Пьесы и тексты. Том 2 - Михаил Юрьевич Угаров

Молчание.

ЛЁША (Наташе). Тебе очень хочется, чтобы – все было плохо? Ты хочешь событий?

НАТАША (без выражения). Что видела, то видела.

ЛЁША (повернулся к Колечке). Ты любишь, когда – все хорошо?

КОЛЕЧКА (с жаром). Я от себя ни слова не прибавил!

Молчание.

НАТАША (задумчиво). Он икал и плакал. И я тоже заплакала, но это были сладкие слезы. Вот так-то, думаю, по справедливости! Всем сестрам по серьгам – так моя бабушка говорила.

КОЛЕЧКА. Я тоже обрадовался после такой красивой картины. Я пошел себе домой, чуть прискакивая в шаге, как ходил только в четырнадцать лет, потому что в пятнадцать…

ЛЁША (перебил его). Я тоже рад. Я докажу, что я тоже могу быть хорошим.

НАТАША и КОЛЕЧКА только переглянулись.

13

ЛЁША, БАБУШКА ТИХОНОВА.

БАБУШКА ТИХОНОВА. Когда раздался звонок и вошла Лёля из Челябинска, я с порога сказала ей, что Лидия Перова попала под трамвай. Смерть Лидии Перовой не поразила ее молнией, как поразила меня, а наоборот. Она знала об этом и сказала, что это Лидина двоюродная сестра, у которой та напрасно увела мужа. Лёля из Челябинска произвела на меня чрезвычайно странное впечатление своим остановившимся взглядом. Когда я спросила – где ее муж, бывший мой жених, а потом муж Лидии Перовой, она ответила, что этого мужа она прогнала. Он плакал и упирался, не желая никуда от Лёли идти, но та была непреклонна. Заперев за ним двери, она тут же уволилась с работы. Заперла квартиру на ключ и снесла его в жэк, сказав, что те могут пользоваться жилплощадью как им самим вздумается. «Куда же вы, Лёля, теперь?» – спросила я ее. «Поеду в свой дымный Челябинск!» – ответила она и, зайдя на минуточку в туалет, тут же уехала в Челябинск.

ЛЁША. Что же с ней случилось?

БАБУШКА ТИХОНОВА. Закрыв дверь спиною, я умоляла ее сказать, но все было напрасно. Она отодвинула меня в сторону и уехала.

ЛЁША. Но почему, почему?

БАБУШКА ТИХОНОВА. Я хотела спросить у ее мужа, моего бывшего жениха, но выяснилось, что он много пил и, будучи моряком, упал за борт. Прошло три года. Ты любишь, когда так говорят?.. Я обожаю, мне сразу становится интересно. Прошло три года, и я узнала все: Лёля почувствовала, что в воздухе пахнет воровством, что мужа у нее скоро уведут. Первым делом она пошла в партком кораблей узнать, как ведет себя ее муж в плаванье. Там сказали, что он пользуется авторитетом и очень устойчив в море. Но это не успокоило ее. Она начала следить и караулить – куда он ходит? Она проверяла у него карманы и внимательно читала его записную книжку. Она не находила ничего, и от этого ей становилось только хуже. Параллельно с этим Лёля открыла войну у себя на работе против женщин, которым нравилось ее выгодное место. Она записывала их опоздания и случаи частных разговоров по телефону, угрожая, что она такой блокнотик опубликует. Третий фронт открыла она против соседей, которые остро нуждались в жилплощади. Она проверяла у них плату за свет-воду и, не веря им, ползала по лесенке вверх сверять счетчики. В результате нервы ее не выдержали, она перестала спать, похудела и почернела, у нее открылось подергивание век. Не выдержав чудовищного человеческого напряжения, она выгнала мужа, уволилась с работы, бросила квартиру и уехала в свой дымный Челябинск. Прошло три года. И я узнала, что Лёля живет в домике у леса на окраине Челябинска, где не так много дыма. Что мужа у нее нет совсем, а работает она в железнодорожной будке. Зато она спит спокойно и днем веселая, вновь носит «бабетту» и поет песенки Окуджавы, не думая о том, что все это давно вышло из моды.

Пауза.

Кто это все ходит за окном? Я все смотрела, когда рассказывала, – чего это он все ходит и ходит взад-вперед, все по окнам, по окнам?

ЛЁША (даже не взглянул в окно). Просто прохожий. Просто гуляет.

14

ЛЁША, КОЛЕЧКА.

КОЛЕЧКА. Задерни шторы. Или погаси свет.

ЛЁША. Почему?

КОЛЕЧКА. Мне кажется, кто-то смотрит сюда, выслеживает.

ЛЁША. Кто же это?

КОЛЕЧКА. Кто-то. Ходит по улицам и смотрит в чужие окна. Когда у меня начинает болеть затылок, это означает, что за мной кто-то наблюдает из темноты. Я всегда гашу свет по вечерам. Мне делается так легко, спокойно, у меня лицо отдыхает…

Молчат.

ЛЁША. Видишь, на стене висит блюдечко? Тонкое фарфоровое блюдечко, я специально его повесил. Если кто-то смотрит сюда, то видит это блюдечко и думает: как хорошо в том доме, где висит такое тонкое блюдечко!..

КОЛЕЧКА. Какой ты хитрый! Я бы никогда до этого не додумался! Я теперь тоже повешу у себя тонкое фарфоровое блюдечко для отвода глаз… А все-таки можно задернуть шторы?

ЛЁША. Нельзя. Почему я должен из‐за кого-то неизвестного мне задергивать шторы и тем более гасить свет?

Пауза.

Я сам люблю смотреть в чужие окна. В чужие окна очень интересно смотреть…

Пауза.

ЛЁША и КОЛЕЧКА завороженно смотрят в черное окно.

15

ЛЁША.

ЛЁША у телефона. Зажав трубку между плечом и щекою, старательно набирает номер.

ЛЁША. Здравствуй. Это опять я. (Пауза.) Я звонил тебе, но тебя всю ночь не было дома. Где ты был? (Пауза.) Ты помнишь, что мы с тобой теперь на «ты»? (Пауза.) Я по делу на этот раз. Твоя жена сказала тебе, что будет ночевать у подруги? (Пауза.) Так вот. На самом деле она будет с неким Лëшей в уютной квартире на первом этаже… (Пауза.) Если ты перестанешь ругаться матом, то я продиктую тебе адрес. Взял карандашик? Пиши…

КТО-ТО. Мои комментарии к сценам, в сущности, совершенно беспомощны. Ну что с ними делать потом, когда актеры выучат слова, выйдут на сцену и громко их скажут? Скажут за Лëшу, за Наташу, Колечку и Бабушку Тихонову. А я? А меня, что же, не будет?! Меня, который все это видел, прожил, на своей шкуре, своими руками и т. п. – меня так никто и не захочет выслушать и во всем поверят им?..

Если вы не верите в синюю тетрадь, куда мелко-мелко строчит свои и чужие жульничества Владимир Ильич, то, по крайней мере, дайте возможность сказать, чтоб хотя бы в жизни слов было все справедливо уравновешено, а не то что: я им говорю, а они – уши пальчиками… Я им слово, а они мне два!..

Напечатайте мои слова в программке меленьким шрифтом, только не давайте их говорить актеру с его проникновенным жульническим голосом очередного оборванца Лëши.

16

ЛЁША, БАБУШКА ТИХОНОВА, НАТАША, КОЛЕЧКА.

НАТАША и БАБУШКА ТИХОНОВА застают такую картину: в комнате разгром. Хлопает разбитая рама окна.

ЛЁША спит в одежде, ничком, вывернув голову набок, чуть посвистывая во сне.

БАБУШКА ТИХОНОВА. Еще вечером я обратила внимание на то, что под окном подозрительно ходит некто. На месте милиции я бы установила так: гражданам не останавливаться на тротуаре, а толпе плавно проходить вперед. Вот что из этого вышло…

НАТАША. Все живы. Окно разбито.

БАБУШКА ТИХОНОВА. Не люблю звона разбитых стекол.

НАТАША. Ваше поколение должно спокойно к этому относиться.

БАБУШКА ТИХОНОВА. Дело привычное. А вот что-то не люблю.

Входит КОЛЕЧКА. Ни НАТАША, ни БАБУШКА ТИХОНОВА не узнают его, потому что узнать его невозможно. На нем грязное, с надорванным плечом пальто, цвет которого определить уже нельзя. Пальто огромное, а КОЛЕЧКА маленький. Но старушечье, идиотское личико меж лацканов было КОЛЕЧКИНЫМ. В скобках хочу заметить, что пальто нормальное, черное с серым, размер сорок восемь…