Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

Хаген перевела взгляд на Дэвида.

– Выходит, потребовалось всего-навсего шесть лет, чтобы кто-то решился дать вам работу. Потрясающе! Неплохо, сказала бы я, но исключительно из вежливости. – Она развернулась к своей машине.

– Вы не могли бы все же уделить нам минутку? – взмолилась Нушка.

– У нас есть официальная пресс-служба, которая отвечает на все запросы журналистов.

– Мы хотели бы вас отблагодарить.

– В каком смысле? – Хаген удивленно подняла брови.

– Мы пришли, потому что, ну… – Нушка пожала плечами. – Дэвид сказал, что шесть лет назад, когда его арестовали, вы были так вежливы, так корректны… и вообще, вы его отпустили.

– Не я, а прокуратура. Решили, что у нас недостаточно доказательств, чтобы обойти защиту, которую он для себя подготовил. – Хаген покачала головой. – Вам есть чему у него поучиться, Нушка. Но если бы все зависело от меня, я бы рискнула передать дело в суд и потребовала максимального срока.

– Знаю, вы не поверите, – вновь заговорил Дэвид, – но я искренне сожалею о том, что сделал.

– Об этом вам стоило бы сказать Фредди Мартиндейлу, но увы, уже поздно.

– Мы как раз о нем и хотели поговорить! – оживилась Нушка.

Хаген молча слушала.

– Есть одна девушка, – начал Дэвид, – наркоманка по имени Лора Рейнольдсон – по крайней мере, так она себя называет. Возможно, ее настоящее имя – Ивонн. Я не могу сказать точно, где ее можно найти. Она бездомная, но укрывается, похоже, в Кеппел-холле и его окрестностях в Чатеме…

– Обратитесь в полицию графства Кент.

– Девушка утверждает, что Фредди Мартиндейла убили!

Хаген обвела их непонимающим взглядом.

– В каком смысле?

– Она говорит, что с крыши он упал не сам, его сбросили. Да-да, утверждает со всей определенностью.

– Она сама это видела?

– Нет, но совершенно уверена.

Хаген усмехнулась.

– То есть, совершенно уверена, что так могло случиться. – Она вновь собралась идти к машине. – Говорю же, сообщите в полицию Кента.

– А сами вы не хотите разобраться? – спросила Нушка. – Вы же занимались похищением Джоди Мартиндейл?

– Лишь частично, пока работала в отделе уголовного розыска. Теперь, как вам, думаю, известно, я сотрудник дорожной полиции Эссекса и расследую только дорожно-транспортные происшествия.

– А как же серия ограблений несколько месяцев назад? – возразил Дэвид.

– Вы в курсе новостей? Очень хорошо. Только ваше дело меня не касается.

– Послушайте… – Дэвид схватился за сетку ограды. – Я сейчас здесь, потому что доверяю вам.

– Нет, мистер Келман. Мне кажется, вас просто мучает совесть из-за того, что вы натворили много лет назад. Однако, уладив отношения со мной, вы ничего не исправите в целом. Как я уже сказала, дело Фредди Мартиндейла расследует уголовный розыск графства Кент.

– А вам не попадалась, случайно, в местном преступном мире некая Святая Бригитта?

– Ясно, – вновь усмехнулась Хаген. – Совесть ни при чем, на самом деле вы явились за информацией.

– Да нет, просто спрашиваю. Всплыло имя, знаете ли.

– У меня нет слов. – Она пошла к машине.

– Так что, попадалась или нет?

Хаген обернулась на ходу.

– Обратитесь в церковь.

– А имя Ойя?

Она остановилась.

– Не слишком распространенное, правда? – продолжал он.

– И вы еще называете себя репортером, мистер Келман? – Она взглянула на Нушку. – Я говорила, что у вас есть чему у него поучиться. Похоже, я ошиблась.

– Так кто такая Ойя? – не отставал Дэвид.

– Вы же сами сказали, что имя редкое. Так поищите его!

– В связи с чем?

– В связи с самым громким расследованием эссекской полиции, – ответила Хаген, садясь в машину.

Они молча смотрели, как она уезжает.

– Вот же коза! – прошипела Нушка.

– Она сказала правду, – ответил Дэвид. – Во всяком случае, что касается меня. Но все равно приехать сюда стоило. Я знал: с пустыми руками мы не останемся!

Он торопливо залез за руль «фиесты», Нушка передвинулась на пассажирское сиденье.

– Как это, ты знал?

– А ты правда думала, что я собираюсь помочь копам? – Дэвид открыл свой ноутбук.

– Мы приехали рассказать об убийстве Фредди, разве нет?

– Да, но только чтобы прикрыть свою задницу. Когда узнаешь об убийстве, нельзя об этом умалчивать, иначе можешь оказаться под арестом. Если они хотят не дать ход делу, это их выбор. Но мы выполнили свой долг, сообщили, а кроме того, кое-что узнали.

В глазах Нушки читалось все то же недоумение, пока Дэвид не показал на экран ноутбука, куда вывел местный новостной сайт. На центральном снимке была изображена фигура со скованными за спиной руками, которую полицейские сопровождали к машине, в то время как на заднем плане за временными ограждениями бушевала разъяренная толпа. Справа в колонке фотографий были запечатлены лица шести женщин. Крупный заголовок гласил:

МОНСТР ЗА РЕШЕТКОЙ!

Джеймс Линч, маньяк-убийца из Медуэя, осужден по всем пунктам обвинения

Процитированное заявление начальника Главного следственного управления суперинтенданта Мэкисона о «самом громком расследовании полиции Эссекса» бросалось в глаза.

– Посмотри на имена жертв! – Дэвид показал на фотографии справа.

Нушка прочитала подписи:

– Тиа Уэллс, Лола Маккензи, Брайони Уильямс, Джин Бейкер… – голос ее дрогнул. – Ойя Ойинола!

На снимке была чернокожая женщина. На шее у нее виднелись три кулона, один из которых явно был в виде молнии, а другой – меча… или мачете.

Глава 25

За год с небольшим сорокачетырехлетний Джеймс Линч, водитель-экспедитор из Харлоу, регулярно курсировавший между Лондоном и юго-восточным побережьем, заманил к себе в автомобиль и убил шесть проституток. Маньяк душил их до потери сознания, насиловал и вспарывал тело от горла до промежности, а затем прятал трупы в сельской местности.

Линч убил четырех женщин в Кенте, в основном в районе Медуэй, из-за чего и получил прозвище, и двух в Эссексе. Поэтому была создана общая оперативная группа «Редвуд», которая совместно с экспертами из отдела серийных преступлений Скотланд-Ярда провела быстрое и эффективное расследование, приведшее к аресту маньяка.

Линч признался в большинстве своих преступлений и был приговорен к пожизненному заключению в тюрьме Ее Величества Бранкастер для особо опасных преступников, которая занимала пустынный участок побережья Норфолка и была известна как «Гулл-Рок».

До этого в районах, где, как предполагалось, охотился маньяк, творилось настоящее безумие. Уничтожающая критика была направлена на всех, от полиции до правительства. Марши солидарности с жертвами перерастали в беспорядки, вводился комендантский час и устанавливались блокпосты. Группы активистов рассылали угрозы людям, которых подозревали, – и во всех случаях те были невиновны. Репортеры нахлынули отовсюду, даже из таких отдаленных мест, как Нью-Йорк и Гонконг.

Писали, что сельская Англия оказалась во власти монстра. «Край зеленых лугов, деревенских церквей и соломенных крыш взял в осаду новый Джек-потрошитель». Тот факт, что большинство жертв он находил в захудалых