Детский доктор или Попаданка в злую мачеху - Лана Кроу

— Некоторые дамы отказываются рожать, боясь испортить фигуру, — пожал плечами Солн.

— Какие глупости! — вырвалось у меня.

Он кивнул:

— Некоторые не рожают, потому что не хотят выпадать из светской жизни…

— Но это же… Неужели можно отказаться от радости быть матерью ради фигуры и светской жизни? А Елена и вовсе пошла дальше. Она готова на убийство. Причина должна быть серьезнее. Вот только какая?

Солн задумался. Я — тоже. Если мужчина, проживший долгую жизнь в этом мире, не мог мне ответить, то уж мне, можно сказать, новичку, ответа точно не понять.

— А если пожаловаться в полицию? — спросила я.

Он нахмурился:

— Простите, куда?

— Ну, в жандармерию, в охрану, стражникам, королю… Мне ведь угрожают смертью? Разве это законно?

Солн покачал головой:

— Если Катрин не принуждали подписывать договор… последствия были обговорены и утверждены. Редко кто составляет договор на смерть, но если составили и Катрин его подписала, то при несоблюдении это законно.

— И что теперь — никак не избавиться от этого договора? — спросила я с надеждой.

— Его можно попытаться оспорить, — сказал Солн. — Или… уничтожить. Магический договор всегда составляют в единственном экземпляре. Если его сжечь, он перестанет работать.

Я задумалась. Так вот почему доверенный Елены так тщательно берег его от меня… Даже шага не давал подойти. Если бы только украсть и уничтожить… Но это невозможно.

Другой вариант — оспорить. Но чувствую, там тоже понадобятся деньги, и немалые. Да и не убьют ли они меня, пока я буду его оспаривать?

— Рина, что вы думаете делать? — вырвал меня из размышлений Солн.

Вопрос оказался очень сложным.

— Надеюсь, что Асмир проснется… До завтра.

— А если… не проснется? Вы… отдадите ей Тита?

— Ни за что, — ответила я твердо.

В глазах Солна мелькнуло облегчение. Он кивнул.

— Но что тогда?

А вот это был еще более сложный вопрос.

Я посмотрела в окно на мелькающие пейзажи, потом перевела взгляд на Солна. Мне кажется, он понял ответ раньше, чем я его произнесла. Потому что другого варианта не было.

— Вы заберете детей, Асмира, а я… я останусь.

— Даже не говорите такого!

— Другого варианта нет, — твердо сказала я.

— Но вас же убьют!

Я покачала головой:

— Я… спрячусь. И пока я буду бегать, Асмир, может, придет в себя и спасет меня.

— А если он никогда… — Солн осекся и остаток фразы произнес с болью: — никогда не проснется?

— Тогда… Тит вырастет и спасет меня. Он ведь дракон и быстро растет…

— Но не настолько быстро, чтобы они вас не нашли.

В глазах Солна было столько боли, что у самой запершило в горле.

Но я не видела других вариантов. Я не знаю, что хочет сделать Елена с Титом. Но сердцем чувствую: нельзя ей его отдавать.

Вот только… если дети уедут с Солном — не отследит ли она их?

Почему же все так плохо? И кажется, нет ни одного лучика надежды.

Я всю жизнь боролась. Знала, что сдаваться нельзя. Даже в конце своей жизни верила в лучший исход. А сейчас… сейчас надо продолжать верить.

Я выдавила улыбку:

— Не стоит расстраиваться раньше времени. Мы еще не знаем, что скажут лекарь и жрец. Давайте надеяться на лучшее. Сейчас главное — разбить все по целям. Первая цель: получить налоги. А там посмотрим.

Глава 87.

* Ирина *

Карета мерно покачивалась, унося нас все дальше от дома. За окном проплывали поля, перелески, редкие хутора. Я смотрела на этот пейзаж и думала о том, как много всего изменилось за эти дни.

Перед глазами все еще стоял Асмир. Его лицо… такое бледное, такое худое. И его глаза — пустые, смотрящие в никуда. Когда я была молодой и проходила ординатуру, я видела таких людей. Их тело жило, но душа ушла куда-то далеко. Но даже когда кажется, что их уже нет, шанс есть… Пока бьется сердце.

Я видела, как люди теряли родных. Но… я ведь видела и чудесные исцеления, настолько чудесные, что даже врачам иногда может показаться, что мы ничего не знаем.

И все же… в своем мире я была врачом. Я многое знала, я могла помочь… И сейчас мои знания нужны мне как никогда, вот только… в этом мире я не знала ничего.

Рядом со мной сидел Солн. Я видела, как тяжело ему дается дорога. Он то и дело менял положение, стараясь устроиться поудобнее, но боль в спине не отпускала. Он молчал, но я знала: ему больно. Я так отчаянно хотела ему помочь, но… почему-то не получилось, и от этого было так тяжело на душе. Хотя я и старалась не показывать вида. Но… я боялась, что Вики, пока я буду в дороге, снова начнет кашлять. Бедный ребенок только излечился, а уже снова мог заболеть.

Хоть бы все вышло с налогами. И поскорее… поскорее уже привезти для них настоящего лекаря.

— Мы скоро приедем? — спросила я Солна, стараясь, чтобы голос звучал бодрее. Бедному дворецкому и так хватало боли.

— Совсем скоро, уже следующий поворот и мы окажемся на землях господина Асмира, — сказал он, так же рассматривая пейзаж в окно кареты.

И правда, уже на повороте показалась небольшая деревушка.

— Куда здесь сворачивать? — раздался голос кучера.

— К большому дому, он в конце деревни, двухэтажный с красной крышей, — ответил Солн.

Карета снизила ход на деревенской дороге. И я могла наконец наблюдать село, в котором мы оказались. Аккуратные домики, накатанная дорога. На улице играли дети, они бежали за каретой и тыкали пальцами. И снова я вернулась мыслью, насколько наши миры все же похожи.

— Ирина, вам нужно будет показать себя уверенно, — сказал Солн.

Я отвлеклась от рассматривания села и посмотрела на Солна.

— Уверенно, — повторила я.

— Глава деревни может отказывать, но вы должны помнить, что именно вы на данный момент являетесь владелицей всех этих земель. Именно у вас горожане берут разрешение на посадки, вы подписываете их. Именно через вас проходят разрешения на скотоводство и торговлю, — продолжал Солн, я кивала в такт его словам.

— Это все очень важно.

— Я очень постараюсь, — искренне сказала я.

— Это я