"Современный зарубежный детектив-25". Компиляция. Книги 1-18 - Арнальдур Индридасон

Я была настроена твердо. Гаденыш этот тем временем и ухом не вел, все глядел на несколько десятков валяющихся на полу карандашей. В тот момент в моей голове промелькнула мысль: пока его родители боролись со мной не на жизнь, а на смерть, он даже не подумал помочь, а сидел в своей комнате, карандаши точил. Более того, если бы его родители узнали об этом, они бы наверняка лишь умились да похвалили своего сыночка. Я покачала головой, цокнув языком, и как следует приготовилась.

– Тебе тоже будет больно.

Хёгу замахнулся и всадил карандаши мне в голень и бедро. Он прекрасно знал о моих слабых местах. Так или иначе, я находилась в проигрышной позиции: как он и сказал, я не стану умышленно нападать на него. Да, я была твердо настроена, но, учитывая, в каком ужасном состоянии было мое тело, единственный вариант – своевременно предупреждать атаки.

Несмотря на то что противник был мал, справиться с острыми карандашами, без разбору втыкающимися в тебя, невозможно. Они впивались в бедра и голени, в некоторых местах даже грифель застревал. Каждый раз, когда кончик ломался, мальчишка тут же хватал и вонзал в меня новый карандаш. В моих хуках[620] и киках уже не было особой силы, поэтому серьезной травмы ему нанести они не могли. Обладая молодым организмом, он моментально восстанавливался после пары ударов и бросался на меня снова.

Тело потяжелело. Ноги ослабли, и я упала на колени, продолжая защищаться. Грифели торчали уже отовсюду: из рук и ладоней, груди, подбородка, плеч, ребер и даже макушки. В застывшей позе уклоняться стало гораздо сложнее. Я потихоньку теряла зрение, а огонь в глазах мальчишки, наоборот, горел только ярче.

Когда в ход пошел последний карандаш, я повалилась на четвереньки, окончательно опустив руки вниз. Кровь стекала вниз к пальцам. Ровным ритмом капала на пол. Кап, кап.

Гаденыш на приличном расстоянии ловил ртом воздух. Однако на лице вместо усталости сияла чудаковатая улыбка. Уголок рта его медленно пополз вверх, обнажая неестественно белые зубы.

Хёгу медленно сунул руку в карман. Эти нарочито медленные движения выглядели демонстративными. Каждый нерв в голове бил тревогу. Тело дрожало в ответ на мольбы инстинктов бежать сейчас же. Но я не могла пошевелиться. В тот момент, когда рука его вылезла из кармана и что-то блеснуло на свету, я сразу же поняла, что это такое.

Бритвенное лезвие – вот что вынул мальчишка. Остро заточенный кусок металла сиял в лучах солнца, поверхность его, словно ранами, была усеяна черными пятнами от грифеля. Но самым жутким было другое: выражение лица мальчишки говорило мне приготовиться к тому, что это лезвие разрежет мою кожу и кровь брызнет во все стороны.

Хёгу медленно поднял лезвие в воздух. Оно, слегка подрагивающее на его пальцах, казалось мне острым настолько, что способно перерезать даже звук моего выдоха. Я машинально задержала дыхание и съежилась. Несмотря на жару и сырость на крыше, мое тело было холодным как лед.

– А это мое секретное оружие – о нем даже мама с папой не знали.

Этот максимально легкий инструмент в моменте виделся мне орудием экзекуции, что собирается искромсать меня на кусочки. Я сжала окровавленный кулак. Хотя должным образом сделать этого не вышло. Мое тело было искалечено и не двигалось, будто ноги приросли к полу.

Мальчишка приближался ко мне, лихо размахивая лезвием, как на параде. С каждым взмахом лучи отскакивали от поверхности, озаряя пространство вспышками света. С каждым его шагом дышать становилось труднее. Сокращающие расстояние движения были беспорядочными, но вместе с тем четкими. Он будто играл со мной: то резко останавливался, то вновь срывался на бег.

Вдруг Хёгу поднял лезвие над собой и стремительно бросился к моему лицу. Я инстинктивно вытянула руки вперед и накрыла само лезвие и его руки своими. Он остановился перед самым моим носом, и теперь наши взгляды прожигали друг друга.

Лезвие разрезало ладонь и вышло с другой стороны – оно было холодным, словно острая льдышка, и горячим, словно остроконечный фейерверк. Подобную боль я испытывала впервые, но держалась благодаря образу Лиама, что однажды мучился и боялся в разы сильнее меня. Рассудок помутнел оттого, что плоть оказалась разрезана и кровь хлынула во все стороны, но руку я не отнимала. Было ясно как день: если я ослаблю хватку хотя бы на секунду, лезвие тут же окажется в моем глазу или затылке.

– А-а-а! – взвыла я.

Крик – вопль – напоминал спазм. Пальцы напряглись. Вместо слез только сильнее брызнула кровь из ладони, что сжимала лезвие.

Мальчишка тоже издал короткий крик в изумлении. В попытках вырвать свою руку он брыкался как безумный, но я только сильнее сжимала пальцы, игнорируя боль.

Каждый раз, когда он неистово дергался в сторону, лезвие все глубже входило в мою ладонь. Но я терпела. Вдруг Хёгу потянул меня в другом направлении – я едва не потеряла равновесие, зато, приложив достаточно усилий, умудрилась заломить ему руку. Он с визгом согнулся пополам, и я наконец стряхнула ее с себя вместе с зажатым в ней лезвием.

Оружие отлетело далеко, блеснув на свету. Я прижала свою изуродованную руку к груди, распластавшись и задыхаясь на полу. Меня трясло. Накрывало холодом.

– Победа пока не за мной.

Я перевела глаза на мальчишку. Он, конечно же, улыбался.

– Чтобы победить, нужно больше. И времени, и оружия. Согласна?

Я кивнула – сил говорить у меня не было.

– Ты ведь не поверила, что я отпущу тебя?

Я снова кивнула со вздохом, подразумевающим усмешку, – он кивнул в ответ. И достал из кармана мой телефон.

Мобильник вибрировал. Мальчишка с гордостью продемонстрировал мне экран. Номер был плохо виден, поскольку глаза застилала пелена.

– Я в тюрьму не попаду. Соображаешь?

Он искусно поднял трубку и внезапно засюсюкал детским голоском:

– Дяденька полицейский!

И тут перед глазами у меня пронеслось кое-что.

Три концовки, три варианта будущего.

Мой выбор был ограничен ими.

Что же мне выбрать?

Помоги мне, Лиам. Помогите, мама, папа.

Часть IV. Три разные истории

С этого момента завершение истории разворачивается в трех разных вариациях.

Последняя глава в истории Со Хёгу и Ин Чухэ полностью зависит от вашего выбора.

Концовка 1. Шанс на добродетель

Мое сознание мерцало, точно сломанный «Флэш». Я