Бегство в пустоту - Александр Чернов

Мне, конечно, было жаль огорчать двоюродных брата с сестрой, но приходилось.

– К сожалению, да, – подтвердил я.

– Расскажите, пожалуйста, что произошло, – потребовал «Мефистофель».

Но меня в конце концов эти люди наняли, чтобы я добыл сведения о Николае Неделькине, а потому имели права требовать отчета. И я довольно подробно рассказал о том, что мне удалось узнать в ходе своего расследования. В доказательство того, что я говорю правду, я показал на своем телефоне фотографию убитой Юлии Белявцевой и фотографию списка продуктов, написанного рукой Белявцевой, что свидетельствовало о том, что и письмо, и список были написаны одним и тем же человеком. И этот факт подтверждал, что любовницей Николая была именно специалист по кадрам фирмы, где работал Неделькин. Фотография убитой женщины произвела на Татьяну угнетающее впечатление. Она была раздавлена, опустошена, уничтожена.

– Я даже не знаю, что сказать, – выдавила наконец из себя молодая женщина. – Неужели это сделал мой муж Николай?!

– К сожалению, он, – вынужден был признать я.

Разделять горе этого семейства я не имел ни малейшего желания. Я вообще-то человек не черствый, но, если сочувствовать всем тем клиентам, которым я так или иначе помогал в их беде, сердце может не выдержать. В конце концов я свою работы выполнил, а уж душевные переживания – это без меня. И вообще пора было сматываться.

– Татьяна, в связи с вышеперечисленным мною, – перешел я к заключительной части своего визита к хозяйке квартиры, – у меня к вам такой вопрос. Хотите ли вы, чтобы я и дальше продолжил поиски вашего мужа и отыскал его, или у вас больше нет никакого желания возвращать в семью убийцу и вора?

Татьяна, сидевшая будто каменное изваяние, пошевелилась.

– Нет, – произнесла она каким-то потусторонним голосом. – Я не хочу больше иметь с Николаем никаких дел.

– И я думаю, это правильно, – подал реплику «Мефистофель». – Не нужно, Таня, за него держаться. После того что Коля совершил, он не достоин твоего участия в его судьбе. Пусть сам выпутывается из сетей, которые сам себе расставил и в которые сам и угодил. Он опозорил твою семью, твое доброе честное имя, и тебе, Таня, необходимо вычеркнуть его из своей жизни.

Неделькина ничего не ответила кузену, она лишь с задумчивым видом кивала, то ли соглашаясь с ним, то ли отвечая каким-то своим мыслям.

– Тем более его не надо разыскивать, – заявил я, – потому что полиция, я думаю, и так его найдет, и он ответит по закону.

– Да, – печально проговорила Татьяна и надолго замолчала.

Молчал и Евгений.

– В таком случае, – прервал я установившееся на некоторое время в комнате молчание, – мы с вами расторгаем наш джентльменской договор, и я попрошу вас выплатить мне причитающуюся сумму гонорара за выполненную работу.

Татьяна очнулась от своих мыслей и посмотрела на меня. В ее глазах были боль и разочарование, которые она испытывала после того, как узнала о том, что натворил ее супруг.

– Да-да, конечно, Игорь, – проговорила она голосом убитого горем человека. – Женя, – обратилась она к двоюродному брату, – перекинь, пожалуйста, Игорю Степановичу оставшуюся часть суммы, которую я ему должна за расследование, а я потом рассчитаюсь с тобой. Сейчас я плохо соображаю и не в силах заниматься какими-то ни было делами.

– Хорошо, Танечка, не вопрос, – проговорил Душкин и потер пальцами обеих рук залысины, где у него могли бы быть рожки.

– Сколько, Игорь Степанович, мы вам остались должны?

– Мы договаривались о гонораре в сто двадцать тысяч. Выплатили половину, осталось еще шестьдесят. – Я решил не предъявлять счет за потраченные в ресторане с Вечкилевым деньги, а также за вино и конфеты, которые презентовал «бандерше» – не такой уж Игорек крохобор, чтобы мелочиться, включать такие незначительные суммы в сумму гонорара за оказанные услуги.

– Хорошо, – «Мефистофель» достал из кармана пиджака мобильный телефон и с помощью приложения перевел на мой счет шестьдесят тысяч рублей.

– Благодарю, – сказал я, когда мой телефон пиликнул, возвещая о том, что деньги пришли. – И да, Татьяна, я должен вам вернуть мобильный телефон вашего супруга.

Я достал из кармана мобильник Неделькина и протянул хозяйке дома, но она отрицательно покачала головой.

– Он мне не нужен. Не хочу, чтобы Николай пришел ко мне домой за своей вещью.

– Но он является уликой, – не согласился я с молодой женщиной. – И, возможно, полицейским, которые в скором времени к вам явятся, пригодится.

Неделькина замахала руками.

– Нет-нет, тогда телефон мне тем более не нужен. Я никоим образом не хочу связываться с полицейскими и вообще иметь какое-либо отношение к делам Николая. Если вам нетрудно, передайте, пожалуйста, этот телефон в полицию сами. Если хотите, я вам за это заплачу.

– Как скажете, – я поднялся со своего места. – Я конечно же телефон передам, но никакой дополнительной платы мне не нужно. Меня устраивает та сумма, которую вы мне уже выплатили… Ну что ж, как говорится, разрешите откланяться.

Я пожал на прощанье руку Евгению, кивнул Татьяне и направился прочь из гостиной в прихожую.

Глава шестнадцатая. «Он»

Покинув квартиру Татьяны Неделькиной, я сел в свой автомобиль. К Полине решил сегодня не ехать. И так уже два дня околачиваюсь, не жить же у адвокатши все время. Пора и честь знать. Да и свою квартиру не мешало бы проведать, посмотреть, как там мое хозяйство. Я позвонил Неоновой, сказал, что сегодня не приеду, и отправился домой.

С наступлением темного времени суток на улице стало холодно, промозгло, а в квартире тепло, уютно, вольготно, не то что в гостях, где чувствуешь себя скованно. Как пел Александр Галич, «…хочешь спать, ложись, хочешь песни пой». Дома я переоделся в домашний спортивный костюм, помыл посуду, которую оставил в раковине немытой, когда последний раз уходил из дому, и она вот уже два дня кисла в раковине. Затем приготовил, вернее, мне приготовила кофемашина тонизирующий напиток, который я выпил за столом на кухне, закусывая сушками. И когда я улегся в гостиной на диване и включил телевизор, зазвонил телефон Николая Неделькина. Его я, придя домой, положил на журнальный столик вместе со своим мобильником. Поиски бывшего инженера «Юникс-М» мной были прекращены, и я даже гонорар за выполненную работу получил, так что в деле Неделькина можно было поставить точку и не обращать внимания на звонки. Но я чисто механически протянул руку к журнальному столику и взял трезвонивший мобильник. Имя владельца номера телефона, высветившегося на дисплее, не определилось, значит, этот номер не