Урок второй: конец света - Зильке Шельхаммер

неопределённо махнула она рукой в сторону дверей в коридоре, – …ни творилось, это точно выводит из строя всю школьную систему электроснабжения.

– Точно! Наверняка тут делают ядерные ракеты. Сверхсекретные! – съязвила Фридерика.

Альва ничего не сказала.

– А почему ты не хочешь просто туда заглянуть? – поинтересовалась Фридерика.

Альва нетерпеливо вздохнула.

– Не хочу, чтобы нас заметили!

– О, я поняла. У нас тут секретная миссия! – с усмешкой прошептала Фридерика, но всё же уступила. Опустив голову, она какое-то время смотрела перед собой невидящим взглядом, а потом показала на одну из дверей.

– Там двое проводят какой-то опыт со стеклянными колбами, – сказала она.

– Так, отлично! – похвалила её Альва и усиленно закивала, подбадривая продолжать.

Фридерика прошла дальше, остановилась возле следующего кабинета и снова уставилась в пол.

– Думаю, там пусто, – заключила она чуть погодя.

Альва осторожно нажала на ручку двери. Фридерика не ошиблась. Лаборатория была заперта.

Тем временем Фридерика уже стояла у следующей двери.

– Тут несколько человек паяют платы, какая-то девочка собирает руку робота, а какой-то мальчик строит электромагнитную катушку. Соседняя комната пуста.

Они не спеша прошли дальше по коридору.

– Фу-у-у-у-у!

– Что такое? – насторожилась Альва.

– Там лежит кусок хлеба, весь покрытый опарышами. Кому понадобилось проводить такой мерзкий опыт?

Фридерику даже передёрнуло от отвращения, но она быстро взяла себя в руки и перешла к следующей лаборатории.

– Там внутри кто-то припаивает кабель к большой трубе, – сказала Фридерика и повернула голову в другую сторону. – А там кто-то возится с растениями.

– Труба и кабель! – встрепенулась Альва. – А что за труба?

Фридерика повернула голову обратно, сосредоточилась и, чуть помедлив, сказала:

– Такая длинная, серебристая…

– Похожа на вентиляционную? – взволнованно перебила её Альва.

– Не знаю, – пожала плечами Фридерика.

Но Альва не сомневалась в своей догадке.

– Вот оно! – сказала она и взялась за ручку.

Едва дверь приоткрылась, из лаборатории послышались шуршание и бряцание. Какой-то мальчик быстро захлопнул дверцу шкафа и медленно повернулся к ним лицом.

– Пауль? – удивилась Альва.

Пауль покраснел, и со стола для опытов к нему тут же полетели гаечный ключ, две отвёртки и паяльник.

– Чего тебе? – спросил он и бросился торопливо раскладывать вещи по местам. Те не слушались и липли к его ладоням. – Я тут просто… кое-что готовлю… к следующему уроку, – сбивчиво пробормотал Пауль, тщетно пытаясь отделаться от инструментов.

Стоя посреди комнаты, Альва вдруг поняла, что понятия не имеет, как действовать дальше. Её план заканчивался на пункте «войти в лабораторию».

Нужно поскорее убраться отсюда, рассказать новости остальным и спокойно всё обдумать.

Альва огляделась по сторонам, притворившись, будто что-то ищет.

– Я забыла где-то свой пенал, но, видимо, не здесь, – выдав первое пришедшее в голову объяснение, она развернулась и выбежала из лаборатории.

Глава 27. Бегемот на моноцикле

– Пауль? Точно? – обескураженно повторил Тилль. Он прошёл всю обувную полку до конца, потом развернулся и направился обратно. Альва и Фридерика стояли рядом с ним в школьном холле. Двери на улицу были распахнуты, урок математики закончился, гроза – тоже. Снаружи светило солнце и пахло мокрой землёй.

– Да, мы абсолютно уверены! – грустно сказала Альва.

– Она уверена, – возразила Фридерика. – Я вообще не знаю, в чём дело, да и знать не хочу, – добавила она и вышла из здания, бросив всем «пока-пока» на прощание.

– Уф, как же с ней сложно! – простонала Альва и покачала головой, глядя вслед своей соседке.

– А мне она показалась довольно милой! – заметил Тилль.

– Что, серьёзно? – спросила Альва и тут же сама услышала в своём тоне неприятно-язвительные нотки. Впрочем, Тилль не стал развивать эту тему. Он кивнул в сторону лестницы.

– А вот и остальные!

К ним подошли Мала и Йонас с камерой на плече.

– Что такое? – поинтересовалась Мала.

Йонас поставил камеру на пол. Он по-прежнему всюду таскал её за собой, снимая буквально всё, что попадало в объектив. Если Альва не сбилась со счёта, то он работал уже над третьим фильмом. А сроки проведения киноконкурса всё сдвигались и сдвигались. Неудивительно, что он стал таким раздражительным. Альва подумала, что на его месте она, пожалуй, давно бы сдалась.

– Мы поймали не того вора, – сообщила она остальным.

Йонас выпрямился.

– Ничего подобного! – запротестовал он. – Я собственноручно вытащил йо-йо из стопки высокоблагородных рубашек.

Тилль утвердительно кивнул.

– Да, но информационная доска, похоже, имела в виду не Симона, – объяснил он и сел на край полки.

– А кого же? – хором спросили Йонас и Мала.

– Пауля, – тихо сказала Альва.

– Как это? Выходит, это он украл все эти технические штуковины? – не поверила Мала.

Альва тяжело вздохнула. Разоблачать Симона было куда приятнее.

– А зачем они ему понадобились? – Йонас наморщил лоб.

Альва пожала плечами:

– Понятия не имею.

– «Отчаянье толкнуло пачкать руки не ради золота и славы – лишь от муки», – тихо процитировала Мала.

– Это какое-то дерьмо собачье! – буркнул Йонас и уставился перед собой в пол.

У Альвы к горлу подступил комок. Тилль скрестил руки на груди.

– Да, это настоящее собачье дерьмо! И знаете, что мы сейчас сделаем? – спросил он, окинув взглядом растерянные лица друзей. Все молчали в ожидании, так что он сам ответил на свой вопрос: – Мы спросим у него, в чём дело.

– Хорошая идея! – сказала Мала. – А он ещё в лаборатории?

– Я не видела, чтобы он выходил, – ответила Альва, вытаскивая из сумки планшет, чтобы взглянуть в расписание. – Кстати, уроки закончились, так что он наверняка там один.

– Ну что ж, давайте выведем вора на чистую воду! – сказал Йонас, закидывая камеру на плечо.

– Ты что, собираешься взять её с собой? – удивилась Мала.

– А вдруг попадётся что-то интересное, – усмехнулся Йонас. – К тому же можно будет сказать, что мы ещё работаем над фильмом и мне нужно снять сцену в лаборатории! Для прикрытия.

– Звучит почти правдоподобно, – решила Мала. Тилль с Альвой кивнули, хоть на их лицах и читалось некоторое сомнение.

На входе в лабораторное крыло их глазам предстала странная сцена. По коридору гордо расхаживала светящаяся ворона. Рядом топтался Бен, пытаясь что-то ей втолковать.

Сидящий на плече Йонаса Тилль шепнул ему на ухо:

– Наверное, пора начинать снимать. Пересади меня к Мале.

– Родриго? – удивлённо спросила Альва.

Птица и мальчик одновременно повернулись в их сторону.

– А, привет, – поздоровался Бен. Казалось, он обрадовался их появлению.

– Вы, случайно, не знаете, что делать? Похоже, это Нела, и она не может превратиться обратно в себя!

– Скажи ему, чтоб отстал. Я никакая не Нела! И я не хочу ни в кого превращаться! – раздражённо каркнул Родриго.

Альва сразу поняла, в чём дело.

– Бен, поверь, это самая обычная ворона.

– Да ладно? Самая обычная? – буркнул стоящий рядом Йонас, но Альва пропустила его иронию мимо ушей.

– Что? То есть это действительно птица? – удивлённо спросил Бен, внимательно разглядывая ворону.

– Эй, мы тут не в зоопарке. Пусть немедленно прекратит на меня пялиться! – рассердился Родриго и отпрыгнул в сторону.

– Фух, ну хорошо, а то я уж думал, что у Нелы есть ещё и второй талант, – с явным облегчением объяснил Бен, качая головой.

– Несколько талантов? Ну уж нет, спасибо, – тихо согласился с ним Тилль, а потом взглянул на Родриго и спросил: – Но как он сюда попал?

– Скажи гномику, что я умею пользоваться дверью! – возмутился Родриго.

– Через