Бывшие. Дочь для монстра - Дарина Вэб

— Это правда или ты просто пытаешься меня успокоить? — поднимает лицо, обдавая горячим дыханием подбородок.

— Если всё это можно назвать одной фразой, тогда... тогда я назову и скажу, что люблю тебя. — опускаю голову и смотрю в неверящие глаза.

— А если ты ошибаешься? — тихо спрашивает, сглатывая ком в горле.

Ошибаюсь? Могу ли я ошибаться? Может быть.

— А если я ничего и никогда ранее не испытывал. Если я хочу делать каждый твой день праздником, и видеть, как ты улыбаешься. Как думаешь, я ошибаюсь? — сам ищу ответы на вопросы.

Красочные чувства, которые я испытываю к Юле, нельзя описать одним словом. Они разные. Но ясно одно, я готов терпеть все её закидоны и потакать всем капризам, лишь бы она чувствовала себя рядом со мной любимой и желанной.

В этот момент забываю о себе. Хоть я и привык в первую очередь думать о своей шкурке. Теперь же Юлька и Карина — две главные женщины в моей жизни, ради которых горы сверну.

— А если мы оба ошибаемся? Твои чувства они похожи на мои, практически идентичные. Но если через время мы поймём, что это было не тем, чем казалось? — говорит о своих страхах и сомнениях.

— Давай мы приложим максимум усилий, чтобы не разочаровать друг друга. Тогда у нас точно всё получится. — прижимаюсь лбом к её лбу.

— Я надеюсь, что мы не ошибаемся и сможем подарить друг другу чувства, которые называются любовью. Для меня это важно. — акцентирует внимание, и я разделяю её надежды, иначе зачем тогда это всё.

— Я уверен. — прижимаю её к стене и хочу почувствовать всю.

Наши признания как нечто тёплое легли на душу и растворили все непонимания. Всё осталось позади. Всё плохое, что было с нами.

Откидываю футболку, которая мешает прижаться к нежной коже любимой женщины.

Сколько же мы времени потеряли, сколько глупостей наделали. Наверное, для чего-то нужны были эти испытания. Чтобы мы, наконец, пришли к осознанию того, что нам суждено быть вместе.

Тесно жму её тело к своему, провожу ладонью от талии к шее, фиксирую голову, боясь, что Бля испарится и я проснусь в своей квартире одиноким холостяком.

Тяжело дышу ей в губы, оттягивая момент и дразня самого себя. Юлька первая сдаётся, тянется к моим губам и нежно касается. Какой это кайф знать, что у меня есть она, умная, женственная и неповторимая.

Чувствовать в ней родную душу. Впустить женщину в своё сердце, зная, что не предаст.

Быть уверенной в ней, как в самом себе. Наверное, это и называется вторая половинка, без которой чувствуешь себя пустым и одиноким.

Наши губы как безумные исследуют друг друга. Вкусно и до боли невыносимо. Хочется завладеть её телом снова.

Чувствовать томительный пожар в паху и наслаждаться её бархатистой кожей.

Сжимаю упругую грудь в руке, щипаю вершину и снова сминаю. Мне нравится изучать её тело.

Никакой пошлости, как с другими. С Юлькой я хочу быть новым Гордеем, который стремится не только к своему оргазму, в первую очередь к её наслаждению.

Курсирую губами по шее, впитываю вкус и аромат кожи. Наслаждаюсь каждой клеточкой тела. Смакую и облизываю языком, опускаясь ниже по грудной клетке, по ложбинке.

Идеальное тело, идеальная кожа, будто созданы для меня. Нет сомнений, абсолютно. Юлька моя женщина! Моя и ничья больше.

Она нежно постанывает, тяжело дышит от моих ласк. Моё эго на высоте, оно сто процентов боготворит эту женщину.

Губами ласкаю грудь, затвердевшие вершинки как вишенки на торте. Посасываю с удовольствием и смакую. Облизываю бархатную кожу, поднимаясь выше, возвращаясь к вкусным губам.

— Я люблю тебя. — повторяю как в бреду, ныряя языком вглубь рта.

И мне легко даются эти слова, будто так и должно быть. Будто не раз говорил их именно Юльке. Моей сладкой, нежной девочке.

Пальцами одной руки спускаюсь к заветному треугольнику. Там так горячо и влажно. Её соки как самая лучшая награда. Юлька дико хочет меня, и это бесценно.

С тем же диким азартом хочу её. Погружаю палец в святая святых и чувствую жар. Он обволакивает палец, стремящийся войти на полную глубину.

Юлька дрожит от возбуждения и стонет мне в губы. Ноготками водит по коже шеи, спины, груди, вызывая табун мурашек.

Ствол просится наружу, он хочет ощутить внутренний жар любимой женщины. Запечатлеть, как может сжимать его только она.

Боль в паху становится невыносимой, а стоны Юльки от ласк моих пальцев громче. Не в силах больше терпеть, поднимаю любимую за бёдра, вынимаю ствол и глубоко вхожу на всю длину.

Мы замираем скованные эйфорией. Желание пробраться ещё дальше заставляет вдавливаться в её тело и забыть сдавать назад.

Моя бы воля, никогда не выходил бы. Это настолько обалденно, что не передать словами.

— И я тебя люблю. — наконец выдаёт эту измученную всеми фразу, которая так тяжело нам далась.

Мне сносит крышу. Как точка невозврата срывает с петель и несёт ураганом прямо в её сердце.

Крупными, размашистыми ударами вхожу в неё и кайфую от каждого толчка. Я не контролирую себя. Со мной такое впервые.

Я зверею и не могу остановиться пожирать её губы, входить неустанно. Рычать при каждом толчке. Ловить её дыхание и наслаждаться им как в первый раз.

Высота запредельная, энергия вибрирует и гудит в венах. И я хочу услышать этот грёбаный ответ.

Сейчас хочу!

— Ты станешь моей навсегда?! Станешь?! — с напором, с жёсткими толчками.

Юлька будто не слышит, она, как и я, полностью ушла с головой в мир наслаждения. Но я не отстану, пока не услышу положительный ответ.

— Говори! Скажи это! — настаиваю, вгрызаясь в её губы и дико входя, на бешеной скорости.

— Да! Да! Да! — кричит она, сжимая меня так, что я взрываюсь окончательно, со спазмами, с подкашивающимися ногами.

Два стона сливаются в унисон. Я добился! Я взял что хотел!

— Я обещаю, ты никогда не пожалеешь. — охрипшим голосом говорю.

Целую со всей нежностью её сладкие губы. На дрожащих ногах несу к кровати. Усаживаю Юльку сверху на себя, сам присел на краешке.

Просто хочу почувствовать её всю и крепко прижимать, ловить губами вишенки и наслаждаться вкусом кожи.

— Я тебе верю. — обвивает ногами поясницу и прижимается крепче.

И я сейчас самый счастливый дурак на свете, которому разбили дорогущую тачку, но я только рад этому. Ведь если бы не авария, я не знаю, смогли бы мы навсегда соединиться этой