Мода с 1900 года - Валери Д. Мендес

class="p1">238 В коллекции Кэтрин Хэмнетт осень/зима 1984–1985 жатые хлопковые и шелковые ткани сочетались с футболками со слоганами: на фото модель одета в футболку с надписью «Даешь всемирный запрет ядерного оружия». Вся прибыль от продажи футболок направлялась в благотворительный фонд Хэмнетт – Tomorrow Ltd.

Одним из ведущих дизайнеров мужской одежды 1980-х годов был уроженец Ноттингема Пол Смит, чья классическая, в высшей степени удобная одежда отличалась такими характерными чертами, как необычайно смелые цвета и причудливые узоры. Он открыл свой первый магазин в родном городе в 1970 году, в 1979 году переехал в лондонский Ковент-Гарден и к концу 1980-х годов уже владел магазинами по всему миру. Его стиль был и остается истинно британским. Еще одной поклонницей британского стиля была Маргарет Хауэлл: она создавала для женщин различные модели, переосмысляющие типично английскую одежду, например школьную спортивную форму и одежду для загородной жизни.

239 Леди Диана Спенсер, высокая, нескладная девятнадцатилетняя помощница воспитателя детского сада, запечатлена фотографом в 1980 году, во время прогулки с двумя ее подопечными; сквозь ее простую ситцевую юбку просвечивает солнце. В пору, когда была сделана эта фотография, Диана была типичной «Слоун Рейнджер».

В 1980-е годы британская мода получила импульс к развитию от самого неожиданного источника – британской королевской семьи. Когда в 1980 году пресса сфотографировала высокую, нескладную девятнадцатилетнюю помощницу воспитателя детского сада леди Диану Спенсер в лучах солнца, которые просвечивали сквозь простую юбку из набивного хлопка и открывали всему миру ее длинные ноги, мало кто догадывался, что ей суждено стать одной из самых ярких икон моды 1980-х и 1990-х годов и представительницей британской моды самого высокого уровня (Илл. 239). До своей свадьбы в 1981 году с Чарльзом, принцем Уэльским, леди Диана предпочитала стиль, известный как «Слоун Ренджер». Этот термин, придуманный Питером Йорком в 1975 году, использовался для описания внешности группы молодых, часто титулованных женщин, живших в районе Слоун-стрит в Западном Лондоне. В городе представительницы этого круга предпочитали практичные предметы одежды: блузки с оборками на воротнике, удлиненные юбки поверх светлых колготок, свитеры или кардиганы хорошего качества, повязанные узлом шейные платки и жакеты на подкладке, и всё это с неизменной ниткой жемчуга – визитной карточкой «Слоун Ренджер».

Королевский статус принцессы Дианы исключал какие-либо по-настоящему авангардные модные заявления, но ее безупречно ухоженный стиль пришелся по вкусу широким массам. Неброский, солидный синий костюм на фотосессии в честь помолвки в 1981 году почти сразу же был отодвинут на второй план ее появлением на публике в черном вечернем платье без бретелек с откровенным глубоким вырезом. Дизайнеры этого платья, Элизабет и Дэвид Эмануэль, продолжили сотрудничество с королевской семьей, став авторами романтичного свадебного наряда леди Дианы с эффектно пышной юбкой, огромным шлейфом и облегающим лифом (Илл. 240). Копии этого платья поступили в продажу в течение недели, и к моменту ее свадьбы фасон «Леди Ди» стал известен во всем мире благодаря телевидению и прессе. В течение следующих шестнадцати лет, выступая как лицо британской модной индустрии, Диана оказывала огромное влияние на моду, поручая ряду дизайнеров, в том числе ателье Bellville Sassoon, Кэролайн Чарльз и Арабелле Поллен, создавать «рабочую» одежду для королевских командировок в колонии или платья для светских мероприятий самого высокого уровня. Поскольку большинство королевских мероприятий проходили в соответствии со строгим протоколом и требовали обязательного ношения головных уборов, покровительством принцессы также пользовались шляпных дел мастера. Ее шляпы были изготовлены на заказ ведущими дизайнерами, в частности Джоном Бойдом и Грэмом Смитом. В начале 1980-х она предпочитала короткие, облегающие голову фасоны, но по мере того как обретала уверенность в себе, стала носить более эффектные модели с широкими полями. Ее растущая уверенность в себе и утонченность также отразились на ее вкусе в выборе вечерних платьев, подчеркивающих фигуру, и строго скроенных, ярких нарядах для дневных выходов. Облегающие платья-футляры с одним открытым плечом были созданы для нее Брюсом Олдфилдом, Хачи и Кэтрин Уокер, а костюмы она заказывала у Джаспера Конрана (Илл. 241).

240 Леди Диана быстро переросла стадию «Слоун Рейнджер» и во время своего первого официального визита с принцем Чарльзом в марте 1981 года поразила всех смелым платьем из черной тафты от четы дизайнеров Эмануэль. Несмотря на то что на Диане также была накинута шаль, она не скрывала свои изящные плечи и глубокое декольте.

241 Всего два года спустя для последнего вечера своего турне по Австралии в 1983 году Диана, принцесса Уэльская, выбрала бледно-кремовое шифоновое платье с одним рукавом, расшитое бисером, от Хачи – лондонского дизайнера японского происхождения. Она олицетворяла собой новый стиль, сверхутонченную принцессу. В июне 1997 года это был один из предметов гардероба принцессы, выставленных на благотворительный аукцион в Нью-Йорке.

Несмотря на то что британская мода славилась разнообразием талантов своих дизайнеров, отечественная индустрия не располагала достаточно развитой инфраструктурой для запуска и маркетинга коллекций начинающих авторов, что в итоге приводило к коммерческим неудачам многих из них. Некоторые предпочитали показывать свои коллекции в Париже, где могли воспользоваться более совершенной системой коммуникаций, организованной Синдикатом высокой моды, который привлекал внимание представителей индустрии моды во всем мире, а также частных клиентов и средств массовой информации.

Бурное развитие международной экономики начала – середины 1980-х годов во многом способствовало выживанию индустрии высокой моды, хотя число клиентов по всему миру по-прежнему составляло не более двух-трех тысяч женщин. Из них только шестьсот или семьсот совершали покупки на регулярной основе. Тем не менее их расходы были значительными. Парижская индустрия моды получила мощный импульс благодаря состоятельным американцам (воспользовавшимся укреплением доллара), открытию японского рынка для европейских товаров класса люкс и появлению новой богатой клиентуры из арабских стран. В то время пятью доминирующими домами моды в Париже были Christian Dior, Chanel, Yves Saint Laurent, Ungaro и Givenchy.

Одежда от-кутюр зачастую стоит больше, чем многие люди зарабатывают за год, но прибыли от ее продаж минимальны; на самом деле модная индустрия обычно несет убытки от продажи предметов одежды высокой моды. Однако коллекции от-кутюр продолжают разрабатывать, демонстрировать на подиуме и рекламировать – за огромные деньги, – потому что они создают престиж, который позволяет продавать не только саму одежду, но и, что более важно, высокодоходные лицензионные товары. Большинство домов имеют коммерческие связи с массовыми производителями, которые используют имя дома для повышения статуса, привлекательности и, в конечном счете, цены на свою продукцию. Эта практика не была новой в начале 1980-х годов, но именно в то время названия брендов стали культовыми, а лицензирование приобрело беспрецедентный размах.

Парфюмерия, выпускающаяся под именами дизайнеров, является самым прибыльным из всех лицензионных товаров и формирует основной доход многих парижских домов, поэтому