Бывшие. Дочь для монстра - Дарина Вэб

— Юленька, золотце, ты куда так бежишь? — ехидно так, аж бесит.

— Гордеюшка, я безмерно благодарна тебе. — резко останавливаюсь и поворачиваюсь к нему. — Но ты перебарщиваешь! — тычу в его грудь пальцем, когда он почти врезается в меня.

— А где я перебарщиваю? — смотрит на меня с хитрой улыбкой.

Его забавляет моё состояние. Гордей абсолютно уверен в своей правоте, и плевать ему на то, что чувствую я.

Задираю голову, чтобы видеть его глаза:

— Везде! На что ты настраиваешь мою дочь? Что ты ей шепчешь, пока я не слышу? — задаю вопросы в его довольное до невозможности лицо.

— Ты видишь заговоры там, где их нет. И ещё вспомни наконец, что Карина и моя дочь тоже. — нагло заявляет мне в лицо.

Меня сейчас порвёт от злости. Неужели он сам не понимает кто он и кто мы. Зачем он подвергает нас опасности, что за блажь?

— Я не хочу, чтобы в один прекрасный момент пришли люди и поубивали нас за твоё криминальное прошлое, или посадили тебя лет так на двадцать. Ты подумал о нас? В частности, о Карине, подумал? Зачем ты впутываешь нас в свою совсем небезопасную жизнь? Объясни! — требую от него ответов полушёпотом, чтобы в больнице никто не услышал подробностей.

Гордей смотрит по сторонам, хватает меня за руку:

— Идём. Больница не место для таких разговоров. — ведёт меня за собой в машину.

42 глава

Гордей

Доезжаем до дома Юли молча. Оба злимся друг на друга. У нас нет связи, которая должна быть между мужчиной и женщиной. Меня это бесит, а Юльку, видимо, устраивает.

Ведь это она устраивает бойкоты. Она меня отшивает по поводу и без. А я хочу сближения. Хочу стать для неё близким человеком. В конце концов, хочу её!

И кому нужны мои хотелки? Естественно, только мне одному. А без Юльки мои хотелки неосуществимы.

Принимаю решение брать быка за рога, точнее, Юльку за ляжку, а ещё точнее, сердце её хочу и сердцевину, которая явно ниже пояса.

Что делать? Соблазнять! Как?

Вот хрен знает как! Она же сама не знает чего хочет. Явно хочет нормального мужика, который сделает всё для неё и дочери. Так, вот он я! Чем не нормальный мужик?

Прошлое моё ей не нравится? А мне её прошлое нравится? Нет! Один-один! Что там ещё? Боится, что грохнут или посадят? Да не проблема! Свалим в тёплые края и начнём жизнь заново.

Каринку я уже люблю всем сердцем. Юльку, не знаю. Тянет меня к ней. Дико тянет. Она как сладкая конфетка в колючей обёртке. Если получится снять и не уколоться, то растает на языке молочным шоколадом.

Да у меня даже баб других не было, за то время, что я кручусь вокруг Юльки. А почему, кстати? Неужели реально моя? Я ведь и не хочу других. Тоскую и думаю о ней, когда не вместе.

Кажется, я попал. Именно этого я всегда опасался. Но больше не боюсь. Мне в кайф ощущать Юльку рядом и думать лишь о ней. Холодно ей или жарко? Надо будет, обогрею, а нет, так создам прохладный ветерок. Вот меня понесло.

Так же молча поднимаемся в квартиру. Юлька идёт в комнату собирать вещи Карины, я следом за ней. Здесь нам никто не помешает.

Подхожу со спины, сминаю плечи руками, носом утыкаюсь в волосы на затылке. Юлька замирает, скукоживается, будто спрятаться хочет, а не где.

— Давай уедем? Далеко-далеко. Будем жить на берегу моря. Карине пойдёт на пользу солёный воздух. Мы втроём. — дышу её запахом, а голова кружится.

Вредная Юлька из прошлого, всё-таки я не ошибся тогда. В юности нам было более чем хорошо. А если вспомнить, то получается и тогда, кроме неё, я ни с кем не мутил. Она уже тогда отдавала мне столько, что я хавал ложками и насыщался сполна.

— Нет, Гордей, у нас разные пути. — скидывает мои руки с плеч и продолжает складывать вещи в сумку.

— Ошибаешься. Не зря наши пути пересекаются. И дочь у нас посмотри, какая получилась. — подхожу к ней, разворачиваю к себе и впечатываю в дверку шкафа. — А я сына хочу. — широко улыбаюсь, поглаживая большим пальцем её подбородок.

Могу взять наглостью, но это сделает только хуже. Я всё равно дождусь, когда Юлька сдастся.

Она смотрит со скепсисом, будто я глупость сказал. Но я уверен в своих желаниях. Я долго к ним иду, но если хочу, то со всей душой.

— Найди себе молодую девушку, которая будет твои хотелки удовлетворять. Вот она тебе и родит. А мне это не нужно. — говорит и смотрит на мои губы.

Провоцирует или ненамеренно? Даже думать не хочу. Попробовать хочу. Вкус запечатлеть.

Наклоняюсь ближе, к уровню Юлькиных губ:

— Сама себя обманываешь. Ты же хочешь меня, но отрицаешь. Зачем? — кружу возле её губ из последних сил, выжидаю ответа.

— Не хочу. Завышенное эго, это не то, что мне нравится в мужчинах. — говорит проникновенно с долей иронии.

— И что же тебе нравится. — шепчу ей в губы, проводя тыльной стороной пальцев по щеке.

Её дыхание сбивается, грудь непозволительно высоко вздымается, задевая мою грудную клетку. В комнате становится жарко.

— Не надо, Гордей, мы не можем. — не отвечает на мой вопрос, но в её словах я слышу то, что хотел услышать.

— Можем и хочем. — касаюсь её губ своими и погружаюсь в нежность момента.

Невесомые касания как крылья бабочки. Они сводят с ума и погружают в жгучую страсть. Её губы мягкие, податливые. Целую их со всей жаждой, на которую способен. Нас уносит в водоворот желания.

Наслаждаюсь вкусом и ласками наших губ. Ликую, что добрался беспрепятственно до желанной женщины.

Она обнимает меня за шею и так же, как и я, отдаётся в поцелуе полностью. Наш поцелуй глубокий, терпкий.

Рукой добираюсь до пуговок на её блузке, расстёгиваю верхнюю, вторую...

— Нет, Гордей! — резко отталкивает меня.

Я в полном шоке от её поступка. Желание, растёкшееся по телу, ударяет в мозг. Неудовлетворённость заставляет делать хреновые поступки.

Хватаю её руки и снова впечатываю в дверку шкафа:

— Нельзя так обламывать, Юляяяя. — лбом врезаюсь в её лоб.

— Нельзя так нападать, Гордей. — тяжело дышит она.

— Юлька, выходи за меня, всё у нас получится. Вы ни в чём не будете нуждаться. — шепчу как в бреду. — Дай мне шанс доказать...

Мне невыносимо представить себе, что Юли и Карины не будет рядом со мной. Я уже сроднился с мыслью, что