Босс для пышки. Роман по контракту - Татьяна Романская

Джип мчал нас через узкие улочки в сторону какого-то парка, который должен посетить каждый уважающий себя турист.

Если честно, мне на достопримечательности было совершенно фиолетово, я предпочитал любоваться девушкой, которая сидела возле меня.

Шелковистые локоны волос волнами спадали ей на плечи, рассыпаясь по открытой части спины. К сожалению, это все, что я мог видеть сейчас: взгляд Майи был прикован к окну и отвлекаться на меня она никак не желала. Что же, будем довольствоваться малым.

В последний раз мы занимались сексом в моем кабинете три дня назад, вспоминая об этом, я не мог сдержать улыбки. Почувствовав, что ситуация у меня в штанах становится критической, я изо всех сил постарался думать о чем-то, что с Майей никак не связано. Успею еще ей насладиться. У нас вся ночь впереди.

— Все, выходим из машины, — скомандовал гид.

— Наконец-то! — с плохо скрываемым восторгом воскликнула Еникеева и выскочила из джипа.

Я без особо энтузиазма последовал за ней.

— Теперь пешком?

— Да, иначе мы ничего толком не увидим.

Честно говоря, прогулки по паркам меня не впечатляли от слова совсем, но если Майе нравится, значит, нравится и мне. Придется полазить по всем этим ущельям и водопадам, засунув куда подальше собственные предпочтения.

Майя от всего происходящего была в щенячьем восторге. Она озиралась по сторонам так, что я всерьез начал беспокоиться, не отвалиться ли у нее голова. А уж телефон из рук она вообще не выпускала, фоткая на своем пути каждый цветочек и камушек.

Когда мы подошли к водопаду, то даже я восхищенного вздоха не сдержал. На что там человек может смотреть вечно? Огонь и воду? Насчет огня не знаю, но про воду не соврали. Стихия в своей полной мощи даже на самого скупого на эмоции сухаря впечатление произведет.

— Это место обладает волшебной силой, — произнес экскурсовод, снимая солнцезащитные очки. — Я лично прихожу сюда в какие-то сложные моменты. И как будто энергией подпитываюсь.

— Может, это ваше место силы? — предложила Майя. — У меня есть такое в Казани. Прихожу туда опустошенная, а выхожу заряженная энергией, хоть марафон беги.

— Это какое же? — поинтересовался я, стараясь не пропустить важную информацию мимо ушей. Кто его знает, может, еще понадобится.

— Старотатарская слобода. Обожаю эти улочки.

Запомним. Вдруг пригодится. Гид, не мешая нам наслаждаться видом, отступил на несколько шагов назад.

— Вообще, у нашего острова очень сильная энергетика. Есть легенда, что один моряк никак не мог найти себе невесту, ушел в кругосветное путешествие, но по какой-то неизвестной причине причалил к этим берегам. Здесь он нашел любовь всей своей жизни и остался навсегда. Так что считается, что у нас тут можно испытать настоящие чувства.

Блин. Звучит, как ересь для туристов, но сейчас я в таком романтическом настроении, что меня она даже не бесит. Может, судьба? Может, не зря я приехал сюда с Майей?! А вдруг мне на самом деле суждено провести с этой девушкой всю оставшуюся жизнь? Не знаю. Но что, если…

Глава 37

Рустем

Солнце начинало садиться, и мы с Майей купались в его розово-оранжевых оттенках.

Мы поднялись на террасу живописного ресторана, который я забронировал заранее, и я помог Майе устроиться за столиком, расположенным на закрытой от посторонних глаз веранде. Здесь мы могли насладиться друг другом наедине. Даже персоналу сюда вход был строго ограничен.

Медом для моих ушей был восхищенный возглас Еникеевой, когда она посмотрела на открывающуюся перед нами долину.

К нам вышел официант и принес какое-то национальное блюдо и бутылку вина.

— Это адобо, — объяснил он. — Курица с морепродуктами, тушеные в специальном соусе. Приятного аппетита.

— Спасибо, — улыбнулась Еникеева, беря в руки столовые приборы.

Мы так проголодались за день, что с аппетитом накинулись на еду, слова как будто бы были излишни. Мне просто было очень хорошо рядом с этой девушкой. Я не уставал любоваться Майей, ее ямочками на щеках и очаровательной улыбкой.

На юге всегда темнеет рано, и поэтому в считаные минуты на небе загорелись звезды.

— Ты только посмотри, как их много, — внезапно прошептала Еникеева, заставив меня поднять голову вверх.

— На юге так часто бывает, — умиротворенно согласился я.

— Знаешь, моя мама любила любоваться ночным небом, — призналась Майя. — Бывало мы просто выходили на улицу по ночам и считали, сколько звезд зажглось сегодня. Я так по ней скучаю…

Ее глаза заблестели от скопившихся в уголках слез. Черт, все так, как и в прошлый раз. Я накрыл ее ладонь своей рукой.

Кажется, сейчас самое время. Я должен ей все рассказать. Я не могу скрывать это вечно. Не от Майи.

Я глубоко вздохнул и закрыл глаза.

— У меня раньше была девушка, Маша, — начал я.

— Мне очень жаль…

— Нет-нет, она не… — протараторил я, качая головой, так как Майя явно меня неправильно поняла. — Мы просто в один момент отдалились друг от друга. Точнее, мы развелись.

— Такое бывает, — мягко улыбнулась Майя, будто бы желая меня приободрить.

— Мы встречались несколько лет перед тем, как расписаться. Она… Она работала флористом недалеко от моего дома, в ее магазинчике мы и познакомились. А потом у нас родился сын, Марат.

Я глубоко вздохнул. Даже спустя столько лет мне было трудно о таком говорить, но я чувствовал, что Майя должна знать чуть больше о моем прошлом. Я видел, как глаза Еникеевой расширились от удивления.

— Он был всем для меня, моим миром, моей вселенной. А потом я… Я оказался виноват.

У меня перехватило дыхание. Майя молчала, давая мне возможность выговориться.

— Я работал, не покладая рук, чтобы жена и сын ни в чем не нуждались. Это был мой день рождения, двадцать третье сентября. Маша пошла в магазин, чтобы купить продукты к ужину, а я остался с Маратиком. Он игрался в своей комнате, а я работал в гостиной. И в общем… — я проглотил ком в горле. — Окно было открыто на проветривание, и он… Я не знаю, что произошло, но сетка не выдержала…

Майя чуть не упала от ужаса. Я же сильнее вцепился в ее руку.

— Ты понимаешь, я… Я предпочел работу ребенку. Его не стало мгновенно. Он не мучился, и это единственное, что меня успокаивает по сей день.

— А Маша?

— Лучше не спрашивай, — горько усмехнулся я. — Это был кошмар наяву. Мы подали на развод через полгода, не смогли справиться с собой. Еще через полгода я стал руководителем нашей фирмы, а потом и ее акционером, но цена этого всего была слишком