«Спартак»: один за всех - Александр Витальевич Горбачев

фильм «Молчание ягнят». Поэтому я написал в журнале «Матч», в котором был главным редактором, статью «Молчание Ярцева». Меня ситуация поразила своей несправедливостью. Так не делается, ни со стороны Романцева, ни со стороны Ярцева, который все-таки должен был сказать: «Олег, секундочку, я тут, пока ты был в сборной, команду собирал из ничего».

Егор Титов

Мы понимали: Ярцев — это значит Романцев. Романцев — это значит Ярцев. Футбол был одинаковый.

Сергей Горлукович

Кто лучше — Романцев или Ярцев? Ну, конечно, Романцев. Если вы это хотите от меня услышать — это ясно. Явно вырисовывалось, что Олег Иванович снова станет главным тренером — это понятно было даже слепому.

Амир Хуслютдинов

Когда я узнал, что Романцев возвращается, у меня обычная радость была. Все вернулось на круги своя. И Романцев заберет все титулы оставшиеся. Все, что нам принадлежит, мы заберем.

К лету 1997 года тренерская рокировка вовсе не выглядит однозначно удачным решением. «Спартак» играет неровно, состав вновь перестраивается, Романцева критикуют.

Игорь Рабинер

Понятно, что любой серьезный тренер проходит через какие-то подъемы и кризисы. 1992 год был пиком для Романцева. Осень 1995-го была пиком. А вот 1996 год и, наверное, первая половина 1997-го — это были полтора кризисных года для Олега Ивановича.

Сергей Горлукович

Помню, мы «Зениту» проиграли, и я что-то сорвался на молодых в раздевалке. И меня в какой-то степени удивило, что Олег Иванович дал мне высказаться, как в 1996 году.

Дмитрий Аленичев

У нас был провальный период где-то с середины июня до середины июля. Команда и функционально выглядела неважно, и в плане результата мы потеряли много очков. Ну, и плюс, может быть, знаете, тот факт сказался, что Олег Иванович вернулся из сборной в «Спартак». Все-таки для него тоже это была психологическая нагрузка. И журналисты все на него набросились после сборной.

Василий Уткин

Это стало источником дополнительного давления на Романцева. Еще сильнее испортило его отношения с прессой, безусловно, потому что его везде об этом спрашивали. Он, естественно, сердился, потому что спрашивают об одном и том же постоянно. Может быть, вот именно тогда и возникло его нежелание ходить на пресс-конференции.

Александр Львов

Романцев ненавидел пресс-конференции. Люди на том этапе не любили Романцева, потому что он колючий. Он жил какой-то своей обособленной жизнью. Он вообще довольно замкнутый человек. Он удивительно добрый, удивительно контактный, но для этого ему надо почувствовать того, с кем он будет общаться.

Олег Романцев

У нас с журналистами взаимная любовь. Я их не люблю, и они меня тоже. Я на пресс-конференции не ходил частенько, лишь бы не видеть некоторых. Была пара-тройка журналистов, которые просто внаглую садились передо мной и после каждой игры: «А вы не хотите уйти из команды?» Если честно, очень неприятно было. Замыкался в себе. Это я так бравирую, говорю — да, мне пофигу, да, пошел он, а откровенно говорю: очень серьезно переживал.

Однажды играли с Киевом в товарищеском турнире, опять этот ушлепок: «А вы не хотите после этого поражения уйти?» И Лобановский раз, говорит: «Вы можете любить или не любить Романцева, но не уважать его мы вам не позволим». После я эти слова часто повторял и благодарен Валерию Васильевичу.

Юрий Заварзин

Непосещение пресс-конференций идет по накопительной. Один раз не пришел, второй раз не пришел, и накапливается череда вопросов, которые тебя еще больше раздражают. Поэтому проще не ходить, и ничего страшного. Существует такая лазейка в регламенте: заплатил штраф, и этим все закончилось. Это эмоционально здоровее, чем идти и вступать в полемику.

Игорь Рабинер

Был даже такой анекдот. Приходит Романцев на пресс-конференцию. Все в шоке, потому что всегда на пресс-конференции был его помощник Вячеслав Грозный. Молчат, вопросов не задают, потому что в себя не могут прийти. Олег Иванович берет микрофон и говорит: «Извините, Грозный заболел».

Василий Уткин

Понимаете, это все на самом деле показывает, что Романцеву всегда было абсолютно безразлично, как его воспринимают со стороны. Он это недооценивал, он никогда не думал о том, как подать свои решения. И почему-то около него не было человека, который бы мог ему подсказать. Он слышал вокруг себя кучу обидных слов, недопонимания и гнева. Но он же, так сказать, президент, он главный тренер. Что он будет — пересматривать свои шаги? Его это, конечно, выводило из себя.

Евгений Селеменев

1997 год Романцева в «Спартаке» был действительно неоднозначным. Думали, что Романцев выдохся, закончился, никаких новых светлых тренерских мыслей нет, селекция тоже неоднозначная. Доезжаем на ободах, а на европейской арене уже ничего не тянем.

В середине июня 1997 года в «Спартаке» происходит трагедия: в дачном поселке во Владимирской области убивают генерального директора клуба Ларису Нечаеву. Киллеры подкараулили ее у магазина, предложили Нечаевой выкупить свою жизнь за 100 тысяч долларов и расстреляли ее и ее подругу только после того, как она попросила отсрочить выплату. Не прошло и месяца с того момента, как Нечаева подписала контракт с новым генеральным спонсором клуба, японской компанией Akai.

Александр Хаджи

Я никогда не хотел в «Спартаке» заниматься финансовыми вопросами. Потому что в то время каждый день в газетах, по радио, по телевидению писали: «убит генеральный директор, убит генеральный директор, убит генеральный директор». И у нас в конце концов убили генерального директора.

Александр Львов

Нечаева жила в одном районе в Красноярске с Романцевым. Как-то они познакомились, когда Романцев с «Красной Пресней» был на сборах, а она работала в гостинице. Слово за слово, она приехала, предложила свои услуги. Сейчас это модно — женщина в футбольном клубе, — а тогда… Но Романцев ей доверял, и она была предприимчивая, очень боевая. Она создала турагентство при «Спартаке», была дочерняя фирма «Форвард», через нее деньги какие-то проводили.

Александр Хаджи

В какой-то момент, когда Николай Петрович еще жив был, я смотрю: он въезжает во двор на битой красной «семерке». Как так? «А у меня Лариса отобрала машину». Я бегу к ней, говорю: ты что?! «А я, — говорит, — бухгалтеру отдала». Ну, я тут же к Романцеву, он ей всыпал, машину отдали обратно Старостину. Но сам факт!

Александр Львов

Где-то она нашла этот Akai. По протоколу, когда проходит какая-то сделка, надо показать, какие мы масштабные, какой «Спартак» весь из себя популярный. Задача пресс-атташе — согнать максимум народа, а я в этих делах был профессионал. Банкет был в ресторане