Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

Дэвид сглотнул, пытаясь избавиться от комка в горле. Вид грязной сломанной игрушки заставил его осознать, каким маленьким был Фредди в то время. Типичный беспечный юнец из семьи с достатком выше среднего, но по сути такой же, как другие мальчишки его возраста…

Внезапно захотелось пробежаться, и не легкой, вялой трусцой, как обычно по утрам, а как следует и на длинную дистанцию. Ладонь разжалась, телефон упал обратно в коробку. После прошлой ночи срочно требовалось проветрить мозги.

Зайдя в спальню, Дэвид натянул майку, шорты и кроссовки, захватил бутылку с водой. Возвращаясь, остановился у рабочего стола и заглянул в коробку. Прикасаться к телефону больше не хотелось, слишком много неприятного было с ним связано. Затем он посмотрел на стену и снова встретился со взглядом Фредди, затравленным и безжизненным. Вздохнул:

– Я должен тебе хотя бы это.

Он выдвинул ящик стола и достал связку кабелей и зарядное устройство. По всей вероятности, уже ничего не поможет совсем древнему телефону, умершему задолго до своего хозяина. Возможно, лежащему сейчас даже без сим-карты.

Третий по счету разъем подошел, Дэвид воткнул вилку в розетку и с удивлением ощутил вибрацию. Впрочем, это еще мало что значило. На телефоне информации-то может не быть, или найдется какая-нибудь ерунда. Опять же, если мобильник вернули родным вместе с другими пожитками покойного, полиция наверняка уже все проверила. С другой стороны, никак не похоже, что его недавно трогали. А может, просто-напросто не заметили под кипой бумаг?

Дэвид направился к двери. Пускай телефон подзарядится пару часов. Хотя, судя по тому, как все пока складывается, в нем окажется одно-единственное сообщение: «Да пошел ты, Келман!»

И он вполне это заслужил.

Глава 8

Шесть лет назад

– Вы понимаете, что находитесь под следствием? – осведомилась детектив-констебль Хаген.

– Да, – кивнул Дэвид, сидевший рядом со своим адвокатом Джейн Пирсон.

– По подозрению в том, что выдавали себя за сотрудника полиции.

Линда Хаген очаровывала с первого взгляда: темные глаза, каштановые волосы, мягкий характер, хотя, вероятно, последнее совсем не было правдой. Дэвид не был знаком с ней лично, но по отзывам знал как жесткого, напористого следователя, которого трудно перехитрить. Молодая, всего чуть за тридцать, она казалась властной, а говорила всегда кратко и четко.

– Полная ерунда, – хмыкнул Дэвид.

– Как интересно! Если обвинение – полная ерунда, то что это такое? – Она протянула газету в пластиковом пакете.

– Для записи: детектив-констебль Хаген демонстрирует подозреваемому вещественное доказательство, – прокомментировал Тони Йоргенсон, крепкий, осанистый полицейский с густыми усами и копной темных волос, – газетную статью, написанную Келманом, по его же словам, и опубликованную 2 ноября в издании «Эссекс Экзаминер».

Дэвид взглянул на крупный заголовок:

КОШМАР НАЯВУ

Чудом выживший при похищении рассказывает, какой ужас пережил

– Как уже было мною сказано, в доме Мартиндейлов я ни разу не представлялся полицейским.

– Вы уверены? – прищурилась Хаген.

– Мое интервью с Фредди Мартиндейлом не было тайным. Более того, оно целиком записано на диктофон, который я добровольно сдал при аресте сегодня днем, и вы могли сколько угодно раз его прослушать. Назывался я там хоть раз полицейским?

Хаген остро взглянула на него.

– Однако вы этого и не отрицали.

– Я бы сказал правду, но никто не спрашивал.

– Никто и не мог вам задать такой вопрос, не так ли? Никого не было, только тринадцатилетний мальчик – ребенок, несовершеннолетний!

– Неправда, во время нашей беседы рядом с Фредди постоянно находился сопровождающий, телохранитель по фамилии Кервин.

– А вам не пришло в голову подождать, пока появятся члены семьи Фредди?

– Я как раз и ждал их, пока беседовал с мальчиком, но потом вышла домработница и сообщила, что его отец и зять находятся в Лондоне, мать – в постели под действием успокоительных, у сестры важный разговор по телефону с детским психиатром.

– После чего ты сбежал со своей незаконной добычей, – вставил Йоргенсон.

– Ничего незаконного! – возразил Дэвид. – Я взял интервью у ребенка в присутствии ответственного служащего семьи, который на это согласился.

– Потому что считал вас сотрудником полиции, – кивнула Хаген.

– Его ошибка, если он так считал! Я этого не говорил.

– Значит, вы не проникли на территорию, притворившись участником следственной группы?

Дэвид покачал головой.

– Я предъявил удостоверение прессы, которое вы также изъяли в качестве доказательства, и представился как Дэвид Келман из криминального отдела «Эссекс Экзаминер».

– Звучит достаточно… по-полицейски, – фыркнул Йоргенсон.

Дэвид пожал плечами.

– Ничего особенного – криминальный отдел редакции.

– Сам придумал? – усмехнулся сыщик. – Чтобы подчеркнуть свою значимость как борца с преступностью?

– Название появилось после того, как мы разоблачили коррумпированных полицейских с Лэмпвик-Лейн, – спокойно ответил Дэвид. – Вы же не станете отрицать, что в тот раз именно мы боролись с преступностью, а вы… как бы не наоборот.

Йоргенсон вспыхнул.

– Не пытайся умничать, Келман! Это тебе не к лицу.

– Ну-ну, джентльмены, – вмешалась темнокожая Джейн Пирсон в круглых очках и строгом элегантном костюме. – Давайте вести себя культурно.

– Если Марвин Кервин утверждает, что я назвался полицейским, то он лжет, – заявил Дэвид. – Вы надеетесь построить обвинение на его показаниях против моих? Он бывший боксер, который не умеет считать до десяти, потому что никогда не слышал, чтобы рефери зашел так далеко, а я герой Лэмпвик-Лейн!

– Так гордишься уловкой, которую провернул? – процедил Йоргенсон.

– А ты бы не гордился подобным результатом? Только не думаю, что подобрался бы даже близко, ты же вроде как дружил с Джеком Петтигрю. Не поверишь, сколько раз твое имя всплывало в нашем расследовании.

Йоргенсон молча оскалился, показав неприглядные желтые зубы. История с Лэмпвик-Лейн оставалась незаживающей раной для действующих сотрудников полиции. Хотя никто не мог отрицать, что инспектор Джек Петтигрю, сержант Кит Элгин и инспектор по огнестрельному оружию Джерри Корриган совершили наказуемые преступления. Они были популярны среди рядовых сотрудников, и многие полагали, что к ним следовало проявить снисхождение, учитывая впечатляющий послужной список.

– Вы увиливаете, мистер Келман, – продолжала Хаген, – но это не сработает, особенно со мной. Знаете, мне гораздо интереснее узнать, как так получилось, что дежурная по связи с семьей в Роузхилл-хаусе была вызвана на встречу, которой не было, всего за двадцать минут до того, как вы явились?

– Вновь удачное стечение обстоятельств, – пожал плечами Дэвид. – Уверен, если бы она не уехала, то не впустила бы меня.

– Еще бы, – снова встрял Йоргенсон, – и на то были чертовски веские причины. – Он хлопнул по газете. – Вот, например – важные детали, ни одна из которых не должна была оказаться в открытом доступе!

Столь пристальный взгляд детектива приводил в замешательство, особенно потому,