Игры шакалов - Сергей Иванович Зверев

другой стороны, я действительно был виноват перед тобой. И еще больше я чувствовал вину за смерть Андрюхи Карпова, нашего с тобой дружбана, с которым мы долгие годы были вместе: и в армии, и в бизнесе. Я пусть и косвенно, но все же был причастен к его смерти. Все это вместе не давало мне покоя, разрывало мою душу на части. С одной стороны, меня мучили ущемленное самолюбие и жажда мести, с другой — вина и сознание того, что я совершил глупый и подлый поступок. Иногда мне казалось, чтобы решить эту психологическую проблему, мне нужно убить тебя, устранить физически. Именно с такой мыслью я и взялся за это дело.

Свободной рукой Бойко достал из кармана пачку сигарет, затем зажигалку и, щелкнув ею, прикурил, держа постоянно под прицелом Потапова. Сделав несколько глубоких затяжек, он продолжил:

— Но затем я передумал… Я понял, что это неправильно. Убив тебя, я ничего не решу. Ведь в моей башке-то ты по-прежнему будешь живой! — с отчаянием в голосе проговорил Бойко. — И Андрюха Карпов тоже будет живой… И я так же буду продолжать спорить с вами, доказывая свою правоту. А вы будете по-прежнему упрекать меня за содеянное.

Вадим, выпустив изо рта струю дыма, снова посмотрел Сергею в глаза. Тот лишь молчал, внимательно слушая своего собеседника.

— В общем, я решил, что для меня это будет шанс реабилитироваться перед тобой. Я подумал, что, если я помогу тебе, мне станет легче жить. А помочь тебе мне было легче, поскольку формально я действовал против тебя на стороне противника. По замыслу эфэсбэшников, я должен был втереться к тебе в доверие, выяснить твои ближайшие планы, а затем сдать тебя им на убой.

— Как ты вычислил мой приезд? — спросил Сергей.

— Зная твою предусмотрительность, я предположил, что, если ты полетишь самолетом, в аэропорту для тебя должна быть оставлена машина, так как твои люди встречать тебя не придут, ведь они почти все под колпаком и могут навести на твой след. Поэтому мы договорились с владельцами автостоянок в районе аэропортов и вокзалов о том, что они сообщат нам, если на твое имя будет оставлена автомашина. Это ловушка сработала. Но поскольку мы не знали, когда именно ты прилетишь, мы дежурили в аэропорту круглые сутки. Это было довольно напряженно, но, к счастью, такой режим продлился недолго. Через два дня после того, как машина была поставлена на стоянку, появились ты и Глеб.

— А потом вы инсценировали нападение на меня и твою псевдопомощь.

— Да, — угрюмо согласился Бойко. — Но на самом деле помощь тебе была оказана, когда я намеренно неудачно поставил в трубку телефона «жучок», будучи уверенным, что Глеб не спит. Этого старого волка я тоже хорошо знаю.

— Почему ты открыто не сказал мне об этом?

— Я не мог, потому что на мне самом висел «жучок». Мои действия жестко контролировались людьми из «Тонеко», и все наши разговоры с тобой записывались на магнитофон. Парни, сопровождавшие меня, это не моя охрана, это люди из службы безопасности «Тонеко». В мою задачу входило сначала предупредить тебя, а затем помочь тебе смотаться, что я и сделал там, на набережной, в Москве. Ведь я знал, что, увидев «жучок», ты разработаешь план, как избавиться от нашей опеки, поэтому сразу согласился с твоими предложениями сесть к вам в машину. Лишь позже на набережной пришлось понервничать, понимая, что ты мне не веришь, когда я говорил, что мною тоже могут пожертвовать.

— Честно говоря, — произнес Сергей, — я отмечал для себя какие-то странности в твоей игре. Например, этот «жучок», совершенно небрежно поставленный, был совершенно не нужен. Квартиру можно было подслушать совершенно иными, более безопасными в этом смысле способами. Для такого специалиста, как ты, эта ошибка была странной. Да и врача можно было вызвать подставного, который, вместо того чтобы помочь Глебу, умертвил бы его. Но если это все так, как говоришь, какого черта ты приперся сюда с «пушкой»?

— Я думаю, что другого способа заставить тебя до конца выслушать меня и поверить мне не было. Я решил, что этот метод самый надежный.

После этого Бойко вынул пистолет Потапова и бросил его на диван рядом с Сергеем. Свой пистолет он поставил на предохранитель и убрал в карман плаща.

— Извини, что держал тебя все это время в таком напряжении, — сказал Бойко.

— Ты тоже меня извини, — ответил Потапов.

— Не понял, — удивился Бойко, — за что?

Сергей кивнул на окно сзади Бойко. Тот скосил взгляд и замер в удивлении. На него глядел ствол пистолета, который держал в руках Глеб.

— Дело в том, что мы еще вчера засекли чужака здесь. И рано утром Глеб только сделал видимость, что ушел. На самом деле он тайными тропами вернулся к сторожке и все это время контролировал нашу с тобой беседу.

Глеб исчез из виду и через несколько секунд появился в комнате, по-прежнему с пистолетом в руках.

— Хорошо, что у него не сдали нервы, — проговорил погрустневший Бойко, — а то бы еще пристрелил меня, чего доброго. Черт, все-таки ты меня переиграл, — добавил он в конце.

— Ладно тебе, хорошо то, что хорошо кончается, — улыбнулся Сергей.

Вадим бросил на Потапова короткий пристальный взгляд и произнес:

— К сожалению, не все хорошо кончается, отчасти и поэтому я сейчас здесь нахожусь.

— Что еще случилось? — спросил Панкратов, с недоверием глядя на Бойко.

— Вашим врагам все же улыбнулась удача. Эта девчонка, Ольга Закосова…

При этих словах Вадима Сергей изменился в лице. Он побледнел, впившись взглядом в говорившего Бойко.

— В общем, они схватили ее, — договорил тот и тяжело вздохнул.

Потапов вскочил с дивана и, подлетев к Бойко, схватил его за лацканы плаща.

— Врешь, сволочь, как это могло случиться?

— Я точно не знаю, — проговорил Бойко, пытаясь освободиться от хватки Потапова. — Они вычислили какую-то ее подругу и поставили телефон на прослушивание. А эта твоя девчонка позвонила подруге и договорилась о встрече. Там они ее и сцапали.

Потапов выпустил плащ Бойко и в нервном возбуждении прошелся по комнате.

— Ты выяснил, где она? — спросил он, вновь остановившись перед Вадимом.

— К сожалению, нет. Единственное, что мне удалось узнать, что ее держат в какой-то квартире в Подольске, в Подмосковье. Я случайно услышал разговор двух секьюрити из «Тонеко», которым предстояло целую неделю сторожить ее. И они жаловались, что для этого им придется уезжать из Москвы в Подольск.

— Вот почему она не отвечает на мои телефонные звонки, — прошептал сам себе Потапов.

— Я думаю, что в ближайшее