«Спартак»: один за всех - Александр Витальевич Горбачев

проиграли, то это вы». После поражения он говорил Старостину: «Николай Петрович, я им все рассказал, разжевал, а они даже проглотить не сумели». А после победы: «Николай Петрович, а как не выиграть? Я им все разжевал, в рот положил, ну, проглотить они сумели».

Юрий Гаврилов

Бесков сравнивал команду с часами. Чтобы они ходили, механизм нужно отладить. Так же и в «Спартаке». Нужно все выполнять четко. Выпивать нельзя, курить нельзя, вовремя приходить на ужин, на обед, на восстановительные мероприятия и так далее. А мы же все тоже живые люди. Бывало, что кто-то выпил и попался на этом. Доходило до того, что из команды отчисляли.

Александр Филимонов

Я помню, ветераны «Спартака» рассказывали, что при Бескове была вообще жестокая ситуация. Людям нельзя было ни телевизор смотреть, ничего. Нужно было находиться в номере, обязательно лежать в кровати. Если ты не можешь спать, ты просто лежишь с открытыми глазами.

Леонид Трахтенберг

Если игроки стояли в Тарасовке на балконе и видели, что приезжает Константин Иванович на своем болотного цвета «мерседесе», то на балконе через секунду никого не оставалось. Конечно, футболистам «Спартака» было трудно поначалу привыкнуть к его манере, к его категоричности. Но каждый игрок видел, насколько он прогрессировал на тренировках — благодаря Бескову, благодаря этим сумасшедшим двухчасовым теориям. И они видели, насколько прогрессирует команда. Они обыгрывали сильнейшие клубы Советского Союза, включая киевское «Динамо».

Когда Бесков пришел в «Спартак», соперничество московской команды с киевским «Динамо» уже было принципиальным. В восьмидесятых их игры окончательно стали главным советским дерби, тем более что команды воплощали разный подход к самой философии игры.

Александр Вайнштейн

Это же было десятилетие противостояния «Спартака» и киевского «Динамо», Бескова и главного тренера «Динамо» Валерия Лобановского. И это двигало весь футбол, потому что они оба опередили время.

Александр Хаджи

В то время любой команде, кроме «Динамо» (Киев), было сложно выиграть чемпионат. Конечно, это не подтверждено, но объяснение такое: «Динамо» (Киев) было любимой командой украинского первого секретаря Щербицкого. А всего в высшей лиге было шесть украинских команд. И сверху спускали указание отдать очки Киеву. То есть они начинают чемпионат, у них уже фактически плюс 12 очков — тогда же два очка за победу давали, не три. И несмотря на это, мы дважды выигрывали титул.

Евгений Селеменев

Можно рассказывать сколько угодно, что Киеву отдавали очки и так далее, но это была мощнейшая команда. Они делали ставку на физику: бей, беги, подай на дальнюю штангу. У «Спартака» все было по-другому: пока десять мелких передач не отдашь, бить запрещено.

Игорь Порошин

У меня перед глазами всплывает 1979 год. Телевизор «Темп», показывают матч, кажется, в Ростове, в котором «Спартак» Бескова оформляет титул. И мой отец Герман Леонидович Порошин произносит одно слово: «Чемпионы». И усмехается. И я уже тогда чувствовал, сколь много всего в этом слове.

Дело в том, что я рос в идеальной антисоветской квартире. Отношение к советской власти измерялось не страхом или ненавистью, оно измерялось презрением. Весь позднесоветский период был проникнут этим ощущением. Жизнь была, в общем, безбедная, государство как-то функционировало, и у людей было много времени, чтобы предаваться тому, что в песне Бориса Гребенщикова[1] называется «сны о чем-то большем». Сны о жвачке, о джинсах, о The Rolling Stones, о какой-то машине, которая не похожа на «жигули» или «Волгу». И «Спартак» тоже был таким сном. Это фрондерская команда, ее так придумали. Очень много людей считали, что «Спартак» — в отличие от киевского «Динамо» — не играет договорные матчи и не занимается плановой экономикой по знаменитой формуле «победа дома, ничья в гостях».

Киевское «Динамо» было олицетворением мифа модерна, мифа о том, что все лучшее произойдет в будущем. Лобановский создал высокотехнологичную команду, которая шла в авангарде футбольной мысли, — неслучайно о Лобановском уважительно отзывались многие зарубежные выдающиеся тренеры. Это была космополитическая команда, которая хотела выигрывать. «Спартак» был абсолютно другой природы, это какой-то домашний феномен, очень русский и одновременно антисоветский. Разумеется, мой папа болел за «Спартак». И когда «Спартак» выиграл чемпионство в 1979-м, опередив Киев, это абсолютно воспринималось как демонтаж советской власти. Я понимаю, что это смешно звучит, ну какой демонтаж, если мы говорим о команде, которая укоренена в советской реальности и живет на советские деньги. Но я говорю о мифах. Вся страна хотела государству показать козу. Воплощением государства было киевское «Динамо». И московский «Спартак» блистательно ему козу показывал.

Игорь Рабинер

Из-за киевского «Динамо» бесковский «Спартак» гораздо меньше раз стал чемпионом, чем мог бы. «Спартаку» не хватало прагматизма. Красоты, эстетики было с избытком. Но получалось, что творчество важнее побед. А у «Динамо» Лобановского было меньше творчества, но больше побед.

Александр Вайнштейн

Если говорить строго о результатах, то за все время Бескова в «Спартаке» команда стала чемпионом дважды. Он куда чаще был вторым. А что такое второй? Это всего лишь лучший из проигравших. Вообще, Бесков ведь за всю карьеру почти никогда ничего не выигрывал. Он был фантастический постановщик игры. Но мне кажется, что его личные человеческие качества не давали ему сделать вот этот последний шажок к большой победе.

Евгений Селеменев

Был такой момент — хватит тут кружева плести, бейте уже по воротам. Вы вот в это все играете ради чего? Чтобы что? Забивайте, выигрывайте. Как говорит Лобановский, результат на табло. А то, что ты там играл, плел кружева, уже мало кого волнует.

Игорь Рабинер

Бесков вроде как жесткий, решительный, суровый, но в дни решающих матчей он начинал мандражировать. Наблюдать за «Спартаком» было наслаждением, но они были слишком легкими, тонкими, их можно было бортануть, взять нахрапом. И часто «Спартак» от этого терялся.

И кстати, ведь нельзя говорить, что Бесков пришел в «Спартак» как тренер-победитель. Он ведь к тому моменту, хоть и тренировал с середины пятидесятых, не выиграл ни одного чемпионата. Ни одного! Хотя тренировал многие ведущие команды. Ветераны клуба любят говорить, что не только Бесков сделал «Спартак» победителем, но и «Спартак» сделал победителем Бескова.

В структуре «Спартака» было два ключевых человека. Одним был тренер — Константин Бесков. Другим — Николай Старостин, патриарх советского футбола, человек 1902 года рождения, создатель «Спартака», который и в конце восьмидесятых продолжал руководить клубом.

Леонид Трахтенберг

Константин Бесков и Николай Старостин были полярными людьми по менталитету, по характеру, по воспитанию, по всему. Единственное, что их роднило, — это любовь