Урок второй: конец света - Зильке Шельхаммер

Они подошли к линии раздачи.

Элвин зачерпнул порцию спагетти с томатным соусом, подал тарелку Альве и перевёл взгляд на Малу.

– Мне не нужно, – отказалась та и взяла себе два яблока и печенье в упаковке.

– Всё ещё думаешь, что он плюёт в еду? – спросила Альва, когда они пришли на террасу, где уже сидели Тилль с Йонасом.

Мала ничего не ответила.

– Миссия выполнена! Это было проще, чем мы думали, – воскликнула она, с видом триумфатора плюхнулась на стул рядом с Ленни и откусила яблоко.

Альва села рядом. Обведя взглядом друзей, она заметила, что вид у всей троицы был довольно понурый.

– У нас проблема, – сразу перешёл к делу Тилль. Он всё ещё не увеличился и поэтому сидел на столе.

– Ты навсегда останешься таким маленьким?

– Нет, мы надеемся, что нет, – ответил вместо друга Йонас.

Потом он показал чёрную ручку.

– Но посмотрите, что я нашёл у нас комнате. Точнее, прямо у себя под подушкой.

Мала взяла у него ручку и, покрутив её у себя перед носом, разглядела гравировку.

– Это ручка Лолы, – сказала Альва, и Йонас медленно кивнул.

Мала вскинула брови.

– О нет. Похоже, кто-то всерьёз решил испортить тебе жизнь.

– Да, и это понемногу начинает раздражать, – пожаловался Йонас, взъерошив волосы обеими ладонями. Казалось, ему нездоровилось. Он так и не притронулся к еде.

Альва смотрела на него испытующим взглядом.

– Ты что, до сих пор его подозреваешь? – рассердился Тилль.

– Нет! Нет! – возразила Альва. – Но надо как можно быстрее выяснить, кто крадёт вещи.

– Да уж, пожалуйста! Пока я не проснулся с вентиляционной трубой под кроватью, – простонал Йонас.

Альва взглянула на него с удивлением.

– Или со шнуром питания от проектора из электролаборатории, – вступила в беседу Ленни.

– Или с тепловой лампой с фермы, – медленно проговорила Альва, кивая. – Ох, как же мы были слепы! Ведь на острове пропадали и другие вещи – не только флешка Элвина и ручка!

Альва повернулась к Йонасу.

– Так, давай подумаем: кто тебя терпеть не может?

Йонас драматично воздел руки к небу.

– Понятия не имею! Я же весь соткан из добра и света! У меня нет врагов!

Тилль хмыкнул.

– А я вот даже навскидку могу припомнить несколько человек, которым ты явно действуешь на нервы, – сказал он и вытянул длинную макаронину из тарелки Йонаса.

Альва на секунду задумалась, каково это – жевать спагетти толщиной с корабельный канат.

Йонас искренне удивился.

– Серьёзно? И кому же? – спросил он.

– Практически всем, кто участвует в киноконкурсе.

– Это правда, – принялась вслух размышлять Альва. – То есть я не сомневаюсь, твой фильм просто превосходный, но ты всё время задираешь другие команды. Возможно, кто-то из них не прочь тебя проучить…

Йонас и Тилль переглянулись.

Альва опустила вилку, на которую только что намотала спагетти.

– Что такое?

Йонас беспокойно заёрзал на стуле.

– В общем, насчёт фильма… – начал он, – тут такое дело…

Он замолчал и какое-то время просто сидел, уставившись в тарелку, как будто раздумал говорить.

– Так и что же там насчёт фильма? – не дождавшись продолжения, переспросила Альва.

– У меня его нет, – сознался Йонас.

– Что? – воскликнула Мала так громко, что ребята за соседними столами даже обернулись. Мала наклонилась вперёд и понизила голос: – Ты всех задираешь и дразнишь, хвастаясь своим шедевром, а его даже не существует?

Йонас поднял руки, словно защищаясь.

– Да нет, фильм был!

На помощь Йонасу пришёл друг.

– Пауль нечаянно дотронулся до флешки и стёр его, – пояснил Тилль.

– Но ты продолжаешь делать вид, что вот-вот покажешь миру гениальное кино? – удивилась Альва.

Йонас кивнул с набитым ртом.

– Он пытается быстренько его переснять, – объяснил Тилль.

– Очень спортивно, – с уважением заметила Мала. – Мы можем тебе как-то помочь?

Йонас помотал головой, но она всё-таки предложила:

– Если тебе понадобится устроить наводнение или что-то вроде того, только дай знать!

Альва удивилась, что, в отличие от Эммы, Йонас сдержался и не стал нападать на Пауля после того, как тот испортил флешку. Может быть, она всё-таки знала Йонаса не так хорошо, как ей казалось?

– Ну, допустим, фильма у тебя нет. Но об этом никому не известно. Это не меняет сути дела. Перед нами по-прежнему стоит вопрос: почему кто-то хочет выставить тебя вором?

– Я всё ещё думаю, что причины как-то связаны с вечером кино, – сказал Йонас, отложил вилку и стал перечислять, загибая пальцы. – Во-первых, отчаяние, ведь выиграть у меня нельзя. Во-вторых, разрушенные мечты.

Аргументы у него закончились. Он взял вилку и продолжил есть.

Альва с сомнением покачала головой. Тилль тоже не выглядел убеждённым.

– Это всего лишь школьный киноконкурс, а не «Оскар». Не тот масштаб. «Отчаяние» и «разрушенные мечты» – как-то слишком, тебе не кажется?

– Кроме того, если верить информационной доске, вор делает это «не ради золота и славы», – напомнила Альва остальным.

– Точно, он стремится «к лучшей доле», – добавила Мала.

– А чья жизнь улучшится, если Йонаса будут считать вором? – спросил Тилль.

Но ответа ни у кого из них не нашлось.

Глава 16. Никаких новых соседей!

По пути из столовой в школу Альва заметила, что забыла в комнате планшет. Она прибежала в общежитие и взлетела по лестнице на свой этаж.

Вот только войти в комнату ей не удалось: дверь приотворилась лишь на щёлку. Что-то блокировало её изнутри. Альва снова подтолкнула дверь. Безуспешно. Сквозь щель доносилось какое-то шуршание. Потом раздался голос Фридерики.

– Чего тебе? – буркнула соседка.

– Мне нужен планшет, – громко сказала Альва и снова попыталась войти. На этот раз ей показалось, что Фридерика нарочно её не пускает.

– Подожди, я тебе его подам, – сказала Фридерика из комнаты.

Ну уж нет, разозлилась Альва, хватит с неё этих странных игр. Что там Фридерике опять взбрело в голову? Лишь бы командовать! В конце концов, Альва тоже живёт в этой комнате и имеет право войти сюда в любое время.

Она всем телом навалилась на дверь, и та вдруг легко распахнулась. Альва от неожиданности влетела в комнату, случайно отфутболив какую-то коробку. Та откатилась и врезалась в скейтборд Фридерики.

– Ой, что это было? Всё кружится. Я больше не хочу!

Это были первые слова, которые услышала Альва. И произнесла их не Фридерика.

Альва выпрямилась. Соседка замерла возле стеллажа с планшетом в руке. В глазах у неё читался не гнев, а скорее испуг.

Между кроватями стояла высокая коробка. А внутри неё кто-то сидел и жаловался!

– Если ещё раз так прокачусь, меня стошнит!

Альва подошла к коробке.

Фридерика быстро протянула ей планшет.

– Вот, держи! Ты же за ним пришла! – в её голосе слышалась паника.

Альва не отреагировала. Она заглянула внутрь, и всё разом стало на свои места. Зверь, чьё нытьё она слышала по ночам, всё это время был вовсе не за окном, как она думала, а прямо в комнате! А вонь, сводившая её с ума, не имела отношения к таланту Фридерики, а исходила от маленького ёжика, которого та прятала в картонной коробке.

Альва пришла в ярость.

– У тебя ёж? – спросила она. Её взгляд упал на открытые дверцы платяного шкафа Фридерики. – И ты его держишь там?

Сердце