Маневр пустого города - Юнь Хуянь

Посреди всей этой суматохи Чжоу Юнь изо всех сил пыталась собраться с мыслями, в уме перебрать все способы оказания неотложной помощи и выбрать подходящий. Сейчас нельзя было ошибиться в выборе, иначе в жизни этой девятилетней девочки будет поставлена точка.

Лучшим способом было бы использовать дыхательный мешок, но трудность состояла в том, что у ребенка был трахеопищеводный свищ. Трахея и пищевод сообщались друг с другом, и в случае применения дыхательного мешка воздух попадал бы в пищевод, и от него не было бы пользы…

«Пи-и-ип, пи-и-ип, пи-и-ип», – сигнал тревоги становился все громче. Будто бы взывал о помощи вместо девочки, которая уже не могла кричать.

Как же быть? Что же делать?!

Выступивший на лбу пот жег рану, стекал на веки и застилал глаза. Чжоу Юнь сердито помотала головой, чтобы стряхнуть его. В этот момент ее взгляд упал на лежащую в баке для медицинского мусора только что удаленную интубационную трубку…

Пожалуй, стоит пойти испытанным путем – снова провести интубацию трахеи и восстановить подачу кислорода.

Она вынула из подкатной тумбы новую трубку номер шесть. В экстренной ситуации не было времени пользоваться ларингоскопом, чтобы обеспечить идеальный обзор – оставалось вести трубку вниз от голосовой щели, полагаясь на опыт. Лицо Ван Чжу, «к счастью», все еще оставалось распухшим, и рот был широко распахнут, но в тот момент, когда Чжоу Юнь наклонилась и завела трубку в рот Ван Чжу, она остолбенела от удивления.

Она никак не могла предвидеть, что из-за судорог рана от трахеостомии разойдется. Когда девочка выгибала шею, края раны надрывались все больше, и кровь заполнила ротовую полость. Во рту образовался целый пруд густой крови, и абсолютно невозможно было разглядеть, где там на его дне находятся голосовые связки!

Стоявшая рядом Цай Вэньсинь тоже увидела эту картину и, хотя она была уже в годах, жалобно заплакала и сразу крепко зажала рот рукой, чтобы звуки рыданий не вырвались наружу.

Мама Ван Чжу поняла: ее дочь уходит…

Глядя, как движения ее дочери постепенно затихают, она залилась слезами и грохнулась на колени возле Чжоу Юнь, начав колотить об пол своей давно не мытой и растрепанной головой:

– Доктор, я вас на коленях умоляю, спасите мою дочь! Ей всего девять, спасите ее, спасите, я знаю, вы сможете, вы непременно сможете…

Спаси Юань Юань, спаси мою дочь, спаси ее, я знаю ты сможешь, ты непременно сможешь…

Две матери, две мольбы. В глазах у Чжоу Юнь снова помутилось.

Она сжала зубы и смахнула слезы рукавом. Отравитель, смерть и вся прочая нечисть, мечтающая отобрать у матерей их детей, – да пропадите вы все пропадом!

Чжоу Юнь сжала интубационную трубку и ввела в рот Ван Чжу.

Загнутый передний конец трубки стремительно, как атакующая рыбу олуша, пронзил поверхность озера крови и скользнул вниз, направляемый пальцами Чжоу Юнь.

Она помнила, что в прошлый раз конец трубки находился на уровне Т1, поэтому ввести ее нужно было сантиметров на двадцать, затем заполнить манжету пятью миллилитрами воздуха и присоединить к аппарату ИВЛ. В недавно заполненной шумом и гамом палате повисла тишина – все затаив дыхание наблюдали за Чжоу Юнь, точнее, за движениями ее рук, спасающими жизнь, свободными и легкими, как плывущие облака и текущая вода.

«Пи-и-ип, пи-и-ип, пип…»

Когда сигнал тревоги внезапно оборвался, все, словно очнувшись, обнаружили, что, судя по цифрам на экране монитора, жизненные показатели уже пришли в норму или постепенно к ней возвращаются.

Чжоу Юнь приложила фонендоскоп к тихонько вздымающейся груди Ван Чжу, прослушала ее легкие и сердце, а потом велела стоящей рядом Цай Вэньсинь:

– Сделай ей укол лидокаина, чтобы уменьшить бронхоспазм!

Чжоу Юнь помогла подняться стоявшей на коленях матери со словами:

– Теперь с ребенком все в порядке.

Затем она пошла к выходу из палаты.

Сделав несколько шагов, Чжоу Юнь увидела, что в дверях стоит Лао Чжан и едва заметно улыбается уголками губ.

«С моим ребенком… тоже все в порядке».

Ноги у Чжоу Юнь внезапно подогнулись, и, если бы Лао Чжан вовремя не подхватил ее, она бы рухнула на пол.

6

«Пусть даже я выиграю всего одну секунду!»

Учитель Хэхэ бросилась наперерез черному силуэту, окруженному вихрем снежного ветра. Она уже приготовилась к тому, что сейчас ее череп расколется от тяжелого удара. Однако никакого свиста воздуха, рассекаемого железным ломом, не последовало. До ушей донесся только возглас Юань Юань:

– Тетя Шаолин, а вы что здесь делаете?

Учитель Хэхэ налетела на Чэнь Шаолин, обе от неожиданности ойкнули и отскочили друг от друга на несколько шагов. Чэнь Шаолин, завидев, что Юань Юань сидит на полу, а рядом с ней лежит какая-то девочка, испугалась:

– Юань Юань, с тобой все в порядке? Ты не ранена?

– Нет, мы все в порядке. – Юань Юань показала пальцем на девочку: – У нее сейчас случился сердечный приступ, я делала ей непрямой массаж сердца и искусственное дыхание. Тетя Шаолин, а вы как здесь оказались?

Она посмотрела на входную дверь и увидела, как внутрь вбежала еще одна женщина. Ее Юань Юань тоже узнала:

– Тетя Да Нань, и вы приехали?

– В двух словах всего не расскажешь, – сказала Чэнь Шаолин. – Если вкратце, один человек выяснил, что на вас может напасть негодяй, и сказал, чтобы мы скорее ехали сюда. Хорошо, что мы успели.

Чэнь Шаолин оглядела холл. Хотя входная дверь стояла открытой и отсветы от снега проникали вовнутрь, слегка освещая помещение, вокруг по-прежнему царила непроглядная темень, за которой было не разглядеть детей. Учитель Хэхэ подошла к ней:

– Я преподаватель танцев, Юань Юань занимается в моей группе… Мы сейчас уже в безопасности? – Ее голос все еще дрожал.

Чэнь Шаолин кивнула:

– В безопасности. Когда мы подъезжали, то видели, как какой-то человек колотит в стекло. Двое мужчин, которые были с нами, выскочили из машины и побежали за ним… Как ты себя чувствуешь? Если не возражаешь, давай включим свет, соберем детей и поедем в больницу, там их осмотрят.

Учитель Хэхэ отыскала на стене выключатель, включила свет в холле и позвала детей. Девочки осторожно выбирались из укрытий, бледные и перепуганные. Когда они узнали, что все позади, то обступили учителя Хэхэ, дав волю слезам. Учитель Хэхэ гладила их по головам, одновременно проверяя, все ли на месте, и украдкой смахивая слезы. Когда дошла очередь до Юань Юань, она обхватила ее и сжала в объятиях крепко-крепко. В этот момент