Скелет в наследство - Николай Иванович Леонов

И он придумал. Решение, можно сказать, пришло к нему само по себе, почти без его участия. Иначе говоря, помог случай. Космонавт прогуливался по перрону, стараясь постоянно быть среди толпы. Самый надежный способ не обратить на себя внимания — это находиться в толпе. Толпа безлика, она все равно что деревья в лесу. Кто станет, будучи в лесу, обращать внимание на какое-то одно дерево? Разве что случайно…

И вдруг его окликнули.

— Молодой человек! — раздался чей-то голос, и это был женский голос. — А постой-ка, не торопись.

Космонавт оглянулся. На него смотрела какая-то женщина, по виду старуха.

— Что такое? — спросил Космонавт. — Это вы мне?

— А то кому же, — ответила старуха.

— Что вы хотите? — спросил Космонавт.

— Я вижу, ты приезжий, — сказала старуха. — Нездешний. Вот даже сумка при тебе.

— Ну, и что? — спросил Космонавт, не понимая, что старухе от него нужно.

— Так, может, тебе негде переночевать? Тогда ночуй у меня. У меня в два раза дешевле, чем в гостинице. Да и тихо, и никакой суеты. Живем-то мы вдвоем — я и дед. Ну, так что скажешь? Нужен тебе ночлег или не нужен? Гляди, прогадаешь!

Таких старушек, как эта, на всех здешних вокзалах было немало — Космонавт об этом знал. Они предлагали проезжим и приезжим свой немудрящий пансион, надеясь заработать лишнюю тысячу-другую. Таких старушек опасаться не приходилось, и потому эта старушка была для Космонавта истинным подарком судьбы. В ее немудрящих апартаментах можно было надежно укрыться. Тем более вряд ли она стала бы требовать у Космонавта паспорт.

— Вообще-то ночлег мне нужен, — сказал Космонавт. — Я только что приехал, а в гостиницах дороговато…

— Ну, а я о чем тебе толкую! — воодушевленно произнесла старуха. — Так пойдем, что ли? Тут совсем рядом!

— Ты пускаешь только на ночлег, или у тебя можно пожить пару-тройку дней? — уточнил Космонавт.

— Живи хоть неделю, хоть месяц! Если, конечно, у тебя хватит денег. Да ты не опасайся, я беру недорого.

— А тараканы в твоей гостинице не водятся? — Космонавт улыбнулся обезоруживающей улыбкой.

— Обижаешь старуху! — ответила старушка. — У меня — сплошной уют и благодать. Тихо, чисто, никого из посторонних… Сам увидишь.

— Тогда веди в свой пансион.

— Пойдем! — засуетилась старушка. — Здесь недалеко!

Идя за старухой, Космонавт еще раз подумал, что она для него — истинный подарок судьбы. В старушечьих покоях он мог надежно спрятаться и отсидеться. Конечно, слишком долго там задерживаться не стоило, иначе старуха волей-неволей его бы заподозрила: дескать, отчего это он сидит здесь сиднем и никуда не съезжает? Но пару-тройку дней он у старухи мог прожить в полной безопасности. А больше ему было и не нужно. За эти дни он рассчитывал раздобыть паспорт и отбыть куда-нибудь подальше. Например, в благословенные южные края.

Глава 14

Ограбление ювелирного магазина, да притом среди бела дня, да вдобавок с убийством охранника — это не просто преступление, коих в любом городе встречается немало, а чрезвычайное происшествие. Уж слишком дерзким оно было и слишком, если можно так выразиться, нестандартным. За каждым таким преступлением скрывается некая особая тайна. Ведь что-то же заставило преступников рисковать столь отчаянно и самозабвенно! Ведь что-то же их подгоняло! Можно сказать, что такое ограбление было для них неким шансом. Может быть, даже единственным шансом, последним. Вот только шансом на что?

Такие мысли одолевали Гурова, пока он вместе со следственной группой ехал на место преступления. В принципе он мог бы туда и не ехать, это было не его дело. Но он поехал. Поехал именно потому, что уж слишком необычным было преступление, оно скрывало какую-то необычную тайну.

Он не связывал эту тайну с Космонавтом и его поимкой. Верней сказать, не связывал до поры до времени. Но очень скоро Гурова посетила мысль, которая показалась ему небезынтересной и перспективной. А что, если это преступление и впрямь совершил Космонавт? Конечно, это вряд ли, в такую лотерею Гуров почти не верил, но все-таки? Если на минуту допустить, что это и впрямь он? Если выдвинуть такую версию? Тем более что для нее имеются кое-какие основания. Во-первых, Космонавт — человек рисковый, об этом Гурову прекрасно известно. Во-вторых, его преступные действия по-настоящему нестандартны, это тоже факт. Вот ведь как ловко он сбежал из колонии! Нестандартно сбежал! В-третьих, такое преступление можно было совершить лишь в одном случае — когда ты торопишься, когда чего-то опасаешься, когда под тобой горит земля, когда ты чувствуешь и понимаешь, что тебя вот-вот настигнут. Тебя вот-вот настигнут, а у тебя нет возможности оторваться от погони, потому что у тебя нет денег, а без денег ты далеко не убежишь и не уедешь. Значит, деньги нужно раздобыть — и чем скорее, тем лучше. А коль так, то любым способом. И ограбление среди бела дня ювелирного магазина — чем не способ?

И хотел того Гуров или не хотел, но все эти рассуждения просто-таки сами по себе, почти без участия Гурова, рисовали в его воображении портрет преступника. И почему-то этот преступник был разительно похож на Космонавта — едва ли не один к одному. Гуров, как мог, старался отгонять от себя эту мысль, потому что весь его опыт сыщика говорил: такого просто не может быть, уж слишком все здесь просто. Но одновременно какой-то неосознанный, непостижимый голос продолжал Гурову твердить: а почему, собственно, нет? Почему преступником не может быть Космонавт? Ведь, кажется, многое сходится на том, что именно он и есть преступник. Логика — вещь упрямая, а если к этому прибавить еще и предчувствия, а вдобавок — интуицию матерого сыщика!

И тем не менее выводы делать было рано. Для начала нужно осмотреть место происшествия и побеседовать с продавщицей — той самой, которая вызвала полицию. Вот ведь, еще и продавщица… Тут тоже много чего непонятно. Насколько Гуров понял, все ограбление, от начала до конца, происходило на ее глазах. На ее глазах был убит охранник, она же отдала грабителю деньги и драгоценности. Но почему-то преступник ее пощадил. Охранника убил, а ее — нет. Спрашивается, почему? Ведь она, как ни крути, самый главный свидетель. Она общалась с грабителем, она видела его лицо, она может его опознать… Но отчего-то она осталась жива. Почему она осталась жива?..

Осмотр происшествия добавил несколько пунктиков в сомнения Гурова относительно продавщицы. В магазине были две витрины, в которых красовались образцы товара. Их нельзя было разбить ничем тяжелым, даже прострелить невозможно, они запирались