Урок второй: конец света - Зильке Шельхаммер

Плюхнувшись обратно на подушку, Альва широко зевнула и стала размышлять о сорванном вечере кино. Кто же всё-таки вор?

Дверь тихонько отворилась. В комнату вошла Фридерика с мокрыми после душа волосами.

– О! Доброе утро, – радостно поприветствовала её Альва.

– Доброе, – сказала Фридерика, как обычно, сухо и холодно.

Альва с раздражённым стоном закатила глаза. Фридерика сделала вид, что ничего не слышит, и продолжила возиться в шкафу.

– Я думала, спасение твоего любимца чего-то да стоит, – помолчав, заметила Альва.

– Ну я же сказала – доброе, – буркнула Фридерика.

Альва рывком села в кровати и схватилась за голову.

– Серьёзно? Ты что, до сих пор на меня злишься? – изумлённо спросила она.

– Да, – скупо ответила Фридерика, доставая из шкафа небольшую миску, чтобы положить в нее корм для ёжика.

– Но я-то на тебя уже не злюсь! А ты, как-никак, копалась в моих вещах, – напомнила ей Альва.

Фридерика прожгла её взглядом.

– Сколько раз тебе повторять? Я и пальцем ни к одной твоей вещи не притронулась!

Альва почувствовала, что от криков и ругани их с Фридерикой отделяет лишь пара фраз. Скандалить ей совершенно не хотелось, так что она принялась напряжённо думать. А что, если Фридерика говорит правду? Тогда откуда она знает, о чём шла речь в Альвином письме?

И вдруг у неё появилась догадка.

– Ты что, умеешь читать мысли?

Фридерика как раз собиралась выйти из комнаты.

– Нет, не умею, – ответила она.

Альва вздохнула с облегчением и, видя, что Фридерика уже взялась за ручку двери, поспешила спросить:

– Скажешь мне, какой у тебя талант?

От этого вопроса Фридерика вздрогнула и как будто немного сжалась.

– Я могу видеть глазами других, – ответила она, понурив голову.

– Что?

Альве потребовалось какое-то время, чтобы понять, как это.

– То есть ты сейчас видишь себя со спины? – помедлив, уточнила она.

Фридерика обернулась.

– А теперь спереди? – спросила Альва, пытаясь поставить себя на место Фридерики и вообразить, какие картинки мелькают у той в голове.

– Да. Молодец. Ты всё правильно поняла, – похвалила её Фридерика с непроницаемым выражением лица и вышла из комнаты.

– Твоя хозяйка – очень-очень непростой человек, – сказала Альва ёжику и встала с кровати.

По дороге в столовую Альва заглянула на газон перед спортзалом, где проходила уборка. Ленни собирала мячики, которые ещё вчера играли роль светильников. Малу обнаружить не удалось. Впрочем, она наверняка ещё спала. Проснуться в такую рань в воскресенье её мог заставить разве что горящий матрас.

Прыгая по мокрой от росы траве, Альва поздоровалась с Симоном, Мари и Карлой, собиравшими пледы с лужайки. Чуть поодаль она заметила Элвина. Он катил сервировочную тележку из столовой к спортзалу.

Навстречу ей шёл Йонас с тремя корзинами для пикника.

– Доброе утро, – сказала Альва.

Йонас кивком указал на корзинки, брошенные вчера на пледах.

– Вот, можешь тоже прихватить парочку.

Альва взяла две штуки и поплелась в сторону спортзала вслед за Йонасом.

– А где Тилль? – поинтересовалась она.

– Остался сидеть в комнате вместе со своим плохим настроением, – ответил Йонас. Казалось, он был всерьёз обеспокоен.

Альва попыталась его утешить.

– Понимаю, Тилль не в духе. Наверняка он уже весь извёлся, что так долго не может увеличиться.

Ей тоже не хватало большого Тилля.

Они поравнялись с Симоном, Мари и Карлой. Никто из занятых уборкой ребят не выглядел так шикарно, как Симон: тёмно-синие брюки, белая рубашка, на плечи накинут тёмно-синий пуловер. Казалось, он только что приплыл сюда на яхте.

– Ну что, Заттлер, доволен? – спросил он вдруг, нахмурившись.

Мари и Карла тоже смотрели на Йонаса сердито.

– Если вам так угодно, Ваше глупейшество! – невозмутимо ответил Йонас и пошёл дальше.

– Чем это ты должен быть доволен? – тихо спросила Альва.

– Понятия не имею! Он вечно несёт чушь, – пожал плечами Йонас.

Альва хотела что-то добавить, но тут их разговор прервал крик Мари:

– Смотрите-ка, там птица светится!

Альва быстро окинула взглядом деревья.

– О нет! – простонала она. На одной из веток качалась светящаяся ворона.

– Это Родриго? – усмехнулся Йонас.

Альва кивнула.

– Подойду-ка я к нему, – сказала она, ускоряя шаг.

Ещё издалека она услышала, как бушует Родриго:

– Выкл. Выкл. Выключайся немедленно! Хочу мрак! Убирайся, дурацкий свет!

– Привет, пернатая лампочка! – поздоровалась Альва со светящейся птицей.

– Не смешно! – возмутилась та ещё более сердито, чем обычно.

– Да нет, немного всё-таки смешно, – хихикнула Альва, с любопытством разглядывая Родриго. Он и правда светился как маяк в форме птицы.

– Я – ворона! Мне идёт глубокий чёрный цвет с благородным лоском! А сейчас я похож на неоновую вывеску! – негодовал Родриго, прыгая с ветки на ветку.

– Это пройдёт, – попыталась успокоить его Альва.

Родриго, хлопая крыльями, приземлился прямо перед Альвой.

– Когда? – завопил он и обиженно спрятал клюв под крыло.

– Когда-нибудь, – ответила Альва, присев на корточки, чтобы лучше видеть птицу. – Другие вороны над тобой не смеются?

Родриго мгновенно вытащил из-под крыла клюв и заносчиво задрал его вверх.

– Пф-ф-ф, мне до этого нет никакого дела, – ответил он и, отвернувшись, гордо отошёл в сторону.

– Может быть, тебе угрожает какая-нибудь опасность? Ну из-за того, что ты светишься? – уточнила Альва, вставая.

– Я никому не по зубам, со светом или без! – заявил Родриго и упорхнул прочь.

– Если вдруг понадобится помощь, ты знаешь, где моя комната! – крикнула Альва ему вслед.

Фридерика наверняка будет счастлива принять его в свой звериный пансион.

Глава 22. Тсс, только, чур, никому!

Альва медленно поплелась обратно к спортзалу – помочь повару разбирать корзинки. Там собралось уже много добровольцев.

– Макаронный салат из открытых банок выбрасывайте в ведро. Отдадим его свиньям, – объясняла фрау Сандерс Лоле, Табеа и Паулю.

– Ага, вот и противни приехали, – сказала она в следующую секунду и помахала рукой, подзывая Элвина с тележкой.

Фрау Сандерс сняла с тележки металлические противни, поставила их на длинный стол и обратилась к Паулю и Альве.

– Так, вы двое, складывайте сюда куски пирога и следите, чтобы на них не было муравьёв.

Альва едва успела перехватить Пауля на подходе к противням.

– Почти все куски пирога уже собрали до нас… Лучше помоги с макаронным салатом. Там нет ничего, что может нечаянно примагнититься, – предложила она Паулю.

Бедняга всё утро цеплял на себя то один предмет, то другой и безостановочно извинялся.

– Да, конечно, так будет лучше, – грустно пробормотал Пауль и пошёл меняться местами с Лолой.

Альва спокойно осматривала куски пирога, прислушиваясь к голосам муравьёв, пока рядом не появилась Лола.

– Нет, ты можешь в это поверить? – принялась возмущаться она. – Вечер кино отменился, а теперь ещё весь этот бардак убирать! И всё из-за Йонаса.

Альва на секунду отвлеклась от своего занятия.

– Почему вдруг из-за Йонаса-то? – спросила она и продолжила аккуратно складывать кусочек к кусочку.

– А ты разве не слышала? Это же он подстроил вчера отключение электричества, – взволнованно прошептала Лола.

Брови Альвы поползли вверх от изумления.

– Кто это сказал?

– Мне рассказала Табеа, а ей – Эмма, – с многозначительным видом сообщила Лола.

Альва совершенно точно знала, что её друг не имел никакого отношения к отключению электричества. Но кто-то распустил по школе слух о том, что виноват именно Йонас.

И очень может быть, что и кражи на него повесить тоже пытался этот самый «кто-то». Вчера вор ускользнул,