Вика - Генрих Соломонович Книжник

Я затормозила, сказала, что он сам виноват, и побежала скорей домой.

* * *

Дома меня встретила Катя и сразу же мысленно спросила, что случилось. Я бросила рюкзак на диван и, как была в куртке и шапке, уселась за стол. Тогда Катя прыгнула на стол, и я ей всё пересказала. И спросила, что делать.

Катя подумала и предложила попробовать подружиться с Васькой. На это я ответила, что ни за что с ним дружить не стану, хотя бы он грозил заявить, что я террористка и хочу взорвать школу. Тогда Катя посоветовала не обращать на Васькину клевету внимания и смеяться над ним. Все поговорят, поговорят и перестанут, а Васька опять окажется в дураках.

Тогда я спросила про оборотней: правда ли, что есть такие люди, которые могут превращаться в собак и волков, и наоборот. Катя сказала, что среди её знакомых зверей кто-то об этом слышал, но бывает ли такое на самом деле, она не знает. Лесные звери про это должны знать лучше, но Катя ни с кем из лесных не знакома.

Тогда я спросила, а могут ли об этом знать вороны, они ведь летают и встречают многих зверей из разных мест. Дело в том, что я иногда встречаю ту ворону, которой я помогла освободить её сына, и мы здороваемся. Я даже назвала её Фросей, и ей это имя понравилось. Но Катя сказала — вряд ли, потому что городские вороны хотя и умные, но всё же ограниченные создания и путешествуют от своих мест обитания недалеко. Возможно, у них есть связи с лесными воронами, но про это Катя ничего не знает.

И я решила расспросить об этом папу. Он физик, он всё должен знать.

Мы с Катей пообедали, отдохнули от мысленного разговора, и я села делать уроки. А когда сделала, стала размышлять: сказать Сеньке про новую Васькину гадость или не надо?

Если скажу, он может Ваську отколотить, будет драка, потом станут разбираться, за что бил, как бил, вызовут родителей, Сеньке попадёт, да и мне достанется. Ведь Васька всё наврёт, чтобы Сенька и я оказались виноватыми, а он остался несчастным, пострадавшим от злых хулиганов. А если не скажу и Васька начнёт в школе болтать обо мне, Сенька его всё равно побьёт, и его самого накажут. Надо что-то придумать.

Я думала, думала и вдруг придумала: буду говорить правду. Пусть только Васька попробует сказать, что я волчиха, я тогда скажу, что он приставал ко мне, чтобы я с ним дружила, а я засмеялась и сказала, что лучше подружусь с волком, чем с ним, потому что дружить с волком и то интереснее. Вот он и выдумал назвать меня волчихой. Дурак! Надо будет только Сеньку об этом предупредить. Но всё-таки сначала спрошу у папы насчёт оборотней…

Вечером, когда мама мыла на кухне посуду, я подошла к папе и сказала, что у меня к нему серьёзный вопрос: бывают ли на свете оборотни? Ну, это такие люди, которые умеют превращаться в волков и обратно в людей. Папа как услышал, так даже уронил книжку, которую читал, и уставился на меня. Потом обо всём догадался, посмотрел на меня весёлыми глазами и сказал:

— Ты что, боишься, не оборотень ли ты? Признавайся, волчишка.

Я кивнула и сказала, что сегодня гад Васька из моего класса, который непонятно как узнал, что я могу разговаривать со зверями, сказал, что я оборотень и скоро стану по ночам превращаться в волчиху.

Тут папа засмеялся, обнял меня и сказал, что это всё выдумки, старинные сказки, как, например, про царевну-лягушку или злую колдунью, которая превращалась в чёрную кошку. А превращение человека в зверя невозможно ни физически, ни анатомически, ни физиологически. Какого же размера должна быть лягушка, из которой получилась царевна?

Я молча слушала, а он вдруг внимательно на меня посмотрел и серьёзно спросил:

— Наверное, Васька грозится разболтать всем, будто ты можешь разговаривать с животными, и обзывает тебя оборотнем? А ты засмейся и скажи, что да, разговариваешь даже с тараканами и они тебе рассказали, как он на ночь сам превращается в таракана.

Я представила Ваську тараканом и засмеялась. Как хорошо, что у меня такой замечательный папа, который всё-всё про меня понимает. А Сеньке всё же надо будет это рассказать, чтобы он не кидался на Ваську. И Верке расскажу, что Васька ко мне приставал со своей дружбой, а уж она обязательно разнесёт по всему классу.

* * *

Ой, назавтра всё так и получилось, как сказал папа.

Когда уроки кончились и наша училка Зоя вышла из класса, Васька встал перед дверью и заорал:

— Важнейшее сообщение-е! Слушайте все, что я сейчас вам скажу-у! Ярославцева со зверями разговаривает! А учёные говорят, что такие люди называются «оборотни». Они превращаются ночью в волков, бегают по городу и нападают на людей! А потом превращаются обратно в человеков и ходят среди нас как ни в чём не бывало! И она станет такой. А когда — неизвестно. Может, скоро, и тогда всех вас закусает-загрызёт!

Тут Верка распахнула свои глазищи во всю ширь и сказала:

— Во врёт! Ух ты!

Все засмеялись, а Васька закричал:

— И ничего я не вру. Когда недавно в нашем доме пожар начался, ещё вообще ничего не было видно — ни дыма, ни огня, а Вика вдруг стала кричать, что горит на пятом этаже. Её мать поверила,