Сожженные тела на станции Саошулин - Юнь Хуянь

нужно застегивать, и ноги нельзя морозить, запомни… Потом долго-долго смотрела, как сестра возвращается в здание детского дома, и только после этого ушла с покрасневшими глазами.

– И она так и уехала из города? Даже не попрощалась с этим Чжоу?

– Нет, я спросила, не стоит ли сказать ему, а она ответила: «Не надо», взяла чемодан и ушла. Помню, день был очень холодный…

– Да, холодный день, в первой половине ночи ветер, во второй пошел снежок… – пробормотала Го Сяофэнь, словно что-то вспоминая. Лю Янь удивленно посмотрела на нее. – Продолжай.

– Я проводила ее вниз, стояла на холодном ветру, смотрела, как она садится в такси и едет на вокзал, сердце так сжималось, что я дрожала. Вернулась в квартиру, мы, девчонки, молча собирали вещи, и вдруг дверь открылась – вошел крепкий мужчина с сильно выступающим подбородком, как лопата. Я спросила, кого он ищет, он сказал – Дун. Я сразу догадалась, кто он, спросила, зачем ищет, он говорит: слышал про проверку жильцов, пришел посмотреть, все ли с ней в порядке, если что, может переехать к нему. Я сообщила, что она только что уехала. Он замер, уточнил куда, я ответила, что не знаю точно, в курсе только, что уехала из города. Он долго стоял на месте, потом спросил, какая кровать ее, я показала. Дун так спешила, что даже постельное белье не забрала, оно все еще лежало на матрасе. Чжоу опустился на кровать и молча сидел, как камень. Не знаю, сколько времени прошло. Потом встал, заметил, что помял простыню, повернулся, наклонился и аккуратно разгладил все складки, а после вышел.

«Не знаю, сколько времени прошло. Потом встал, заметил, что помял простыню, повернулся, наклонился и аккуратно разгладил все складки, а после вышел…» – Го Сяофэнь написала много статей, но никогда не встречала ничего более печального, чем эти простые слова из уст проститутки.

– Я думаю, у тебя, наверное, есть контакты и адрес Дун… – медленно проговорила Го Сяофэнь. – Я хочу найти ее, лично расспросить о Чжоу Липине.

– Но прошло столько времени, кто знает, общаются ли они еще…

Войдя в квартиру и объясняя цель визита, Го Сяофэнь не рассказала о связи поисков Дун Юэ с «Делом Саошулин», боясь утечки информации. Да и судя по виду Лю Янь, той хватало забот о собственном выживании, вряд ли она следила за расследованием преступления на Саошулин, поэтому Го Сяофэнь не знала, как убедить ее.

В этот момент Ма Сяочжун, все время молча стоявший у стены, вдруг заговорил:

– Лю Янь, ты ведь знаешь, кто я?

Лю Янь медленно кивнула.

– Мы расследуем одно дело, нужно уточнить у Дун Юэ кое-что о Чжоу Липине, вот и все, – объяснил Ма Сяочжун. – Может, Дун Юэ и Чжоу действительно полностью порвали отношения, а может, все еще думают друг о друге – разве не так бывает у многих расставшихся пар: тысячу раз говорят «забыл», а встретятся – и не могут выкинуть друг друга из головы. Почему бы не дать им шанс снова связаться и сделать выбор?

От этих слов и Лю Янь, и Го Сяофэнь остолбенели: никто не ожидал, что этот грубый мужлан способен так тонко понимать отношения между мужчиной и женщиной.

– Ладно… – Лю Янь, тронутая словами Ма Сяочжуна, дала им номер телефона Дун Юэ. – Она все такая же: редко отвечает на звонки и на сообщения, есть WeChat, но никогда не выкладывает ничего в ленту. В последний раз, когда я с ней связывалась, она сказала, что вернулась в провинцию А, только не в свой поселок, а в другое место. – Лю Янь написала адрес на бумажке и передала Го Сяофэнь. – Думаю, вам лучше просто поехать к ней – даже если дозвонитесь, скорее всего, она откажется с вами встречаться.

– Большое спасибо! – Го Сяофэнь сложила руки и поклонилась, затем они с Ма Сяочжуном попрощались и ушли.

Близился полдень, солнца не было, дул холодный ветер, тяжелые свинцовые тучи над головой текли, словно ледяная река, голые ветви деревьев пронзительно свистели, открытую кожу будто хлестало кнутом.

Они шли к парковке, Го Сяофэнь опустила голову и молчала, Ма Сяочжун обеспокоенно спросил:

– Что такое? Раны болят?

– Ничего… – безучастно ответила Го Сяофэнь. – Я просто думаю, они все уехали, кто же останется в этом городе?

Ма Сяочжун ответил:

– Не думай слишком много. Такой большой город, столько людей, проверка жильцов нужна для предотвращения тяжких преступлений, поддержания социальной стабильности.

– Я понимаю смысл проверки, я поддерживаю ее, но я хочу спросить только одно – почему ни один паразит из корпуса E отеля «Хэфэн» не подвергся проверке?! – Го Сяофэнь внезапно разволновалась. – Может, ты презираешь Лю Янь, Дун Юэ и других проституток, но они хотя бы продают все, что имеют, чтобы прокормить себя. А Син Цисянь, Тао Жояо и им подобные? Что продают они? Почему не их выгнали?! – В ее глазах блестели слезы.

Ма Сяочжун втянул голову в плечи, как нашкодивший внук, отчитанный подругой, но, видимо решив, что нельзя совсем проглотить обиду, достал телефон и набрал номер:

– Гэн, в твоем районе, дом номер девять в Динфули, хозяин взял с девушки аренду за двенадцать месяцев, а она прожила три месяца и уезжает. Так вот, этот подонок не возвращает деньги, разберешься? – Ма Сяочжун послушал, что ему сказали на другом конце провода. – Кто эта девушка? Родственница твоей невестки! Быстро реши этот вопрос, а то нечего будет потом ходить за мной и называть старшим братом!

Ма Сяочжун сбросил звонок и посмотрел на Го Сяофэнь с заискивающей улыбкой.

Го Сяофэнь не обратила внимания, пошла вперед широким шагом, через несколько шагов обернулась, увидела, что Ма Сяочжун все еще стоит на месте, нахмурилась:

– Ты идешь или нет?

– Иду, иду! – Ма Сяочжун поспешно засеменил следом.

4

Когда Сунь Цзинхуа вошла в приемную, Ли Чжиюн и Хуянь Юнь одновременно подумали, что она больше похожа на чиновницу, чем на менеджера. Среднего роста, в светло-сером, но очень качественном деловом костюме, с короткой стрижкой до ушей, на черном плоском лице несколько бледных веснушек, серьезное выражение, каждое движение механически четкое, как у заведенной куклы. Когда она села напротив Ли Чжиюна и Хуянь Юня, им показалось, что их не принимают, а допрашивают.

– Что вам нужно? – Тон Сунь Цзинхуа был очень резким.

Хуянь Юнь поприветствовал:

– Здравствуйте, менеджер Сунь, мы хотели бы узнать у вас о Чжоу Липине…

– Чжоу Липин? – Сунь Цзинхуа задумалась. – Не помню такого человека.

Она так театрально задумалась, что Хуянь Юнь сразу понял: