Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

— Что это, черт возьми? — Он потер сонные глаза и нашарил очки, лежавшие между окурками и использованными кухонными полотенцами.

— Не смотрите на мужчин. Посмотрите на рельсы, Юрек. Вы устанавливали их с коллегой несколько лет назад, не так ли?

— Несколько лет назад? — Теперь он выглядел так, будто ему нужно что-то покрепче балканской 176°, чтобы взбодриться.

— Это было точно до 2017 года, — сказал Ассад. — Мы предполагаем, что в 2016-м или раньше.

— Эти рельсы? — Он указал на них пальцем, пожелтевшим от никотина. — Скажу вам, почему я их запомнил. Они были установлены слишком, черт возьми, близко друг к другу. Если они нужны для подъема чего-либо, какого черта они были так близко?

Карл затаил дыхание.

— Вы их узнаете? — спросил он с бешено бьющимся сердцем.

— Совершенно глупо устанавливать их так близко, — заплетающимся языком сказал он. Теперь нужно было заставить его память заработать на полную.

— Нам нужно немедленно знать, где вы их устанавливали, Юрек. У нас нет адреса, и если мы его не получим, два человека на фото очень скоро умрут. — Ассад помедлил и вздохнул. — Если уже не поздно.

— Может, они этого заслуживают? — усмехнулся Юрек.

— Один из них — наш человек, так что нет, они оба этого не заслуживают. Но давайте! Вы знаете, где это? — спросил Карл, испытывая сильное желание схватить Юрека за воротник халата и вытрясти из него алкоголь. Но тут в дело вступила Роза.

— Вы красивый мужчина, Юрек. И я уверена, что ваша жена — дура, раз оставила вас одного на Рождество. Но теперь, когда она уехала, не хотите ли заработать тысячу крон, чтобы продолжать пить, пока она не вернется? Что скажете? — Она помахала банкнотой у него перед лицом.

— Что я должен сделать? — проворчал он.

— Скажите нам, где вы установили эти рельсы. Думайте как можно лучше!

Он наклонился вперед, сложив руки на груди, и его перегаристое дыхание вырвалось густой волной, едва не сбившей Ассада с ног.

— Где это было, где это было? Kurwa, kurwa![148] — Он потер виски и покачал головой, словно это могло помочь восстановить его внутреннюю хронологию.

— Это было в Копенгагене? — спросила Роза, помахивая банкнотой.

Он кивнул.

— Нам потребовалось три дня, чтобы их установить, потому что сука, которая нас наняла, отправляла нас домой через пару часов каждый день, и потому что бетон в потолке был чистое gówno.

— Gówno?

— Дерьмо; вы что, не говорите по-польски? Это было такое твердое gówno, что мы...

— Где, Юрек? Где? Нам нужно только это, — настаивала Роза. Она начала убирать банкноту обратно в кошелек.

— Подождите! Это было сразу за Копенгагеном, к северу по шоссе. Это было странно, потому что здание не было достроено. Там был лифт и несколько этажей под землей, но только один этаж над землей. Можно было подумать, что это в Варшаве, когда там были русские — они тоже оставляли недостроенные здания.

Роза шлепнула банкнотой ему по лбу.

— Как далеко по шоссе? В сторону Хельсингёра или Хиллерёда? Думайте, черт возьми!

***

— Вы не можете так быстро ехать, — сказал Ассад. — Это не патрульная машина.

— Нет, но сегодня она будет выполнять ее функции, — сказал Карл.

— Это ты так думаешь, но полиция здесь не согласится. Они остановят нас за скорость 175 километров в час на Alfa Romeo без сирены на крыше. Тебя арестуют, Карл, так что сбавь скорость.

Роза похлопала Карла по плечу с заднего сиденья.

— Жми, Карл. Ассад прав, но...

Карл вспотел. У них было приблизительное представление о том, где находится здание и как оно выглядело пять лет назад. Но что, если за это время его достроили? Юрек Ясиньски описал одинокое белое бетонное здание напротив того, что они искали, где он и его напарник несколько раз пользовались туалетом. К сожалению, у того здания не было никаких отличительных черт.

— Его видно с шоссе — не пропустите, — сказал он и получил свою тысячу крон.

— Я все еще не могу понять, как нам повезло, что Ассад уже знал этого человека. Какова вероятность? — сказала Роза.

— Когда замешаны внешние работники, может случиться что угодно, — сказал Ассад. — Вы не знаете историю о стаде верблюдов, которые захотели усыновить осла, потому что думали, что это сделает их интереснее? О, не знаете? Ну, они нашли...

— СМОТРИ, КАРЛ! — закричала Роза. — Вон туда. Посмотри на здание. Оно почти выглядит как эпицентр взрыва. Смотри! Оно выше с одной стороны, чем с другой.

— Так он его описал? — Карл не был уверен. Он не узнавал описание.

— Что же это еще может быть? Это первое такое здание на всем этом участке шоссе. Сворачивай, Карл. Быстрее, ты успеешь.

— Я расскажу тебе историю об осле в другой раз, Карл, — сказал Ассад. — Я согласен с Розой. Оно похоже на то, которое описал Юрек.

Карл свернул с визгом шин и въехал в промзону.

— Вы его видите? Я нет! — сказал Карл почти в панике. Перед ним было по крайней мере двадцать зданий, которые, хотя и отличались, выглядели для него более или менее одинаково. И различные дороги извивались между зданиями без какого-либо заметного планирования. Это была промзона того типа, который разрастался с шестидесятых и в конце концов стал жертвой собственного уродства.

— Можешь объяснить, почему здание в этом районе осталось недостроенным? — спросил Карл, сворачивая на одну второстепенную дорогу за другой.

— Плохие строительные материалы могут остановить любой строительный проект, — ответил Ассад.

— Как та новостройка на Амагере, где бетонные фундаменты, по-видимому, не выдерживают всех этажей, — добавила Роза.

— Да, или просто закончились деньги, — предположил Ассад.

— Как насчет твоего списка недвижимости Сисле, Ассад? У нее есть какие-нибудь интересы в этой местности? — спросил Карл.

Ассад покачал головой.

— Я уже проверял, Карл, нет. Но она могла арендовать.

Карл вздрогнул.

— Кто, кроме психопатки вроде Сисле Парк, будет арендовать такое место с единственной целью — убивать?

— Вон там, справа, Карл, — сказала Роза, указывая.

Теперь он это увидел. Бетонное здание, где первый этаж выглядел полностью готовым — с дверями