Современный зарубежный детектив-25 - Арнальдур Индридасон

Я совсем забыла про Полли, мою неотлучную тень.

– Нет. Сами знаете, днем пациентам не разрешается находиться в своих комнатах, – откликнулась та откуда-то сзади.

– Ага, если они здоровы. А как по мне, она больна. Ну ладно, Полли, не будь стервой.

Полли рассмеялась.

– Не думала устроиться сюда на работу?

Роза рассмеялась в ответ.

– Господи, надо подумать. Ведь я все равно столько времени здесь торчу.

– Как думаешь, встать сможешь? – спросила меня Полли.

– Давай помогу. – Роза взяла меня за руки и потянула вверх.

Я встала, пошатываясь. Роза обхватила меня рукой вокруг талии. Я поразилась, какая она тощая, сущий скелет, однако этот скелет сумел меня поддержать. Мы вышли из туалета и прошли по коридору к моей комнате.

– Да, тут не мешало бы добавить уюта, – заметила Роза, но тут же уточнила: – Конечно, только если тебе придется остаться. Но ты-то точно здесь не задержишься, так что не волнуйся. Забудь.

Я хотела ей улыбнуться, но губы не слушались. Кровать снова захрустела, как накануне вечером. Джинсы я снимать не стала, мне было все равно, лишь бы закрыть глаза. Отдохнуть.

– Я буду сразу за дверью. Дам тебе поспать час. Потом зайду и посмотрю, как твое самочувствие, – откуда-то из-за закрытых век послышался голос Полли.

– А меня знаешь, где найти. Я сегодня никуда не собираюсь, – пошутила Роза.

Я сосредоточила внимание на темноте под веками и отключилась от всего остального, не пуская мысли в голову. Они пытались вторгнуться, но я сразу их отгоняла. Сон накрыл меня как волна и принес видения той последней ночи с Эмили. Одна и та же сцена прокручивалась снова и снова, словно диск заело на повтор, – моменты перед тем, как я нашла ее в ванной.

Я шла по коридору, раз за разом, но стоило положить руку на дверную ручку, как меня отбрасывало назад к началу, и все повторялось. Я отчаянно рвалась вперед, пыталась открыть дверь и увидеть ее. Но заканчивалось все одинаково. Мне не удалось ни открыть дверь, ни увидеть Эмили. Я резко проснулась, словно и не спала, и увидела Полли – она сидела в коридоре на стуле, уткнувшись в свой телефон.

Полли заметила, что я пошевелилась, подняла голову и спрятала телефон в карман. Я молча лежала в постели, чувствуя себя полностью опустошенной, будто из меня выскребли все внутренности, как из тыквы, и выбросили.

– Тебе лучше?

– Да, – солгала я.

Я и сама не понимала, как себя чувствую. Тело казалось чужим и незнакомым.

– Уже собиралась тебя будить. – Она загнула уголок страницы книги, лежавшей у нее на коленях. – Мне жаль, что у тебя выдалось такое тяжелое утро. Тебе, наверное, очень трудно. Обнять тебя, может, легче станет?

Я покачала головой.

– Хочешь об этом поговорить?

Я снова покачала головой.

– Ну тогда пойдем к остальным, в общую комнату.

Мы вернулись в общую комнату. Я поискала глазами Розу и с удивлением обнаружила, что Шелли, Тоби и Дениз отодвинули стулья от стола и поставили их полукругом перед диваном, где та сидела. Шелли закатала рукав, обнажив руку, а остальные женщины разглядывали ее. Усевшись рядом с Розой, я невольно взглянула тоже. Рука Шелли напомнила мне тело Эмили – сплошное месиво шрамов, как будто ее затянуло и покалечило в каком-то механизме.

– Это вот последние, перед самой больницей, – показала Шелли пальцем, но я не увидела разницы между этими шрамами и остальными.

– Это ерунда, – сказала Тоби и, задрав штанину, продемонстрировала дырки на коже: одни совсем маленькие, другие размером с четвертак.

– А ты, значит, по ожогам? – спросила Роза. – Никогда этого не понимала. Когда режут – это еще куда ни шло, потому что можно заставить себя не двигаться и резать, но как стоять спокойно, когда жжешь себя? Ведь человек инстинктивно отдергивается, когда горячо?

– Нет. Это все только в голове. В этом весь кайф. – В глазах Тоби вспыхнула гордость. Я уже видела такую в глазах у Эмили. – Идешь против естественной реакции тела. Очень мощно вставляет.

Шелли повернулась ко мне:

– А ты что? Тоже резчица?

Я помотала головой.

– О как, а что же ты делаешь? – спросила Шелли с удивленным видом.

Я тупо смотрела на нее.

– В смысле?

– Мы говорили о группе по самоповреждению. Слыхали, что ты тоже будешь в ней с нами, а раз так, значит, ты себя режешь или еще что-то с собой делаешь, – объяснила Тоби.

– Тут явно какая-то ошибка. Меня не определили ни в какую особую группу.

Они переглянулись, посмотрели на меня, а потом улыбнулись друг другу, словно знали некий неизвестный мне секрет. Я взглянула на Розу в поисках объяснения или поддержки, но та лишь пожала плечами.

– Тоби, у тебя какая максимальная глубина? Я…

Полли перебила ее:

– Дамы, мне кажется, пора сменить тему. Разговор приобретает нездоровый характер.

Иногда я совершенно забываю о ее присутствии.

Шелли показала Полли язык.

– Ну и пожалуйста.

– Девочки, хотите сыграть в пики? – спросила Дениз.

– Конечно, – сказала Роза. – Элизабет может со мной в паре.

– Я не умею играть.

– Научим.

Мы переместились к столу. Женщины по очереди объяснили смысл игры и правила. Я была только рада отвлечься. Чтобы убедиться, что я все поняла, мы сыграли пробный круг. Женщины смеялись над моими ошибками и отпускали шуточки о своих мужьях и о разных происшествиях в психиатрии. Я разглядывала их с неменьшим интересом, чем свои карты. Казалось, они смеются совершенно искренне – но мыслимо ли чему-то радоваться здесь? Судя по шрамам, изнутри их терзала чудовищная боль. Как они попали в это странное место и кем были в прошлой жизни?

Я оставила вопросы при себе и молча играла в карты. Мы сидели за столом, пока не пришло время полдника, о чем возвестило появление работника больничной столовой с заставленной подносами тележкой и еще одного мужчины, который позвал Розу за собой.

– Зашибись. Мое любимое занятие, – бросила она, вставая из-за стола. – Увидимся, когда прибавлю еще пять фунтов.

– Просто невероятно – тощая как скелет, а сама думает, что толстая, – Шелли шептала, будто Роза все еще могла слышать ее. – Эти с РПП такие странные.

– РПП? – переспросила я.

– А, ну да, забыла, что ты по первой, – рассмеялась Шелли. – Расстройство пищевого поведения. Все, кого видела, – совершенно отъехавшие. Я их немного стремаюсь.

Я была другого мнения – Роза казалась здесь самой нормальной.

– Ну, а с тобой что такое? – спросила Шелли.

Вопрос застал меня врасплох, и к лицу прилила кровь.

– Я, м-м… думаю, просто… попала сюда.

– Просто попала, – повторила Тоби и закатила глаза, будто я чем-то оскорбила ее. – Сюда так просто не попадают. Здесь только долбанутые на всю голову. Остальные в других отделениях. – Она будто гордилась этим.

– Меня привезли сюда