Лёд и Сахар - Анна Эйч

– О, Микаелян, успокойся! Я всего лишь пришла взять матчу на кокосовом, надеюсь, ты не будешь плевать мне в напиток?

– Надейся, – фыркает Камилла и начинает тыкать в терминал, пробивая кофе блондинке.

– А у вас есть меню с КБЖУ? – снова задаёт вопрос Мередит, и Ками демонстративно кладёт перед ней лист с меню, где указаны все данные по каждому десерту на витрине.

– Благодарю, – Мередит саркастически хлопает глазками, забирает меню и отходит к подругам за стол у окна.

– Она у тебя парня увела? – смеюсь я, наблюдая, как вскипает Камилла.

– Она просто стерва, выжила из комплекса Сену, помнишь, я тебе про неё рассказывала?

– Та, что решает любую проблему фисташковым эклером?

– Да, ей пришлось уйти из команды и улететь в Россию.

– Ты серьёзно? А как же Олимпиада? – я выкатываю глаза на подругу, искренне поражённая такому ходу событий.

Камилла пожимает плечами.

– Не знаю, вроде как поедет от России.

Я расплываюсь в улыбке.

– Ну, значит, будем болеть за неё отсюда.

– Точно! – подмигивает мне Ками и переключается на свою «подругу». – Эй, барби в неоне, забирай свою матчу.

Я хихикаю. Блонди не отвечает, только закатывает глаза и с важным видом просит завернуть ей парочку творожных десертов и белковый зефир.

Даже стервы любят сладкое.

* * *

На новогодние праздники Echo Coffee продолжит работать в прежнем режиме, так как основную массу гостей всё равно составляют работники и спортсмены из соседнего комплекса, а в преддверии Олимпиады никто из них на праздники уезжать не собирается. Поэтому мы украсили кофейню в нашем фирменном нежно-бирюзовом цвете и добавили праздничного серебра.

Гирлянды из матовых шаров цвета морозной мяты струятся от потолка к барной стойке, переплетаясь с серебряными лентами, которые мерцают в свете софитов. У входа красуется ёлка – не традиционная зелёная, а искусственная белая, будто припорошённая снегом, украшенная стеклянными шарами в той же бирюзово-серебряной гамме. Такер сейчас как раз балансирует на стремянке, пытаясь поправить особенно упрямый шар на самой верхушке, который никак не хочет висеть ровно.

– Сандра, как думаешь, это не слишком? – он указывает на гирлянду, которая, честно говоря, выглядит идеально.

– Такер, это шикарно, – отзываюсь я, аккуратно выкладывая в фирменную бирюзовую коробочку три миниатюрных десерта. – Стильно, атмосферно и совершенно не похоже на типичную рождественскую лавку.

На витрине теперь красуются мои новогодние творения – концептуальные десерты с пониженным содержанием жиров и углеводов, которые я разрабатывала последние две недели. Нежные бирюзовые макаруны с начинкой из кокосового крема и мяты, белоснежные протеиновые сферы, присыпанные съедобным серебром, муссовые пирожные в форме снежинок на основе греческого йогурта и агар-агара с лаймом и мятой. Ещё есть мини-штоллены на миндальной муке, практически без сахара, с начинкой из запечённой груши и корицы – они улетают быстрее всех. И моя особая гордость: «Зимний поцелуй» – двухслойный десерт с хрустящим безе, лёгким творожным кремом с ванилью и желе из белой смородины, увенчанный миниатюрной веточкой из белого шоколада.

– Латте имбирный пряник с цитрусом на миндальном! – Камилла выставляет стакан с кофе, не глядя на парня в хоккейной куртке с надписью «Montreal Lions», который облокотился о барную стойку и с широкой улыбкой наблюдает за каждым её действием.

– А можно мне ещё свидание с вашим баристой?

– Нельзя! – отрезает Ками, делая вид, что очень занята уборкой барной стойки.

– Тогда заверните мне ещё макаруны, пожалуйста, – он продолжает сверлить подругу взглядом, забавляясь её попытками игнорировать его.

Ой-ой, кажется, кто-то запал на мою бойкую подругу.

– Молодой человек, давайте вы займётесь завоеванием сердца девушки в другом месте, тут как бы очередь, – недовольно просит ухоженная женщина лет тридцати пяти в белых легинсах и коротком белом пуховике.

– Конечно, сейчас только заказ сделаю, – не поддаваясь на негативную провокацию, отвечает парень и снова поворачивается к Камилле, которая выставляет перед ним коробочку с пирожными.

– У вас, кажется, ещё открытку можно написать. – спрашивает он, наслаждаясь раздражением моей подруги и всей очереди.

Я хочу запечатлеть лицо Ками и использовать его в качестве мема, когда нужно показать покер-фейс. С каменным лицом, полным саркастичного безразличия, Камилла кладёт перед ним открытку и ручку.

Хоккеист, довольный, что смог удостоиться её внимания, отходит в сторону и принимается писать что-то в открытке, а моя подруга переключается на женщину в белом пуховике, меняя маску безразличия на приветливую.

Пока я собираю заказ для женщины, парень заканчивает писать свою открытку, просовывает её под ленту с заказанными пирожными и подходит ко мне.

– Передайте это, пожалуйста, вашему баристе, такой темненькой девушке с вечно недовольным лицом. Я очень люблю ваш кофе, но сервис… – он театрально кривится, – думаю, может, пирожные её порадуют и заставят больше улыбаться постоянным гостям.

Ками громко вздыхает и закатывает глаза, я, широко улыбаясь, забираю коробку у парня.

– Обязательно передам, нам очень важно мнение наших постоянных гостей, и мы сделаем всё возможное, чтобы вы остались довольны не только нашими напитками, но и сервисом.

– Да, буду очень признателен.

Он отходит от барной стойки, ещё раз встречается взглядом с Ками, которая готова испепелить его на месте, на что парень нагло шлёт ей воздушный поцелуй. Затем достаёт сто долларов и закидывает их в корзинку для чаевых.

– Счастливого Рождества, Жасмин!

С этими словами он скрывается за стеклянной дверью.

– Жасмин?

– Ни слова больше! – резко отрезает Камилла, пресекая всякую возможность нам с Такером как следует обшутить произошедшее.

Я, тихо хихикая, заканчиваю обвязывать коробку для последнего гостя в очереди и передаю со словами «Счастливого Нового года!»

Такер, наводивший порядок в зале, усмехается:

– Сразу видно, что вы русские. Почему-то поздравляете именно с Новым годом, а не с Рождеством.

Камилла, не отрываясь от кофемашины, парирует:

– В России отмечают оба праздника, но Рождество ощущается скорее, как один из особенных выходных, включённых в глобальные праздничные каникулы Нового года. У нас Новый год – это главное событие зимы.

– И ёлка, и подарки, и Дед Мороз, – добавляю я, выбрасывая обрезки упаковочного материала. – Всё самое магическое происходит именно в новогоднюю ночь.

– Интересно, – задумчиво кивает Такер. – Надо как-нибудь приехать к вам на родину, а то я смотрю, она богата на