"Современный зарубежный детектив-25". Компиляция. Книги 1-18 - Арнальдур Индридасон

Остров никогда не отличался многолюдностью, однако тут и там она видела строящиеся дома: в последние годы сюда приезжало все больше людей из других штатов. Теперь, когда южная часть Мэна начинала походить на пригород Бостона, желающих построить загородный дом становилось все больше, взять ту же пару по соседству с ней. У этих людей, очевидно, водились лишние деньги, хотя откуда они брались, оставалось загадкой. Для жителей острова работа составляла основу существования. Кроме упомянутых в Библии профессий – рыбак, плотник, фермер, – остальные считались ненастоящими. Инвестиционного банкира местные считали кем-то вроде менялы. А консультант по управлению? Наверное, блудница. Про таких в Библии как раз написано.

Обычно дорога от краборазделочной до омарового кооператива, где швартовался баркас Саймона, занимала у Джанет полчаса, но сегодня она гнала свой универсал «субару» наперегонки с беспокойными мыслями.

Саймон. Тот самый, что уверял, что у нее есть талант, и тащил в дом всяческий хлам, попадавшийся в море, – оторвавшиеся от омаровых ловушек буйки, ломаные пенопластовые ящики, потерянные туристами, – ведь Джанет, конечно же, сможет расписать их островными сюжетами и продать наезжающим все бо́льшими толпами городским придуркам, как он их называл. Лишний заработок не помешает. Она не знала, считать его слова лестью или издевательством, и принимала оба варианта. Тот самый Саймон, который придумал световой люк с омарами для самых богатых и эксклюзивных новых домов: устанавливаешь аквариум в потолке гостиной и запускаешь туда живых омаров, чтобы наблюдать за ними, пока пьешь мартини, или что там они пьют. Он даже сделал пробный образец и затащил его на крышу их дома – у них на глазах омары испеклись на солнце, всплыли вверх брюхом и начали смердеть. Нет, практичностью он не отличался. Зато у него хватало забавных идей, и ей нравилось быть замужем за ловцом омаров, который пытается делать что-то интересное, пусть его затеи, как правило, были безумными.

В пренебрежительном отношении Саймона к своему ремеслу – его отец тоже занимался добычей омаров, куда тут денешься – и мечтах о славе было нечто трогательное, по крайней мере сначала.

В пять сорок пять Джанет уже стояла у открытой дверцы «субару» и оглядывала причалы омарового кооператива с утеса над гаванью, ища взглядом баркас. Его на месте не оказалось. Она снова села в машину, включила передачу и поехала вниз. Но от идиота Билли Уиллига, одноглазого смотрителя причала, ничего добиться не смогла.

– Без понятия, – ответил он на ее вопрос о том, когда баркас последний раз заходил в гавань. – Сейчас его нет, хотя временами стоит. Может, вчера заходил. Или Саймон был здесь сегодня, но я его не видел.

– А твой брат Кенни? – спросила Джанет. – Он же работал кормовым у Саймона.

– Саймон его уволил. Говорит, не могу платить кормовому семнадцать центов с доллара, управлюсь и сам.

– Узнаю Саймона, – пробормотала Джанет. – Считает себя бизнесменом, хотя на самом деле просто жадный.

– Я этого не говорил, – отозвался Билли.

Вернувшись в машину, она направилась на запад, в сторону дома, все больше нервничая. К тому же раздражало, что надежда увидеть баркас воспламенила воспоминания о днях молодости, когда она вызывалась поработать кормовым у мужа.

«Ну, корма-то у тебя годная», – иногда говорил он, ласково шлепая ее по заднице. Плосковатая шутка, но милая. Исчезнувший мир. В конце концов он лишь разбил ей сердце, лишил единственного ребенка и замкнулся в виноватом молчании. Хорошо бы еще избавиться от ностальгии и щемящей тоски, которую воспоминания приводили с собой незваным гостем.

Глубоко вздохнув, Джанет свернула с дороги там, где поворачивала много лет, и подъехала к дому, где жила с Саймоном со дня свадьбы. Раньше он принадлежал его родителям: невзрачный и привычный для Мэна дом-солонка с цветником, который она разбила перед крыльцом, и надувным бассейном на заднем дворе летом. Последний раз бассейн разобрали в ту осень, когда умер Лиам, – больше она бассейн не видела и понятия не имела, куда его дел Саймон. Конец хороших времен.

Дом выглядел заброшенным, но она остановилась и заглянула во двор. На лужайке аккуратными штабелями по четыре штуки стояли Саймоновы ловушки для омаров, которым полагалось лежать на морском дне с приманкой из менхэдена[630] и сельди. Значит, он не на промысле.

Но и не дома: дверь заперта, жалюзи закрыты. Джанет обошла здание, но и задняя дверь оказалась закрытой на засов. Еще больше встревожившись, она села в машину и поехала обратно.

* * *

Повернув к своему дому, она увидела, что единственное парковочное место перед крыльцом уже занял ярко-красный «форд-мустанг». Пришлось оставить машину на обочине и выйти.

На кованой ржавой чугунной скамеечке, тянувшейся вдоль стены террасы перед входной дверью, сидели двое мужчин. Одного она узнала сразу: Джои Пицио. Второй был старше и коренастее, с аккуратно подстриженной бородой и в очках-поляроидах. Джанет встречала его в омаровом кооперативе, где тот начал работать несколько лет назад, но так и не познакомилась. Пока она поднималась по трем ступенькам на террасу, мужчина встал. Джои остался сидеть.

– Джанет Кинг? – елейным голосом произнес незнакомец. – Мне кажется, вы взяли чужое.

Джанет сделала вдох. Сердце снова учащенно забилось, а во рту вдруг пересохло. Ей удалось изобразить невозмутимость перед Джои на баркасе, но сейчас их было двое.

Мужчина протянул руку.

– Беннет Тайсон, – представился он и кивнул на входную дверь. – Можно?

– Не стоит. – Ее ответ прозвучал хрипло. Возможно, у него есть оружие, и к тому же он намного сильнее. Избиение женщин не было неслыханным событием в здешних краях, хотя обычно происходило в семейном кругу. Здесь дело явно в другом. Может, Тайсон опасен, а может, и нет. Раз представился, то скорее ему нужен результат, чем лишние проблемы.

– Беннет Тайсон, – проговорила она, давая понять, что хорошо расслышала имя. – Это мне мало о чем говорит. Не родственник куриных магнатов?[631]

Тайсон улыбнулся.

– Я друг вашего бывшего мужа. А моего партнера, Джои, думаю, вы знаете.

– Джои я знаю с четырех лет. Правда, давненько не видела.

Джои уставился на носки ботинок и поежился. Она хотела бы помочь ему, но не могла: его босс давил на нее. Возможно, только из-за Джои ее до сих пор и не тронули. Она оценила ситуацию: Беннет хочет вернуть деньги, но, видимо, решил попробовать уговорить ее. Для начала. «Просто подними руку и задай вопрос, – сказала она себе. – Как в школе. Чего тебе терять?»

– О чем именно идет речь? – В ее голосе немного прибавилось звонкости.

– Наш друг Джои ошибся, – примирительным тоном ответил