Десятая зима - Чжэн Чжи

– Ты знаешь, сколько лет я занимаюсь своим делом?

– Не знаю.

– Каких только отморозков я не повидал… Кто резаками для бумаги перерезал горло всей семье по соседству, от старых до малых; кто сжег дотла высотный дом, чтобы убить коллегу; кто убил врага, расчленил тело и скормил его рыбам в аквариуме… В деле «8.3» восемнадцать человек были убиты за одиннадцать лет, и убийца никогда не страдал бессонницей. Скажи: жестоки ли эти люди?

– Жестоки.

– Они более жестоки, чем ты?

– Да.

– Да, когда они убивали людей, все были более жестокими, чем ты, но, когда они сидят в этой комнате, девять из десяти плачут передо мной, каются, вспоминают своих жен, детей, родителей и сожалеют о сделанном; весь пол в слезах, соплях и даже в моче… Честно говоря, я таких презираю. Это не настоящие мужчины. Настоящий мужчина до самой смерти не поджимает хвост. Выпало пулю в лоб получить – значит, судьба такая. А ты сопли не распустил, ты настоящий мужчина… Но ты также более жесток, чем они: никто из этих людей не посмел убить полицейского. Я говорю тебе совершенно четко: шансов на отсрочку смертного приговора у тебя нет.

– Ну и ладно.

– У тебя есть жена и дети?

– Нет.

– Хорошо, что ты один, можешь умереть спокойно…

Лю Пин видел, как дрожат руки Фэн Гоцзиня под столом, а одна рука прижата к раненому колену. Он знал, что спокойствие командира было напускным. Фэн Гоцзинь сказал:

– Опиши весь процесс убийства полицейского Дэн Яня в ночь на двадцать третье февраля две тысячи третьего года, от начала до конца, не пропустив ни слова.

– Точную дату я не помню, но это был тот день, когда Инь Пэн попросил меня его забрать. Я был за рулем, и уже стемнело.

– Какая машина? Какой номер?

– Черный «Мерседес-Бенц», модель S600, с поддельным номером A94575.

– Это обычная машина Инь Пэна?

– Нет, обычно он ездит на таком же «Мерседесе», зарегистрированном на компанию. Машиной с этим номером он пользовался в особых случаях.

– То есть?

– Ездил по делам далеко или на встречи деликатного характера со всяким руководством.

– А еще?

– Еще я на ней привозил ему девушек.

– Об этом поговорим позже, а пока продолжим о том, что произошло ночью двадцать третьего.

– Когда вы с этим молодым полицейским пришли в компанию, Инь Пэн понял, что что-то не так и что его выследили. В тот момент он был готов сбежать, но расспросил кого-то и выяснил, что у вас нет против него улик, поэтому сказал мне подождать и посмотреть. Пока ему не позвонили с незнакомого номера.

– На какой номер Инь Пэн получил звонок?

– На тот, что вы тогда проверяли.

– Номер оканчивался на семьдесят четыре шестьдесят один?

– Да.

– Тогда ты солгал, что это твой телефон…

– А что было делать? Кого еще он мог попросить прикрыть его?

– Продолжай. Что это был за незнакомый номер?

Костыль сказал, что он не знает. Какой-то мужчина сказал, что у него есть доказательства того, что Инь Пэн насиловал девушек и надругался над ними, и что он хочет, чтобы в условленном месте ему передали 500 000 юаней, иначе он сдаст улики полиции.

– Инь Пэн согласился?

– Он не дурак, попросил меня подстраховать. Он мог дать шантажисту пятьсот тысяч, но, если тот начнет хитрить после того, как возьмет деньги, план был убить его, а затем сбежать.

– Значит, в тот день в машине были вещи Инь Пэна и пятьсот тысяч юаней наличными?

– Да.

– Так ты в итоге видел этого человека?

– Кто еще это мог быть? Это и был тот молодой полицейский.

– Что ты несешь?! – не выдержал Лю Пин.

Фэн Гоцзинь попросил его не нервничать. Костыль сказал:

– Я напомнил Инь Пэну пойти на час раньше условленного времени, спрятаться и посмотреть, какова ситуация на месте и легко ли будет принять меры.

– Где было место встречи?

– В каком-то саду в пригороде.

– Какие приготовления вы сделали?

– Инь Пэн сказал взять с собой оружие.

– У Инь Пэна еще и пистолет был? Какой? Откуда он взялся?

– Я купил его у кого-то в Юньнани в девяносто девятом. Это пистолет «Тип пятьдесят четыре», и к нему пятьдесят патронов.

– Зачем Инь Пэну понадобился пистолет?

– За первые два года своего бизнеса он оскорбил многих людей, в том числе бандитов, поэтому ему нужен был пистолет на всякий случай.

– Где сейчас этот пистолет?

– Не знаю, но он точно у Инь Пэна.

– Продолжай о ночи двадцать третьего.

– Когда я проезжал мимо пункта оплаты проезда, у меня спустило колесо. Неподалеку из такси вышел мужчина и предложил мне помочь заменить колесо. Я удивился: с чего вдруг такая доброта? Потом я рылся в багажнике и оттуда кое-что выпало, мужчина заметил это. Что-то в его глазах показалось мне странным, я присмотрелся и узнал в нем молодого полицейского, с которым вы приходили тогда. Наверное, он подумал, что я его не узнаю, потому что было темно и он был в кепке.

– Что он увидел?

– Там были наручники, плетки и всякие другие вещи для извращенцев, которыми Инь Пэн пытал девушек. Я понятия не имел, что он засунул все это в багажник. Вернувшись в машину, я сказал Инь Пэну, что, видимо, ему назначил встречу тот молодой полицейский, который уже приходил к нему, и спросил, что делать дальше. Инь Пэн ответил: «Кто бы там ни был, надо найти момент и расправиться с ним». После того как мы заехали в сад и припарковались подальше, Инь Пэн остался в машине, а я спрятался и стал ждать такси. Но оно не подъехало, полицейский подошел один. Он некоторое время бродил по условленному месту, а когда достал телефон, пытаясь кому-то позвонить, я набросился на него.

Услышав это, Фэн Гоцзинь почувствовал, будто кто-то ударил его ножом в легкие, он едва мог дышать. Это он пропустил тогда звонок Сяо Дэна… Но он не мог перестать вести допрос.

– Какое оружие было использовано?

– Нож-бабочка; пистолет был бы слишком опасен.

– Потом вы с Инь Пэном уехали?

– Я не был уверен, что полицейский мертв, но рядом по грунтовке проехала машина, поэтому я быстро ушел.

– Где оружие?

– Выбросил в реку.

– Куда вы поехали после этого?

– Я отвез Инь Пэна в аэропорт, и он купил билет в Гонконг.

– На какое имя у него было поддельное удостоверение личности?

– Не знаю. Я знаю, что у него был кто-то, кто занимался подобными делами. Было несколько паспортов, и настоящих, и поддельных, и