Голоса в комнате эхо - Влада Ольховская

– Да, наверно… Наверно, это будет правильно. Давайте пройдем на кухню!

Цепь вилась по всему дому. Она была натянута вполне грамотно и почти не мешала движениям Зои, однако всех трудностей избежать не удавалось: звенья то и дело что-нибудь задевали. Так что без цепи было бы намного легче, однако хозяйка дома от нее упорно не отказывалась.

Таиса разглядела, что замок на браслете кодовый. То есть, Зоя действительно могла освободиться в любой момент, а вот кому-то другому снять цепь было бы проблематично. Если так посмотреть, из инструмента пленения цепь превращалась в инструмент защиты, и профайлер подозревала, что смысла в этом больше, чем кажется.

Кухня была такой же очаровательной, как весь дом – обои в цветочек, плетеная мебель, сплошь светлые тона. Чувствовалось, что Зоя часто бывает здесь и активно всем этим пользуется, это не просто декорация красивой жизни. Получается, она не придавлена травмой… но и не свободна, мелодичное позвякивание цепи не дает об этом забыть.

Зоя медлила, пытаясь прикрыть свою нерешительность бурной деятельностью: она долго заваривала чай, расставляла на столе все, что нашла к нему, – варенье, конфеты, мед, куда больше, чем надо, – придирчиво выбирала чашки и тарелки. При этом она то и дело часто моргала и откидывала голову назад, сдерживая слезы. Она боялась своей памяти, и Таиса пока не пыталась ее поддержать, опасаясь выдать, что ничего на самом деле не знает. Она просто ждала, понимая, что, когда Зоя решится, эта история вырвется на свободу вся.

Так и получилось.

Зое Столяровой в жизни чаще везло, чем не везло. Ее детство и вовсе было идеальным – любящие родители, старший брат, который к моменту ее рождения был достаточно взрослым, чтобы стать ей другом, а не вечным соперником, обеспеченная семья. Ее готовы были баловать, и от полной испорченности Зою спасло то, что она в этом не нуждалась. Она была энергичным, непоседливым, но неглупым ребенком, и энергию свою она направляла скорее на развитие, чем на бессмысленные шалости.

Главным испытанием ее жизни стала неожиданная смерть родителей, и не сломаться Зое удалось лишь благодаря старшему брату. Тимур стал для нее настоящей опорой, а она перекинула на него всю любовь, которая раньше предназначалась целой семье. Когда брат женился, Зое было страшновато от него отделяться, она даже ревновала его к жене, но научилась это скрывать. К счастью, прощаться с ним ей не пришлось, Тимур просто купил этот дом – достаточно большой для нескольких семей, спроектированный достаточно грамотно, чтобы они не мешали друг другу.

Правда, Зоя не была уверена, что он так же легко уживется с ее мужем, Тимур всегда был с характером. Но она решила, что будет решать проблемы по мере поступления – мужа-то не было! Все отношения, пока случавшиеся в ее жизни, были недолгими. Не потому, что она не была популярна – Зое досталась яркая, мгновенно привлекающая внимание внешность, вариант красоты скорее классически женственный, чем модный. А если добавить к этому обаяние, живой ум и неплохое приданое, получается тот самый коктейль, при котором отсутствие супруга скорее шокирует, чем вызывает понимание.

Однако секрет тут был прост: Зоя оставалась придирчивой. Ей хотелось найти кого-то похожего на покойного отца или обожаемого старшего брата, и раз пока с этим не складывалось, она готова была ждать.

Ей ведь и одной отлично жилось! Брат никогда не отказывал ей в деньгах, поэтому карьеру она строила не по нужде, а потому, что это было ей интересно. Она много путешествовала, работала волонтером в приюте для бездомных животных, у нее хватало подруг. По сути, смерть родителей осталась единственным сильным ударом, который жизнь нанесла Зое, да и тот воспринимался как воля судьбы, а не указание на то, что в мире не только добрые люди есть. Так что девушка была непуганой и доверчивой…

За это она однажды поплатилась.

Зоя всегда любила походы, ее к этому еще родители приучили. После их смерти она порой отправлялась на природу в компании своих друзей или семьи Тимура, а потом, уже после совершеннолетия, пристрастилась путешествовать одна. Ей это помогало перезагрузиться: даже при том, что она была прирожденным экстравертом, она все равно уставала от людей, суеты, бесконечных проектов. Одиночный поход возвращал ей силы так, как ни один элитный курорт не мог.

– Это мое увлечение никому, кроме меня, не нравилось, – признала Зоя. – Девочки, подруги мои, ругались все время, Тимур меня отпускать не хотел… Но я же не враг себе! Я готовилась…

Зоя и правда подходила к выбору маршрута ответственно: она собирала информацию об этих местах, следила за прогнозом погоды, мониторила, какие дикие звери встречаются в выбранном районе, каков общий уровень преступности, где можно получить помощь. Она прошла специальные курсы, позволяющие выжить в экстремальных условиях. Она сделала все, чтобы каждый выезд на природу приносил исключительно радость.

Только этого оказалось недостаточно, Зое на собственном печальном примере пришлось узнать: иногда от тебя вообще ничего не зависит. В жаркий июль она отправилась в поход в старый сосновый лес, место безопасное, безлюдное… прекрасное! И начиналось все хорошо: добралась Зоя без проблем, разбила палатку, обустроила лагерь.

А потом что-то случилось. Она до сих пор не знала, что. Просто из жизни Зои исчезли два дня. Были они – и нету: она спокойно заснула вечером пятницы в своем спальном мешке, а очнулась утром понедельника на земле рядом с палаткой. Одетая, не травмированная сильно, хотя потом обнаружились многочисленные мелкие раны: синяки, ссадины, порезы… Но это травмы внешние. Зоя сразу же почувствовала внутри сильную боль, незнакомую – однако интуитивно понятную.

С ней произошло то, что произойти никак не могло. У нее не было доказательств, кроме собственных ощущений и полного провала в памяти. А главное, не было подозреваемых! Она по-прежнему была одна, в воспоминаниях ничего не сохранилось… По крайней мере, ничего такого, до чего Зоя могла осознанно дотянуться. За год, прошедший с тех пор, ночные кошмары подкинули ей немало образов, в которых она не могла разобраться, но боялась их до дрожи.

– Тогда у меня была самая обычная истерика, – криво усмехнулась Зоя. Она по-прежнему не смотрела на Таису, только на кружку с остывшим чаем, к которому так и не притронулась. – Я бросила все, побежала к машине, когда сигнал появился – позвонила Тимуру… Он, конечно, с ума сходил, два дня меня не было! А я только узнала про те два дня и стало хуже…

– Почему