Отсюда не выплыть - Лорет Энн Уайт

с вашим портфолио около шести часов. Я уверена, Глория будет рада вас видеть. Ваши картины действительно очень хороши, и ей захочется их выставить. Я точно знаю, в воскресенье у Глории рабочий день, так что…

– В воскресенье? Но вечером у меня смена в баре.

– Так попросите кого-нибудь вас подменить. Для меня это правда очень важно! И кроме того, как раз в воскресенье я смогу подбросить вас вместе с вашими картинами. Как уже говорила, я подожду где-нибудь поблизости, а потом доставлю вас домой. Согласны?

Джемма чувствовала, что Хлоя колеблется, но не сомневалась, что в конце концов добьется своего. Она видела, с каким обожанием глядит на нее собачья няня, подметила в ее глазах жажду быть замеченной, оцененной. Нет, эта женщина пойдет на все, лишь бы завоевать ее дружбу. Джемма была совершенно уверена в этом, после того как прощупала Хлою во время разговора за бокалом вина.

– Согласна, – чуть слышно раздалось в трубке.

– И напишите мне, как только вы договоритесь о встрече, ладно? Огромное спасибо, Хлоя. Вы – настоящая подруга.

– Рада вам помочь, Джемма.

Джемма дала отбой и откинулась на спинку кресла, не выпуская телефона из рук. Ее губы искривились в усмешке.

– И зачем все это? – хмуро осведомился Эдам.

– Если мой план сработает – а он сработает, – в убийстве Глории Бергсон обвинят эту чокнутую вуайеристку, а не тебя. Мы устроим все так, что улики будут против нее. Ну а насчет того, что ты совершил утром, Эдам, обещаю тебе: если будешь меня слушаться, я тебя прикрою. Вместе – как команда, как муж и жена – мы сделаем так, что ни твои номера, ни твой гидрокостюм, ни прочие вещи никогда не будут найдены. А когда все успокоится, мы вместе отправимся в особняк Нарека и избавимся от этого гидроцикла, пока легавые о нем не пронюхали. Ну а потом… потом останемся только ты и я, и ничто не помешает нам вернуться к нашей прежней жизни, к тому, что было раньше… Пока смерть не разлучит нас.

Джемма улыбнулась так тепло и ободряюще, как только могла.

Эдам кашлянул и снова провел рукой по волосам.

– Я не могу… не могу сделать ничего, что повредит Оливеру. Я не могу отнять у него мать. Просто не могу…

– Можешь, Эдам, можешь. А кроме того… Даже если Глории не станет, ты все равно останешься отцом мальчика. И это никогда не изменится. Да и что нам помешает его усыновить, оформить опеку?.. Он переедет к нам. У нас снова будет ребенок, Эдам!

Эдам широко открыл рот, и его глаза наполнились ужасом.

До упомянутых событий

Пока Джемма готовилась ко сну, Эдам спустился в гостевую ванную комнату на первом этаже. Он тщательно закрыл и запер за собой дверь, спустил воду в унитазе и открыл оба крана в ванной так, чтобы они погромче шумели. Потом достал телефон и позвонил в Онтарио своему адвокату. На востоке страны было уже очень поздно, да и сам он вымотался до предела, но ему необходимо было оставить юристу хотя бы голосовое сообщение, пока это еще можно сделать и пока Джемма не слышит.

Когда его соединили и в телефоне зазвучало приглашение автоответчика, Эдам оставил свое тщательно продуманное сообщение и дал отбой. Руки у него тряслись, и он, склонившись над раковиной, побрызгал на лицо холодной водой. Выпрямился. Взглянул в зеркало и не узнал отразившегося в нем затравленного, наполовину раздавленного человечка, в глазах которого не было ничего, кроме беспомощности и безнадежности.

Но ведь раньше он всегда добивался успеха, напомнил себе Эдам. Он из породы победителей. А чтобы повернуть все по-своему, ему нужно установить приоритеты. И в первую очередь ему необходимо любой ценой избежать ареста и не отправиться в тюрьму по обвинению в убийстве. Ради этого он даже подыграет Джемме, усыпив тем самым ее бдительность. Это поможет ему выиграть время, а там будет видно. Эдам не сомневался, что рано или поздно ему представится шанс все исправить. И уж он его не упустит!

Нужно только все как следует рассчитать, взвесить риски.

Эдам выключил воду, вытер лицо полотенцем и отправился спать.

После упомянутых событий. 29 сентября 2019 года

Прижимая к себе громоздкую папку, в которой лежали ее работы, Хлоя сидела на автобусной остановке на Мейн-стрит и ждала Джемму – та сказала, что встретиться на остановке будет удобнее всего. Хлою это устраивало – ей вовсе не хотелось показывать Джемме, что она живет буквально в двух шагах от Холодного дома.

«А ты знаешь, кто она такая? Это та сумасшедшая, которая живет в доме напротив и подглядывает за нами в бинокль. Больная на голову извращенка!» – вспомнила Хлоя слова Эдама и вздохнула. Интересно, когда Джемма заговорит об этом и заговорит ли вообще?.. Нервно закинув ногу на ногу, Хлоя вспомнила день приезда Джеммы в особняк и то, как соседка заглянула буквально в окуляры ее бинокля, когда они с Эдамом занимались сексом. Возможно, впрочем, Джемма не придает этому эпизоду большого значения – некоторым нравится, когда за ними наблюдают. Это их даже возбуждает! Но, быть может, сейчас Джемма так остро нуждается в ее, Хлои, помощи, что не хочет заострять на этом внимание.

Ты ошибаешься, Хлоя! Прислушайся лучше к тому, что подсказывает тебе интуиция. Тут что-то не так. С хозяевами Холодного дома что-то не так, и ты это знаешь. И когда-нибудь ты еще вспомнишь сегодняшний день и горько пожалеешь…

Хватит, ма! Оставь меня в покое!

Заткнув таким образом Рейвен, Хлоя посмотрела на часы. Джемма опаздывала. Хлоя договорилась с Глорией, что приедет к ней в галерею в шесть часов. Хозяйка галереи была, похоже, очень довольна, когда Хлоя сказала, что сможет зайти и показать свои работы. Она и сама предвкушала эту встречу, ждала ее с нетерпением, но сейчас солнце уже садилось, осенний воздух постепенно делался все холоднее, ветер с шорохом нес по тротуару опавшие листья, и Хлоя начинала волноваться.

Подъехал автобус, зашипела гидравлика, и двери отворились. Пассажиры выходили или поднимались в салон, магазины на противоположной стороне улицы один за другим закрывались, а Джеммы все не было, и Хлоя в очередной раз бросила взгляд на часы. Неужели ее надули?.. Ну а чего она ожидала? Конечно, надули, и так всю жизнь. Как говорится, вечная история. Зря она согласилась помогать Джемме…

Решив идти домой, Хлоя встала со скамейки, и тут к остановке