"Современный зарубежный детектив-25". Компиляция. Книги 1-18 - Арнальдур Индридасон

– Эй! – крикнула она. – Тут частная собственность. Ночь уже давно. Валите отсюда!

Никто не ответил. Сердце у нее забилось быстрее. К ручью спускался невысокий, но непредсказуемый откос. Она ухватилась за деревце, чтобы удержаться, но почва ушла из-под ног, и тонкий ствол выскользнул из рук. Падение превратилось в полет: тело полностью отделилось от земли. Она обхватила голову руками, боясь удариться о камень, и попыталась сгруппироваться, но нога зацепилась за торчащий из земли корень и вывернулась. Ботинок слетел, ногу выше колена пронзила острая боль, Джанет закричала и рухнула туда, где уже вроде начиналась вода, но вместо воды упала спиной на глинистый склон. Подошва здоровой ноги ткнулась в нечто мягкое, плотное, подавшееся в сторону от удара. Джанет сползла ниже и снова уперлась в препятствие ногой. Несмотря на адскую боль, она поняла, что это не земля, не камень и не какое-то животное. Лежавший сверху фонарик скатился в воду, ненадолго осветил дно ручья и погас.

Она немного полежала на спине, словно перевернутый краб. В колене пульсировала боль. Налобный фонарь слетел с головы и лежал в нескольких футах, освещая кромку воды. Между лопатками впилось что-то острое – не то корень, не то упавший сук. Дыхание перехватило от удара о землю, и она не сразу смогла отдышаться.

Наконец, когда мир вокруг как будто перестал вращаться, она сделала несколько коротких вдохов, потому что на большее не хватало сил, и ощупала себя, чтобы оценить повреждения. Нога не двигалась, а при попытке подтянуть к себе колено тело электрическим разрядом пробивала боль. На руках Джанет подползла по грязи к налобному фонарю, закрепила его на голове и повернулась, чтобы рассмотреть преграду, остановившую ее падение в ручей. Луч фонаря высветил мокрую смятую массу фланели и шерсти. Джанет разглядывала ее, тяжело дыша.

Потом направила фонарь на поверхность воды и наткнулась на взгляд широко открытых в испуге неподвижных глаз. Она отпрянула от этого распухшего синеватого, но вполне узнаваемого лица.

– Джои, – выдохнула Джанет сдавленным от страха и одышки голосом. Джои Пицио лежал без движения у большого камня: половина тела на суше, половина в воде. Она замерла. – Джои, – повторила она хриплым севшим голосом. Кровь бросилась в голову, она попыталась отползти на руках, но поскользнулась в грязи. Теперь она лежала почти на нем.

Джанет дала Джои пощечину, потом еще одну, открыла ему рот, чтобы понять, дышит ли. Во рту стояла вода из ручья. Джои был мертв. Она начала задыхаться. Боль в ноге не утихала. Джанет вдруг осознала, что скулит, как раненый зверь.

Что парень здесь делал? Это он подавал сигналы фонариком? А если бы она спустилась раньше? Тут она поняла, что это не мог быть Джои. Рядом был кто-то еще. Дрожа, она заставила себя сесть и повернула голову к лесу выше по течению. Луч налобного фонаря вырвал из темноты деревья, перепутанные ветви, длинные тени. Ни дыхания, ни треска сучков, никаких признаков жизни. Что, впрочем, ничего не значило. Ей хотелось вытащить Джои из ручья, вызвать скорую, но она не могла даже встать.

Джанет опустила голову, и луч ее фонаря упал на красно-белый термоконтейнер чуть выше того места, где лежал Джои. Наверняка его. Она подтянулась поближе, несмотря на боль в колене, откинула защелки сбоку и открыла крышку. Так и есть: в паре галлонов воды лениво кружился небольшой рой мальков угря. Они двигались без суетливой энергии, как в садке на «Джанет». Наверное, давно уже здесь. Джои уже не помочь, но этих еще можно спасти. Она подтолкнула термоконтейнер к воде и опрокинула содержимое в ручей. В луче налобного фонаря мальки брызнули в стороны и исчезли в темноте. Через полсекунды от них не осталось и следа, хотя фонарь освещал ручей до самого дна. Но тот, кто светил фонариком ей в окна, был еще здесь. «Если я не вижу его, – подумала она, – то какого хрена показывать ему себя». И выключила фонарь.

– Правильное решение.

Тихий без выражения голос прозвучал совсем рядом. Сердце снова подпрыгнуло, но Джанет не шелохнулась.

– Правильное решение. Отпустить живых, а мертвых оставить в покое. Соблюдение принципов в сложной ситуации.

Где-то справа вспыхнула спичка, от которой зажгли свечу. Джанет в ужасе повернула голову к свету. Свеча горела в старомодной стеклянной лампе в руке высокого худого мужчины в черном, с широким плоским лицом, обрамленным черными волосами до плеч. Мерцающий на легком ветерке огонек выхватил из темноты его глаза, темно-карие и очень большие. Живое олицетворение неподвижности. Она никогда раньше не видела этого человека.

– Всегда отпускай живых, – проговорил он. – Точнее, невинных живых.

– Господи, – охнула Джанет. – Только не убивайте.

Мужчина уверенно шагнул к ней.

– Нет. Нет-нет-нет, – взмолилась она.

– Надо взглянуть на твою ногу, – спокойно ответил он. – Иначе здесь и останешься.

– Не прикасайся ко мне! – огрызнулась она.

Еще два быстрых шага – и незнакомец опустился рядом с ней на колени.

– Пожалуйста! – Она смотрела снизу вверх на его темное лицо, на котором только обозначились морщины. Не юноша, лет тридцать – тридцать пять, приметный шрам на левой стороне шеи. Она попыталась отстраниться, но мужчина протянул руки и ощупал ей ногу от середины бедра до колена, осторожно, как хороший хирург, хотя даже от легких прикосновений боль стрельнула куда-то в живот.

– Смещение надколенника, – определил он. – Коленная чашечка не на месте.

– Откуда ты знаешь? – спросила она.

– Закрой глаза и вспомни Рождество, – велел он. – Или любой другой любимый день в году.

– Ненавижу Рождество, – прошипела Джанет.

Незнакомец улыбнулся.

– Ну вот у нас уже и нашлось что-то общее.

Не дав ей переспросить, о чем речь, он приложил большие пальцы обеих рук к колену, крепко обхватив его указательными, и она почувствовала, как внутри заскользила кость.

Джанет вскрикнула, но все уже кончилось. Ногу еще дергало, однако дикая боль, пронизывающая все тело, внезапно исчезла. И она могла пошевелить ногой, пусть и немного.

– Спасибо… – нерешительно проговорила она.

Мужчина схватил ее за плечо, закинул ее руку себе на шею и поднял с земли.

– Как ты это сделал? – спросила Джанет. – Ты кто?

– Надколенник болит адски, – сообщил он, – но заживает быстрее, чем растяжение.

Он помог ей вскарабкаться вверх по склону, нашел потерянный ботинок и осторожно надел обратно ей на ногу.

– Давай прокатимся, – предложил он.

– Спасибо, что вправил колено. Но я ни за что с тобой не поеду, – заявила она.

– Хочешь обратно в дом? Одна? Когда в ручье лежит труп? Со мной будет безопаснее. И нам надо поговорить.