Душа-cоловей - Вероника Аркадьевна Долина

руку и пальцы сжимай.

Пускай уж окончится хлопотный май,

И с нами обнимется лето.

Но нет же расчета на это.

А только на руку, на руку в ночи.

Она на губах. Не кричи, не кричи.

Не смейся, не спорь и не бойся,

А только теплее укройся.

18 мая

«Прожила вообще без тепла…»

Прожила вообще без тепла.

В помещении без отопленья.

И куда меня жизнь ни вела –

Я глазами искала поленья

Для какой-нибудь печки простой –

Хоть для каменной, хоть для железной.

Чтобы жизнь не была холостой,

А охотничьей, сельской, полезной.

Сколько было фиалок в лесу,

Сколько нежных подснежников к маю.

Я, бывало, свой хворост несу,

А в цветочках и не понимаю.

Потому что старинная печь

Просит много стихов на растопку,

И моя задыхается речь,

Та, что я уложила в коробку.

Прожила без замков и без стен,

Обнимая и море, и сушу.

Незатейливый теплообмен

Уж теперь-то едва ли нарушу.

Слава богу, печурка, гори.

Догорай, человек-одиночка.

Ничего не остыло внутри.

До последнего, вижу, листочка.

19 мая

«Устоялось, такое что-то…»

Устоялось, такое что-то

пугливо сказала я.

Вот пожалуйста тебе фото

на краешке бытия.

Будь ты с женщиной или с мужчиной –

не будь таков.

Оставайся первопричиной

моих стихов.

Устоялось, – сказала, – да,

чуть-чуть утряслось…

Все таинственнее борозда,

а пройти пришлось.

Все пронзительней этот свет

небольшой ночной.

Человека-то нет и нет,

чтобы был со мной.

Человек человеку – свет,

приоткрылось мне.

А когда человека нет,

то свет вдвойне.

Человек человека придумал,

слепил как бог.

Повернул к себе – да и дунул

в уста, как мог.

Устоялось… кишечник-почки –

трахея-душа.

Дотерпели уже до точки,

слабо дыша.

Устоялось и утончилось.

Горят уста.

Если б в кровь еще просочилась

древняя простота.

Простота воровства не пуще.

Созвездье слов.

Теснота в кровянистой гуще.

Предвестье снов.

Где-то там север-юг.

От покинутых толку нет.

Береги себя, милый мой друг,

Несказанный свет.

20 мая

«Так задохнулась, так устала…»

Так задохнулась, так устала

Вчера, как долго не могла.

И все казалось – мало, мало.

Но пела, чуточку играла,

Да и саму себя звала.

Плыви ко мне, мой голос тайный.

Сюда, наружу выходи.

Я слышу – ты как был кристальный.

Чуть тронут дымкой пренатальной,

Происходящий из груди.

Сюда, скорее, по сосудам

До колких кончиков волос,

До ноготков сливаясь с чудом.

Да где же только что под спудом

Тебе тесниться довелось.

Не отпускала, поджидала,

Пока по горлу дрожь прошла.

Приподнималась и летала,

И выдохов не сосчитала.

И вроде бы не умерла.

Так я старалась петь как надо.

Почти без магии, поверь.

И вроде бы текла рулада,

И открывалась анфилада.

Но через горло – рвался зверь.

22 мая

«Дорожный ножик мой…»

Дорожный ножик мой,

Мой красный, мой швейцарец,

Совсем уж отупел,

Заиндевел в тепле…

Он хрупкий и хромой,

Мой ненаглядный старец.

Он все, что мог, пропел

И щетке, и метле.

Дорожный мой дружок,

Мой спутник и сподвижник.

Всегда со мною был,

Хотя и в багаже.

Есть у меня грешок –

Словесник я и книжник.

И, если кто забыл –

Я музыкант в душе.

А ножик мой при мне

Для яблочного бока,

Для нежной кожуры,

Снимаемой в ночи.

В далекой стороне

Не так с ним одиноко.

И огоньки пестры

От языка свечи.

Мечтай, душа, дыши,

Смотри на верный ножик.

Труби, зови на бой.

Летай как дюрандаль.

Когда еще, скажи,

Мой бедный краснокожик,

Мы полетим с тобой

В сгустившуюся даль…

25 мая

Наставления сыну[1]

Сынок, или, скорее, друг.

Есть у меня один сундук.

Он для тебя, я там храню

То, что вовек не изменю.

Сынок. Ты, сколько будешь жить,

Старайся богу лишь служить.

И десять заповедей в ряд

Пускай перед тобой стоят.

Покуда молодость чиста –

Пусть миром правит простота.

Не презирать и укорять –

Учись любить и доверять.

Предосторожность все ж нужна.

Пускай тебя хранит она.

Как добродетель, как судьба –

Касается тихонько лба.

Куда б удача ни звала –

Бросай, дружок, свои дела.

Хватай ее, не выпускай.

Как птицу редкую – ласкай.

Побольше знаний, книг, наук

Бери себе, мой сын, мой друг.

Чтобы всегда твоя душа

Была упруга и свежа.

Захочешь быть солдатом, сын –

Навек останешься один.

Но все ж запомни – совесть, честь

Среди людей с оружьем – есть.

Послушай, сын. Себе не лги.

Храни себя и береги.

И встань перед Его лицом,

Как встал бы ты перед отцом.

26 мая

«Да какая уж