться с Алексом. Куда? Я не знаю. Алекс мне больше тоже не звонил.

Проверка подтвердила в означенное время два звонка с таксофонов на ее телефон.

Нашли горе-топтунов в одном из районных моргов совершенно случайно. Без документов, в простой и не самой свежей одежде, Грибаева и Смыгу едва не постигла участь никем не востребованных трупов бомжей.

Лавочкин самолично приехал на опознание вместе с новым помощником, спущенным ему сверху Аникеевым.

Работник морга вытащил из холодильника оба трупа. Они лежали на оцинкованных столах совершенно голыми, демонстрируя зрителям все достоинства и недостатки своих бренных оболочек.

— Да, это они, — мрачно констатировал Лавочкин. — А это что? — Он указал на ранку на шее Смыги.

Работник морга внимательно осмотрел ранку.

— Какой-то острый предмет. Сантиметра на три в глубину. Типа карандаша или шариковой ручки. Его воткнули уже после пулевого ранения. Я не знаю, что это значит.

Помощник стоял с зеленым лицом, вполне готовый к рвотным позывам. Свирепый взгляд Лавочкина заставил его воздержаться от дамского недомогания.

— Спасибо, мой помощник сообщит, что надо будет сделать, — сказал шеф безопасности «Элиса» служащему.

— Даже не жаль этих придурков, — заметил Лавочкин помощнику, когда они уже садились в машину. — Не стали даже сообщать, что поехали на встречу с пацаном. Надеюсь, ты не повторишь их ошибок?

— Я вообще-то по оперработе не специализировался. Мой профиль — аналитика, — сдержанно возразил помощник.

— Получишь двойное жалованье — и как аналитик, и как опер.

— Дайте хотя бы парочку людей.

— В смысле телохранителей или сыщиков?

— И то и другое желательно.

— Хорошо, получишь. Но мне нужен результат.

Глава 18

Алекса продержали в больнице всего четыре дня. Стас сам забрал его, чтобы на своей старенькой «шестерке» отвезти домой.

Когда приехали и вышли уже из машины, Стас только и сделал, что произнес выразительное: «Ну!» И вместо подъезда Копылов повел инструктора к яме на краю лесопарка, куда отдыхающий на пленэре народ бросал отходы от своих пикников. Сюда же тем утром, выйдя из метро, сунул свою сумку и Алекс. После недолгих поисков сумка наконец нашлась.

К досмотру трофеев они приступили не сразу. Сначала Алекс принял душ, а Стас забросил в кипящую кастрюльку воды полпачки пельменей, потом они все это умяли, залив сильно проперченное блюдо сладким чаем с кексами.

Лишь после этого Стас произнес свое второе требовательное: «Ну!»

Они прошли в комнату, и Алекс высыпал содержимое сумки на письменный стол. Кроме запасных носков, рубашки, дорожного детектива, в котором застряли две пули, бинокля и разбитого фотоаппарата, в кучке лежала его продырявленная ветровка, а также «беретта», два «макарова» и документы Смыги, Грибаева и Александра Копылова.

— Ну и что, дело того стоило? — спросил Стас, открывая паспорта и удостоверения убиенных и внимательно их просматривая.

— Почему бы и нет?

— Ну и как прикажешь мне на это все реагировать?

— Наверно, в тюрьму меня отвезти надо. — Алекс сказал это совершенно серьезно, просто как констатацию факта.

— А если не в тюрьму, то какое продолжение всего этого?

— Думаю, что никакого. Пошлю в Москву сделанные фото, и все.

— Зачем?

— Чтобы они отстали от моей девушки.

— Да, а с девушкой что дальше?

— Из-за нее мне пришлось убить двух мужиков, неужели вы думаете, что я когда-нибудь снова подойду к ней.

Стасу такая логика была не очень понятна, но он решил не цепляться к словам. Настал черед старых документов Копылова, их инструктор сложил в отдельную стопочку.

— Ты разве не давал подписку, что всей твоей прежней жизни не существует?! Мне это придется забрать.

— Нет.

— Чего?!

— У меня нет девушки, у меня нет друзей, мне даже нельзя повидаться со своей единственной бабушкой. Да лучше двадцать лет тюрьмы получить. Где там ваша вонючая уголовная ответственность за разглашение? Давайте ее сюда. Но