Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

– Фэрвью построен в виде буквы «П» и состоит как бы из двух одинаковых домов, соединенных посередине, – голос горничной был низким и приятным.

Две зеркальные половинки одного целого! Как мы с Викторией.

– Спасибо. Я только беспокоюсь, что не смогу найти выход, – улыбнулась я.

– Нажмите на эту кнопку, мисс, и я приду, – указала она на неприметный латунный выступ на стене. – Я буду помогать вам, пока не приедет ваша горничная.

– У меня не… То есть я хотела сказать, что наши слуги остались в Нью-Йорке, на случай если лорду Стэнли надо будет вернуться по делам, – я запнулась, не зная, как выкрутиться.

– Хорошо, миледи, – кивнула горничная. – Я скажу Дженни, чтобы она обслуживала вас. Когда вам принести поднос?

– Поднос?

– Ваш завтрак, миледи. Миссис Макмиллан завтракает у себя в комнате. Мне казалось, что вы тоже этого захотите.

Задумавшись на секунду, кто такая миссис Макмиллан и какое отношение это все имеет ко мне, я сообразила, что миссис Макмиллан – не кто иной, как сестра Уиффи Биба.

– Конечно. Спасибо. Буду не против. А в котором часу завтракает миссис… эээ… Макмиллан?

Я понимала, что выгляжу глупо. Не знать, в котором часу я предпочитаю завтракать? Но ведь никто до этого момента не интересовался моими предпочтениями. Никто и никогда. В Харевуде все, включая слуг, обращались с нами, как с детьми, наказывая за малейший проступок, а в Грейклифе нам постоянно давали понять, что мы путаемся под ногами Энни и миссис Вашингтон и мешаем им выполнять их «настоящие» обязанности.

– Миссис Макмиллан встает очень рано, а завтракать предпочитает ровно в восемь. Я принесу вам меню на всю неделю, но вы можете заказать все, что пожелаете, миледи.

Я издала звук, который, я надеялась, был воспринят как знак согласия, но следующий вопрос горничной буквально парализовал меня.

– А как насчет вечеринок?

– А-а-а… Что? Это возможно?

– Мероприятия распланированы на весь сезон, но есть несколько свободных вечеров. Если хотите, завтра я принесу вам расписание.

Расписание? Уиффи обещала мне, что пикник будет следовать за пикником, но я никогда не рассматривала возможность устроить свой собственный.

– Не желаете ли чего-нибудь еще? – спросила горничная, и я с трудом подавила в себе желание заплакать.

Горничная покинула комнату совершенно бесшумно. Все звуки словно поглощались высоким, как небо, потолком и роскошным ковром на полу. Одно из окон выходило на простирающийся сколько хватало глаз сад с увитой плющом и покрытой белыми цветами беседкой, за которым виднелся берег океана.

Добро пожаловать, шептали мне покачивающиеся на ветру головки роз.

Разница между Ньюпортом и Грейклифом была больше, чем между землей и луной.

Вспомнив о Грейклифе, я вздрогнула. Нет, я не хочу туда возвращаться. Пусть это лето длится бесконечно.

Вздохнув с облегчением, я упала на кровать, и мягкое пуховое одеяло заключило меня в свои объятия. По телу разлилось приятное тепло, и я почувствовала прилив энергии, зная, что здесь, в Ньюпорте, жизнь моя изменится.

* * *

На следующее утро, позавтракав, я отправилась на поиски Виктории и нашла ее стоящей в тени портика у главного входа.

Взгляд ее был устремлен вдаль, и я, воспользовавшись моментом, принялась изучать ее профиль. Даже солнечный свет в Ньюпорте казался более ярким, чем в Нью-Йорке, где он лишь отбрасывал тени. Здесь же в его золотых лучах Виктория прямо светилась. Сердце у меня сжалось. Она стояла всего в нескольких шагах от меня, но нас разделяли километры. Услышав стук моих туфель по мраморному полу холла, она не обернулась, а когда я положила руку ей на плечо, сделала вид, что не заметила этого.

Я не видела, на что она смотрит, на лице ее сияла улыбка, заметив которую я тоже улыбнулась. Виктория была непостоянной и капризной, но разве можно было чувствовать себя несчастной здесь, в окружении такой красоты? И я мысленно поблагодарила сестру Уиффи за ее как нельзя более своевременную поездку в Европу.

Положив голову на плечо Виктории, я закрыла глаза и вдохнула теплый бриз Атлантики, безжалостно унесшей меня от всего, что я знала и любила. Каким серым и холодным был океан тогда, и как он переливался теперь всеми оттенками голубого, ударяясь волнами о скалы.

Признак перемены судьбы, подумала я.

Запах свежескошенной травы, яркое солнце и растущие по краю лужайки розы – все это порождало во мне чувство ожидания чего-то нового. В Ньюпорте нам будет хорошо. Стряхнув с себя сырость Грейклифа, мы снова станем сестрами. Я не дам возникшей между нами трещине превратиться в пропасть. Какой бы сложной ни была Виктория, она была всем, что у меня есть.

– Я хочу остаться здесь навсегда, – промолвила она.

– Здесь красиво, правда?

– Здесь не просто красиво. Здесь все… само совершенство, – указала Виктория на простиравшийся перед нами пейзаж. – Совершенство, какого я не могла себе даже представить.

В ее глазах зажегся странный огонек.

– Виви…

Она обернулась, но ее глаза смотрели сквозь меня.

– Вся столовая украшена цветами, а на завтрак я съела круассан. Здешний повар – француз, – благоговейно прошептала она.

Я кивнула. Я тоже получила огромное удовольствие от хрустящего маслянистого круассана. Завтрак доставили мне сразу две горничные: одна придерживала тяжелую дверь, а другая бесшумно внесла в спальню поднос, заполненный фруктами, большинство из которых я никогда прежде не видела. Я перепробовала все, откусывая огромные куски и позволяя соку стекать по подбородку. Когда я наелась, веселая и приветливая Дженни помогла мне одеться, развлекая меня историями о недавних гостях и грядущих вечеринках.

– Давай проедемся, – предложила я. – Посмотрим, что вокруг.

Мне не хотелось сидеть дома. Мне хотелось скакать на Фейбл рядом с Виви, вдыхая соленый запах океана. Взяв Викторию за руку, я потянула ее на солнце.

– Пойдем, – снова позвала я, подведя ее, смеясь, к статуе Посейдона.

– Что это с тобой? – спросила она без обычной укоризны в голосе, подставляя лицо лучам солнца.

Я вспомнила, как в Харевуде мы старательно избегали прямых солнечных лучей, чтобы лицо не покрылось неподобающими для истинных леди веснушками. Неужели это было всего лишь несколько месяцев назад? Мне казалось, что прошла уже целая вечность. Я готова была отдать все, что у меня было, лишь бы снова оказаться там, где веснушки были единственной нашей проблемой.

Виктория вздохнула, и я безошибочно почувствовала запах алкоголя. Когда она успела, ведь мы только что позавтракали, подумала я.

Взяв ее за руку, я поднесла ее к своим губам. Прости, хотела сказать я, прости, что так все получилось. Я все исправлю. Сам факт нашего пребывания в этом месте, среди солнца, океана и роз, все исправит. Но вдохнув соленый, пахнущий цветами бриз,