Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

Дэвид промолчал. В Фен-Корт-Гардене располагался головной офис «МДС Груп».

– Пытаются вывести из оборота деньги, – добавил Фредди. – Все думают, что мы сверхбогачи, но даже моему отцу непросто достать разом десять миллионов.

Ого, подумал Дэвид. Куда круче пятисот тысяч. Стало быть, его версия верна. Кто бы ни были эти мерзавцы, в тот первый раз они изначально планировали убийство, чтобы придать вес своим требованиям и облегчить переговоры теперь. Расследование этого похищения может стать второй ступенькой его карьерной лестницы!

Еле сдерживая слезы, Фредди продолжал рассказывать о своем бегстве через поле для гольфа в непрерывном ужасе ожидания очередной пули. Дэвид почти уже не слушал, все дальнейшее было хорошо задокументировано, включая показания водителей на шоссе А12. Он кивал, пытаясь про себя сложить кусочки мозаики в единое целое.

Похитители приехали на фальшивой машине скорой помощи – идеальное прикрытие. Со своей мигалкой и сиреной она проскочит где угодно. От зеленых комбинезонов санитаров тянется ниточка к похищению и убийству Даррена Дойла и Шерил Брайант. Короче, действует хорошо организованная банда похитителей, никаких сомнений теперь нет. Известно даже имя одного из них, которое сообщник, должно быть, выкрикнул, запаниковав, когда увидел свидетеля. Мара. Женщина? Трудно себе даже представить.

Дэвид не мог припомнить подобной сенсации у себя в руках. Конечно, его многие возненавидят: полиция – за то, что наступает на пятки, а Мартиндейлы – за беседу с мальчиком под чужой личиной. Однако миллион проданных экземпляров газеты поможет пережить любую ненависть.

Глава 7

Наши дни

Дэвид долго рассматривал коробку, прежде чем решился открыть. Он все еще пытался утешить себя мыслью, что взять никому не нужное барахло из мусорного бака – никакая не кража. Тем не менее нисколько не сомневался, что семья Мартиндейл решит иначе. История крайне болезненная для них, и чертову коробку даже заклеили скотчем, вероятно, чтобы никто при утилизации отходов случайно не увидел содержимого.

Хотя, в конце концов, свидетелей не было, так что в игру вступило старое доброе самооправдание Дэвида Келмана: за руку не схватили, так зачем париться. Это мало отвечало его чувствам в последние пару дней, однако, с другой стороны, только он и сумеет извлечь пользу из коробки с бумагами Фредди. «Результат его последних отчаянных попыток разыскать Джоди». Никому больше не удастся превратить кипу макулатуры во что-то стоящее. У Дэвида были не только профессиональные навыки, но и мотивация. И все же он медлил.

Поднял взгляд на газетную вырезку, приклеенную к стене:

САМОУБИЙСТВЕННЫЙ ПРЫЖОК НЕБЛАГОПОЛУЧНОГО НАСЛЕДНИКА

Сюжет сопровождали два нечетких снимка: Фредди Мартиндейл перед тем, как похитили его сестру, – спокойный и довольный, причесанный, в школьном галстуке; а ниже тот, каким был год назад, выходя из здания суда после назначения штрафа за хранение наркотиков, – тощий и прыщавый восемнадцатилетний парень с растрепанными волосами и пустым взглядом.

– Я и впрямь должен тебе, Фредди? – спросил Дэвид вслух. – Только потому, что выполнял свою работу?

И все же, насколько благородна такая «работа»? И чем занимается он сейчас – пытается выжать из несчастной судьбы подростка лишние крупицы прибыли? Впрочем, если сидеть сложа руки, ответа все равно не найти. Дэвид взял ножницы и разрезал скотч. Открыл коробку и обнаружил то, что ожидал: кипу мятых бумаг, исписанных с обеих сторон шариковой ручкой.

Прежде чем рыться, он натянул пару толстых кожаных перчаток. Фредди Мартиндейл умер наркоманом, и не исключено, что среди его заметок попадется какая-нибудь пакость вроде использованного шприца, да и сами листы, старые и захватанные, были грязными даже на ощупь, под стать всей этой истории. Запачканным ощущал себя и сам Дэвид.

Самая распространенная бумага для принтера и листы, вырванные из блокнотов, лежали вперемешку с фотографиями, по большей части размытыми, будто сделанными на телефон и распечатанными на принтере в библиотеке. На первый взгляд, ничего полезного: непонятные места, похожие на переходы метро или углы городских улиц, неопознаваемые фигуры поодиночке и группами. Их позы наводили на мысли о наркодилерах и девушках легкого поведения, хотя в выводах Дэвид уверен не был.

Он откинулся в кресле, обескураженный. И это «результат последних отчаянных попыток разыскать Джоди»? В которых, кстати, Фредди не преуспел, поскольку сестра его до сих пор числится пропавшей без вести. Да и способен ли был брат в его состоянии провести хоть сколько-нибудь серьезное расследование?

После того, как вышла сенсационная статья, доступ к Мартиндейлам Дэвиду перекрыли, и крохи информации приходилось черпать в других изданиях. Но журналист знал, что Фредди тяжело перенес исчезновение Джоди. Терзался чувством вины, проваливал экзамены, тянулся к выпивке и наркотикам, и в результате остался без диплома, что было из ряда вон, поскольку на его образование тратилось тысяч двадцать пять в год.

Все попытки его семьи, особенно отца, наставить на истинный путь ни к чему не привели. В конце концов Фредди совсем бросил учебу, ушел из дома и начал скитаться по ночлежкам в курортных городках на побережье Кента. Пока не покончил с муками, спрыгнув с такой высоты, что опознание пришлось проводить, вооружившись данными от его дантиста.

Дэвид вытащил еще несколько листов и вчитался в неразборчивые каракули, но смысл оставался неясен. Кое-где в верхнем правом углу попадались нацарапанные время и дата. Фредди писал что-то вроде дневника? Возможно, он мыслил более трезво, чем можно было ожидать, но все равно попытка разобраться в записях показалась бесполезным занятием.

Журналист вновь разочарованно выпрямился. Какие-то идеи явно брезжили в сознании обреченного наркомана. На написание всех этих заметок он потратил много сил и наверняка чувствовал, что движется к цели.

Дэвид перевернул еще один лист и наконец обнаружил то, что мог прочитать, хотя это ни на йоту не приблизило его к разгадке чужих мыслей. На странице он видел всего три фразы, расположенных одна под другой, и каждая следующая – крупнее, но содержание у всех было одинаковое: «Кто такая святая Бригитта?» В самом низу нашелся единственный, очень большой вопросительный знак. Дэвид поднес бумагу ближе к окну, чтобы удостовериться – уж слишком тот был кривой, но величина закорючки ошибку исключала.

Так кто же она, Святая Бригитта? К чему такой вопрос? Дэвид был воспитан в католической вере, но с подросткового возраста не переступал порога церкви и ничего не помнил из катехизиса.

Он продолжил рыться в коробке, уже наполовину пустой. На дне вдруг обнаружилось что-то увесистое. Старый мобильник – такая модель не выпускалась уже много лет. Сдохший, – мертвее не бывает, – со сколами и царапинами. На задней панели под грязью и пылью обнаружилась полустертая картинка – Железный человек, супергерой из комиксов. Детский телефон! Без сомнения,