Смерть в классе - К. М. Роулинс

миледи, если вы так говорите, то, пожалуй, небольшое улучшение — это не так уж и плохо». Да, подумала она, я на правильном пути. «Конечно, при условии, что это произошло давным-давно».

Черт, она ещё даже не вышла со стартовых блоков. Но всё же она попробует ещё раз позже; времени, чтобы переубедить Мортона, было предостаточно. Отныне это и было её существованием. Она была графиней и крупной землевладелицей.

И каким-то образом она заставит всё работать.

Экскурсия с Мортоном ещё больше укрепила её в мысли, что перемены необходимы. Она часто задавала вопросы, но всегда вежливо, и выяснила, что чаще всего слышала в ответ: «Так делалось всегда».

Незадолго до обеда она поблагодарила управляющего и попрощалась с ним, спросив, как часто он намерен ей докладывать.

— Ну, — сказал он, явно озадаченный вопросом, — при предыдущем графе он приезжал сюда только один раз, миледи, так что я точно не знаю.

— Я буду находиться здесь большую часть времени, Мортон, поэтому я была бы признательна, если бы вы встречались со мной в моем кабинете раз в неделю. Скажем, во вторник в 9 утра?

— Хорошо, миледи, во вторник в 9 утра.

На обратном пути она трижды попала под кратковременный ливень, прежде чем свернула у сторожки, чтобы подняться по подъездной дороге к замку. Она привыкла к дождю в Уэльсе, но не к такому, который то начинался, то прекращался, как здесь, в Горной Шотландии.

Мимо её фигуры в капюшоне с грохотом промчалась повозка, запряжённая пони. Кучер — дама средних лет, на лице которой отразилось смешанное выражение решимости и разочарования, — окликнула её:

«Смотри под ноги, девочка. Разве тебе вообще положено ходить по главной аллее?»

Ответ Мэйв прозвучал слишком поздно, потому что повозка уже мчалась вверх по дороге. Она как раз сформулировала ответ, что если ей не разрешают ездить по своей дороге, то кому же тогда, черт возьми, вообще можно ею пользоваться, когда поняла, что её никто не услышит, и это стало бессмысленной тратой энергии.

Она снова услышала голос, как только подошла к своей входной двери.

«Как это графиня отсутствует? Разве она не получила мою визитку, когда я звонил вчера, миссис Мортон? Я ясно сказала этому старику, что загляну сегодня в полдень».

Мэйв могла только предположить, что «старик» — это Ангус. Она не стала хвалить себя за это заключение; с двумя слугами вчера, число которых увеличилось до трёх с приходом Кэт, хрупкой молодой девушки, не стоило хвалиться тем, что отнесла Ангуса к категории «старого зануды».

Эта дама, кем бы она ни была, отличалась такой резкостью, что Мэйв была потрясена. Была ли она какой-то аристократической соседкой? Возможно, кем-то, с кем ей просто пришлось бы ладить, чтобы здесь всё шло гладко.

Она вошла в свой дом, явно нервничая.

Но мгновение спустя она вздрогнула, когда позади нее раздался голос:

«Миссис и мисс Гамильтон в библиотеке, миледи». Она обернулась и увидела Ангуса, стоявшего всего в ярде от неё. Как вообще можно было подойти так бесшумно? Она посмотрела на его ноги и, к своему удивлению, обнаружила, что на нём были домашние тапочки.

«Ангус, а где ваши туфли?»

«Я подал заявку на новые туфли, миледи».

«Они ещё не пришли? Когда вы их заказали?»

«Ох, наверное, уже три года назад. Это был тот год, когда сюда приехал старый граф — не то чтобы он был старым, понимаете, но тот, кто раньше был графом, вот в этом смысле слово „старый“, миледи».

«А обуви нет?»

«Денег на обувь нет, миледи. Старый граф забрал с собой серебряный чайный сервиз, сказав, что возьмет под него ссуду».

«Вы имеете в виду, заложить его?»

«Да, миледи, именно так. Чайный сервиз так и не вернулся, да и обуви тоже нет».

«Боже мой, у нас, похоже, немного не хватает пятифунтовых купюр, не так ли?»

«Я не видел ни одной такой купюры со времён графа, предшествовавшего старому графу, если вы понимаете, о чём я, миледи».

«Понимаю, Ангус. Думаю, у нас то, что большинство людей назвало бы кризисом. Прошу вас, скажите, кто такие Гамильтоны?»

«Да это ваши арендаторы, миледи. Они снимают Касл-Хаус у реки. Раньше в этом доме жил наследник, пока не вступил в наследство, миледи. Это прекрасный дом, но, должен сказать, довольно запущенный. На него придется потратить немало денег, миледи».

«Как, похоже, и на всё остальное, Ангус».

«Простите, что говорю это, миледи, но было бы неплохо, если бы миссис Гамильтон платила аренду».

«Интересное замечание, но, пожалуй, вам не стоит слишком об этом беспокоиться».

«Ну, раз у них нет секретаря, а Мортон так привязан к своим привычкам, миледи, кому-то же нужно беспокоиться и задавать нужные вопросы».

«Да, Ангус, я понимаю, о чём вы. А теперь мне лучше пойти к Гамильтонам. Проводите меня, Ангус».

В этих делах высшего класса землевладельцев было много тонкостей; приходилось учитывать множество противоречивых моментов. Ей будет нелегко со всем этим разобраться, но она должна была это сделать, и теперь уже не было пути назад к своей старой сержантской форме.

Если миссис Гамильтон и узнала Мэйв по встрече на подъездной аллее, то ничем этого не показала. Однако сразу стало ясно, что мисс Гамильтон действительно помнила, как карета промчалась мимо неё на значительной скорости. Но, в то время как миссис Гамильтон была напыщенной и высокомерной до вызывающего беспокойства, её молодая дочь ни в чём не уступала ей в наглости и угрюмости.

— Доброе утро, или, может быть, лучше сказать, добрый день, леди Стратфултон, — сказала миссис Гамильтон, как только Мэйв вошла в библиотеку.

— Ангус, — сказала Мэйв, — похоже, у Гамильтонов нет ничего для угощения. Пожалуйста, принесите три бокала хереса, если не трудно. — Она повернулась к миссис Гамильтон и произнесла то, что, как она надеялась, было достаточно любезным приветствием в адрес человека, который ей уже не нравился.

Однако мисс Гамильтон — это совсем другое дело. Пока Мэйв устраивалась в старинном и поношенном кресле, обивка которого, без сомнения, менялась бесчисленное количество раз за последние пару столетий, с полупустым бокалом хереса в руке, выполняя формальности, одна часть мозга Мэйв с интересом наблюдала за младшей Гамильтон.

Девушка, казалось, играла роль, и небольшая часть Мэйв прониклась симпатией к той девушке, которая скрывалась за этой маской.

«Скажите, мисс Гамильтон, как вас зовут по имени?» Она не была уверена, нарушает ли протокол, но была уверена, что нашла Фиону, сидящую напротив