Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

— Вполне возможно, Карл. Он был очень расслаблен насчет коронавируса. Никто из нас не носил маску, когда я там был. С другой стороны, он был пьян в стельку, когда я звонил спросить о металлических стульях.

***

Все трое вздохнули, когда припарковались перед маленьким желтым домом из светлого бетона. Ни в одном окне не горел свет. Придверный коврик был наполовину сдвинут в клумбу рядом с дверью.

Ни машины на подъездной дорожке, ни света в окнах. Почтовый ящик был переполнен рекламными листовками, которые, вероятно, торчали там уже несколько дней в ледяную ветреную погоду.

Они позвонили в дверь, постучали, заглянули в окна. Ничего.

Только когда они сидели обратно в машине, а Карл завел двигатель с таким комком в горле, что ему приходилось постоянно его сглатывать, Роза что-то заметила.

— Стой! — крикнула она, указывая на входную дверь. Неопрятная фигура мужчины с жирными ярко-рыжими волосами появилась на пороге в наполовину застегнутом халате и полосатых подштанниках и сонно смотрела на них.

63 СИСЛЕ

Второй день Рождества, суббота, 26 декабря 2020 года

Она проснулась после сна без сновидений и довольно потянулась, вспоминая, где она и почему лежит на бетонном полу.

Две фигуры на некотором расстоянии от нее обе склонились вперед на стульях. У первого были полузакрыты глаза, второй, по-видимому, был без сознания.

Она посмотрела на часы и удивилась. Неужели уже одиннадцать тридцать? Она так долго не спала много лет.

«Ну и ну», — сказала она себе. Но предыдущий день был удовлетворительным. Она поставила точку в главе своей жизни, которая больше не была устойчивой, и через мгновение она посмотрит в интернете, что пишут о пожаре, и, надеюсь, также увидит имена жертв.

— Жаль их, но я их предупреждала, — сказала она, вставая с одеялом, на котором спала.

Она повернулась к столу и посмотрела на различные смеси. Инъекции были готовы, капельница на стойке и солевой раствор в бутылке. Остальное будет просто формальностью.

— Господи Боже, — сказала она. — Я благодарю тебя за ясность, которую ты мне даровал. За то, что я была твоим праведным сосудом в эпоху, когда Сатана царит на земле. Спасибо, что дал мне силы и научил меня обману человеческому. Спасибо, что дал мне способность видеть ложь, когда я с ней сталкиваюсь. Некоторые говорят, что эгоизм нужно прощать, потому что от него нет лекарства. Но мы с тобой знаем лучше. Лекарство есть, и это лекарство — смерть.

Она повернулась и вытянула руки над головой.

— Здесь передо мной сидят две жалкие души, в которых обитает Сатана. Они отданы на милость твоего суда, и я — твой сосуд. И я буду вести их, пока они не осознают свое святотатство, чтобы они могли встретить смерть и ад без сомнений и с полным раскаянием, которого ты заслуживаешь.

Она приблизилась и наклонилась к изможденному телу Гордона Тейлора.

— Ты не спишь, Гордон. Это хорошо. Ты будешь моим свидетелем истины, что всё происходит достойно.

Он поднял к ней лицо. Он был так полон гнева, что губы дрожали.

— Через минуту я сделаю вам обоим небольшую капельницу, чтобы вы проснулись. Просто быстрая инъекция, чтобы заставить тело функционировать, пока мне это нужно. Я начну с Мауритса. В конце концов, ради него мы сегодня здесь. Он выглядит так, будто ему не помешало бы немного взбодриться.

Затем она подошла к столу и взяла стойку с капельницей. Не было сомнений, что раствор разбудит ван Бирбека за секунды. Даже Франко Свендсен, когда был на грани смерти, быстро, но временно оживал. Это было настолько эффективно, что он начинал умолять о пощаде. Это было очень приятно, и она хотела, чтобы с ван Бирбеком было то же самое.

Она чувствовала, как глаза Гордона Тейлора убивают ее с каждым шагом, и, проходя мимо него, она слышала, как он бормочет, но не могла разобрать слов.

Игла скользнула в самую крупную вену на тыльной стороне руки Мауритса, словно его кожа была маслом. Чем худее становилось его тело, тем заметнее были вены, и Сисле была особенно довольна этим побочным эффектом. Всё должно было идти гладко, даже этот подготовительный этап.

Она присела на корточки перед его лицом и стала ждать. Почти незаметное движение век должно было значительно усилиться меньше чем через минуту. Но когда прошла минута, а видимого улучшения не было, она увеличила скорость капельницы.

Через несколько минут ей показалось, что она уловила вздох, но это ей не понравилось. Никогда раньше это не занимало столько времени.

— Давай, Мауритс, — настаивала она, хлопнув его по щеке.

— Сука, — донесся шепот сзади.

Она развернулась на носках и поймала взгляд Гордона.

— Ты мне это сказал? — спросила она.

— Да, ты сука, — повторил он очень слабо.

Сисле встала.

— Возможно, ты сидишь там с иллюзией, что выйдешь сухим из воды. Но, Гордон Тейлор, ты клеветал на меня своими сатанинскими и насмешливыми словами, и за это ты разделишь участь Мауритса. Ты понимаешь, что я говорю?

Он кивнул, но выражение его лица не изменилось. Ни видимого раскаяния, ни страха.

Теперь Мауритс начал гипервентилировать короткими, неэффективными вдохами. Возможно, она уже дала ему больше, чем следовало. Она быстро встала и зажала зажим на трубке, чтобы капельница остановилась.

— Мауритс, проснись! — закричала она и встряхнула его так, что его голова свесилась набок. Казалось, у него была аллергическая реакция, но она не знала, что с этим делать.

Она снова присела рядом с ним, взяла его руку в свою и начала гладить, как ребенка, который не может перестать плакать.

— Тише, тише, Мауритс. Я знаю, ты меня слышишь. Не бойся. Тише, тише!

Она продолжала так долго, а мужчина позади нее без устали шептал: «Сука». Это заставило ее вспомнить Адама и то, как он раньше был тем, кто мог наводить порядок.

— Но он мне больше не нужен, — сказала она вслух и начала гладить волосы Мауритса.

— Ты должен услышать, что я скажу, Мауритс. Это важно. Я так хорошо это подготовила, так что ты просто должен.

Затем она достала свой лист бумаги и начала читать вслух, взяв руку ван Бирбека и снова поглаживая ее.

Когда стало ясно, что признаков жизни от него нет, она остановилась на полуслове.

— Это Сатана