Бывшие. Дочь для монстра - Дарина Вэб

Мне надоело бороться с собой, надоела его наглость, но если я сейчас расквашусь, будет только хуже.

— А мне кажется, мы почти сроднились. Вообще, никуда не хочу уезжать. У тебя так уютно, как дома. — признаётся так спокойно.

Мне уже страшно, что он придумает ещё, чтобы не уезжать и жить в моей квартире.

Я тяжело дышу от попыток высвободиться, но, кажется, делаю только хуже. Гордей сильнее жмётся пахом в моё бедро и мне становится не по себе.

Сначала бросает в жар, а потом я чувствую, как низ живота тянет от желания. Я не хочу хотеть Гордея. Я против такой реакции своего тела на его стояк, но почему-то организм поддаётся на его мужскую силу.

Прекращаю ёрзать и смотрю в потолок, представляю кучу дохлых крыс, чтобы перебить настрой. А крысы не хотят подыхать и кажутся милыми хомячками.

Чем больше я смотрю на точку в потолке, тем больше мне кажется она какой-то неестественной.

Жмурюсь, чтобы скинуть наваждение, открываю глаза и в ужасе смотрю на потолок:

— Гордей, кажется, потолок падает. — шёпотом отвлекаю его от телека.

— Что ещё придумаешь, чтобы я свалил? — смеётся он и продолжает смотреть разборки в боевике.

— Я серьёзно, смотри. — поднимаю палец вверх, Гордей следит за его направлением и приподнимает брови.

Он, кажется, в шоке не меньше меня, но быстро собирается:

— Ну что за люди, не дадут спокойно отдохнуть. — поднимает меня с дивана и сам встаёт.

— Это то, о чём я думаю? — смотрю на Гордея в панике.

— Ага, беременность потолка в мои планы не входила, но пойду, узнаю кто там, мальчик или девочка накосячили. — идёт на выход из квартиры.

Я разглядываю отвисший навесной потолок и боюсь даже представить, что мне теперь делать. Новый заказывать или можно этот исправить?

Почему столько проблем, когда денег нет?

— Собирайся. — возвращается Гордей.

По-хозяйски оглядывает обстановку, отодвигает диван, выключает телевизор и уносит в комнату.

— Куда? Зачем? — не поняла я.

Возвращается в гостиную, подходит ко мне и обнимает за талию. Я упираюсь в его грудь ладонями и смотрю в глаза.

— Ты можешь просто делать то, что тебе говорят и не задавать лишних вопросов? — чмокает меня в нос, будто это его обычные действия и они нисколечко не напрягают.

— А ты можешь просто объяснить, и не командовать мной? — отвечаю вопросом на вопрос и вытираю нос, специально, чтобы он понял, что так делать нельзя.

— Ночуешь у меня, а завтра приедут парни и всё исправят. Давай скорее, собирайся, я уже спать хочу. — лениво торопит меня и подталкивает к комнате.

— Поезжай, я никуда не поеду. — пошла в отказную я и встала в позу.

Пусть с таким потолком, но я переночую дома, а завтра уже придумаю, как с этим справиться.

— Ох, Юлька, какая же ты вредная. — говорит на выдохе, подходит ко мне. — Только не кричи. — хватает и закидывает меня на плечо.

— Гордей! Отпусти! — кричу на повышенных.

Бесит! Что он себе позволяет? Я не кукла, чтобы так со мной обращаться!

— Я же говорил, не кричи. Почему ты всегда делаешь наоборот? — выносит меня в подъезд в домашних вещах и выключает автоматы в щитке.

Повиснув вниз головой, бью его по ягодицам, но должного эффекта это не приносит.

— Как же я тебя ненавижу! — продолжаю брыкаться, пока спускаемся по лестнице.

Гордей будто специально решил меня подольше потаскать, чтобы я наконец-то закрыла рот и перестала кричать. Вместо лифта он выбрал лестницу. А мне и так некомфортно, ещё и трясёт, как на скачках.

Решаю заткнуться, чтобы не терять силы даром. Он всё равно сделает всё по-своему. Даже если буду убегать — догонит. Я научилась за эти дни понимать его логику, но ещё не до конца, только в экстренных моментах.

И вот мы уже едем к нему домой. Я не разговариваю с ним, скрестив руки на груди. Всем своим видом показывая недовольство. Устала спорить, сопротивляться, ругаться. Надоело!

— На обиженных воду возят и..., да, согласен неудачная поговорка. — смеётся надо мной, а мне даже не обидно.

Прикидываю, сколько будет стоить новый потолок, и не обращаю внимания на едкие слова.

Гордей расслабленно ведёт машину, чувствуется, что его ничего не напрягает, в отличие от меня.

— Ладно, а теперь без шуток. Твой дебильный сосед сверху, включил воду и заснул. Сегодня мы уже ничего не сделаем, нужны парни, которые занимаются потолками. Оставаться в квартире тоже не вариант, мало ли что может произойти. — объясняет мне как маленькой.

Но он не подумал, что если вода выльется, то зальёт всё к чертям собачьим.

— А то, что вещи зальёт тебе плевать, а мне нет. — начинаю заводиться я.

— Если что-то испортится, всё купим, даже не переживай. — легко рассуждает.

И меня бесит его отношение к жизни. Почему с его слов всё так легко получается? Или я слишком заморачиваюсь?

— Гордей, ты пойми. Ты мне никто, чтобы покупать новые вещи. В конце концов, я не привыкла, чтобы меня обеспечивал мужчина. — ляпнула и сама не поняла, что сказала.

О чём пожалела, выслушав урок по психологии.

— Вот в этом твоя проблема. Мужчина, если он нормальный, с яйцами, он берёт на себя все затраты и решения проблем. А ты сама как лошадь тянешь и дочь, и мужика. Так не должно быть. — говорит правильно, но я привыкла жить по-другому.

Может и правда я слишком много на себя взвалила, забрала бразды правления у мужа, поэтому и произошло то, что произошло. Муж просто оборзел и начал творить дичь.

— Молчишь? Знаешь, что я прав. — подытоживает он.

Нечего мне ответить. Прав, но ему я этого не скажу. Он и так слишком довольный, аж бесит.

Подъезжаем к его дому, а я даже выйти из машины не могу, потому что без обуви сижу.

Гордей открывает дверку:

— Выползай, родная. — улыбается во все тридцать два зуба.

Так и хочется убрать с его лица эту дебильную улыбочку.

— Не называй меня так, и я без обуви. — взглядом показываю на ноги.

Гордей смотрит на ноги, потом в глаза. Выставляет перед собой руки:

— Прыгай. — издевается.

Кидаю в него недовольный взгляд:

— Может сразу на шею и ножки свесить? — решаю подразнить его.

И снова пожалела, мне его не обыграть.

— О да, только в кровати и в позу шестьдесят девять. — парирует он.

Ему ничего нельзя сказать, он сразу всё выворачивает в свою пользу.

— Пошляк. — выхожу из машины, вставая