Посмотри в ее глаза - Людмила Мартова

Катя покосилась на девочку, чтобы посмотреть, как та отреагирует на такого рода заявление. Большая же уже, знает, что никакая она Татьяне Михайловне не внучка.

– А у меня теперь три бабушки, – жизнерадостно заявила Кристина. – И все три такие классные. Только разные. Мне все подруги завидуют.

– И два отца? – вопрос вырвался раньше, чем Катя успела поймать себя за язык.

Она сразу же покраснела от неловкости, кляня себя за несдержанность.

– Почему? Отец у меня один. Мой родной. Александр Волин. А Гордеев, по стечению обстоятельств, тоже Александр, – мой друг. Настоящий. И с Петькой у нас одинаковые отчества. Так что все будут думать, что мы родные. Прикольно.

Кристина говорила совершенно спокойно. Похоже, то, что ее родители развелись, мать вышла замуж во второй раз и родила младшего ребенка, совершенно ее не беспокоило. Интересно, а у ее родного отца тоже есть еще дети? Что ж, прекрасно, коли так. Все счастливы, всем хорошо. Идиллия.

– Во сколько гости придут? – уточнила Катя.

Ей необходимо настроиться на то, чтобы провести этот вечер в незнакомой большой компании.

– В семь. Уж не знаю, вернутся Саша с Димой к этому времени или нет, – отозвалась Женя.

– Может быть, надо помочь накрыть на стол?

– Ты – гостья, так что отдыхай, – Женя забрала у нее пустую тарелку из-под супа, которую Катя съела под разговоры совершенно незаметно для себя. Очень уж вкусным был суп.

– Жень, мне неудобно. Тетя Таня пригласила меня на месяц, и это неправильно, что весь этот срок я буду путаться у вас под ногами и ждать, что меня обслужат. Я хочу приносить пользу.

– Ты вовсе не путаешься у нас под ногами. – Татьяна Михайловна всплеснула руками. – Что ты придумала? Дом большой, всем места хватит. Мой покойный свекор постарался. А что касается быта, так мы от него особо не страдаем. Посуду моет посудомойка, белье стирает стиралка, уборку делает приходящая домработница. Мне тяжело, а Женя работает. Готовлю я, потому что сижу дома, да и вообще люблю готовить. Кристинка мне помогает. Захочешь сделать какое-нибудь свое коронное блюдо – ради бога.

Катя снова испытала приступ паники. Готовить она не любила и не умела. Этим всегда занималась мама. В прошлой жизни. Когда у Кати Ильинской еще была жизнь.

– Я не умею готовить, – призналась она.

– Ну, так не готовь. Или, если хочешь, учись. Я с удовольствием передам тебе все свои секреты.

– Жень, а ты почему работаешь? – Катя перевела разговор в более безопасное русло. – Я думала, ты в отпуске по уходу за ребенком.

– Это скучно, – заявила Женя. – Конечно, я езжу в свой офис не каждый день, но все-таки предпочитаю не терять квалификацию и не зависать дома. Я же адвокат, причем востребованный. Так что стала более тщательно выбирать, с какими клиентами хочу работать. Вот и все. К счастью, Саша не против.

– А Петя?

– А у Пети есть няня. И Татьяна Михайловна всегда рада его перехватить.

– Да-да. Я слишком долго мечтала о внуках, – согласилась та.

Гости, о которых предупреждали хозяева, пришли к половине восьмого. Приятная женщина лет сорока, которую звали Елена Беседина, пятнадцатилетний красавчик по имени Митя, ее сын, кучерявый ангел по имени Катя, а также очень степенный спаниель со смешной кличкой Помпон.

– Дима не звонил? – уточнила у Лены Женька. – Потому что я Сашу не дергаю попусту.

– Звонил. Сказал, чтобы мы шли к вам. Они оба пока не знают, когда появятся. Решили подключить поисковый отряд. Тот, что специализируется на поиске пропавших людей. – Она немного помолчала. – Будут водолазов вызывать. На озеро.

– Есть опасения, что Лизонька все-таки туда пошла? – встрепенулась Татьяна Михайловна.

– Нет, но где-то она должна быть. – Лена выглядела встревоженной. – Не хочется думать про плохое, но пропажа восьмилетней девочки не может не вызывать нехороших мыслей. Вдруг у нас в округе какой-нибудь маньяк появился? У меня тоже дочь.

Катя невольно перевела взгляд на тихонько стоящую перед манежем с младенцем Катюшку. Конечно, ей еще и четырех нет, а пропавшей девочке восемь, но тревога Лены вполне понятна и объяснима.

– Лена у нас очень тревожная, – пояснила Женя. – Ищет поводы побеспокоиться даже там, где их нет. Конечно, не хотелось бы, чтобы с Лизой произошла беда, но уж сразу думать про маньяка – это чересчур.

– Да ничего с ней не случится, с этой Лизой, – довольно резко сказала вдруг Кристина. – Просто привлекает к себе внимание. Вот и все. Можно подумать, вы не знаете, какая она у них капризная. Добилась своего – все Излуки выстроились и ее ищут.

Кате пришло в голову, что, похоже, Женина дочка не очень-то жалует пропавшую Лизу. Интересно, почему.

– Кристина, ты что-то знаешь о том, где может быть Лиза? – мягко спросила Катя.

– С чего вы взяли? – вытаращила глаза девочка.

Кате кажется или ее недоумение слегка наигранно?

– Не знаю, почему-то подумала, что ты весь день дома и могла ее видеть.

– Я спала после того, как… мама с дядей Сашей привезли меня домой. Ну, вы знаете. – Она немного покраснела, видимо, не хотела, чтобы ее ночная эскапада стала известна Мите и его матери. А девчонка-то к соседскому сыну совсем не так равнодушна, как хочет показать. – И вы ошибаетесь, я совершенно ничего не знаю. Просто предположила. Эта малявка чуть ли не в два раза младше меня.

С гостями разместились на кухне за большим столом, который казался безразмерным. Утка получилась выше всяких похвал, как и два салата, приготовленные Татьяной Михайловной. Так и не дождавшись мужчин, перешли к чаю с шарлоткой, которую принесла с собой Лена Беседина. Ближе к концу вечера Катя наконец расслабилась, почувствовав себя своей среди этих прекрасных людей.

Все они, и Татьяна Михайловна, и Женя, и Лена располагали к себе, имели приятные манеры, ничуть не кичились ни своими успехами, ни достатком, умели поддерживать разговор, проявили недюжинную начитанность, а это качество Катя, как филолог, ценила в людях особенно. Для нее человек, не любящий книги, тут же превращался в пигмея.

В начале одиннадцатого пришли мужчины, и Катя тут же снова напряглась и замкнулась, как делала всегда при лицах мужского пола. Она даже Сашу стеснялась, хоть он и был ей, пусть троюродным, но братом. А уж Дмитрий Макаров и вовсе ее напугал, хотя совершенно ничего для этого не делал.

Был он высокий, широкоплечий, громогласный, слишком уверенный в себе, смотрящий на других людей немного сверху, словно постоянно оценивая их. Впрочем, на