Где нет надежды - Вера Павловна Окишева

не давал ей совершить намеченное. Он пальцем указал на код подтверждения поломки корабля, и Эми пришлось его вводить, затем она ввела код «SOS». Конечно это не тот сигнал предупреждения об опасности, но хоть что-то, хоть какая-то надежда на чудо. Она подняла взгляд на Эдгарса.

— Ну и зачем ты это сделала? — тихо спросил он, а Сэм напрягся, услышав злость в голосе босса.

— Мы же терпим бедствие? — попыталась, как можно более раскованно, уточнить девушка.

Мэтью покачал головой.

— Не до такой степени, — процедил он, рывком за шиворот вытаскивая Эми из кресла. — Теперь к нам направится целая команда спасателей и полицейских!

Эми улыбнулась. Да, она воспользовалась своим шансом, а Эдгарс в душе усмехнулся над ней и её маленьким счастьем. Пусть тешит себя этой победой. Пусть. Она достойна и большего.

— Сука, — выдохнул он и потащил девушку в каюту, где они уже были. Сменив пароль, он втолкнул Эми в каюту и заблокировал дверь.

— Сэм, сколько у нас времени? — уточнил он по рации.

— Часа четыре, может быть, пять у нас есть, — глухо отозвался помощник.

— Давай приготовимся встречать гостей.

Мэтью собрал ребят на капитанском мостике, где они быстро составили план действий, а в это время Эми сменила код на замке, чтобы никто не мог проникнуть в каюту, и сидела на кровати, так как большего сделать не могла. Оставалось лишь ждать, спасения или смерти, но ждать. Время медленно двигалось, и за ожиданием девушка не заметила как уснула.

А пробуждение было резким, так как корабль затрясло, и Эми чуть не свалилась с кровати. В первый момент она даже толком ничего не могла понять. Сигнал тревоги окрашивал всё красным и оглушал, дезориентируя, заставляя вернуться в недавнее прошлое. Лишь через несколько секунд, когда девушка открыла в панике дверь, она поняла, что тюрьму захватил патруль. Первыми, кого увидела девушка, были мужчины, закованные в бронированные чёрные скафандры. Сначала она обрадовалась, но в следующий момент эти тела погребли её под собой, громко требуя показать руки.

Приподняв голову, лёжа практически в коридоре, Эми увидела несколько трупов в форме спасательной группы. Зажмурившись, сглотнула горький привкус во рту. Опять всё из-за неё. Но это были вынужденные меры, зато теперь заключённые пойманы. Возле неё остановилась пара ботинок, а в следующий миг её болезненно вздёрнули вверх.

— Где остальные? — спрашивающий даже не снял защитный шлем, и лица его Эми не видела. Она глотала слёзы, радовалась, что всё позади, но справиться с истерикой не получалось.

— Все погибли, — сипло шепнула она, с трудом стоя на ногах, и то благодаря чьим-то рукам, придерживающим её сзади.

— Не лги! — выкрикнул тот, кто спрашивал, и лицо девушки обожгла пощёчина. — Я повторяю вопрос: где остальные?

Эми зажмурилась, пытаясь собраться с мыслями. От оплеухи в ушах звенело, а во рту появился металлический привкус.

— Они убили всех. И надсмотрщиков, и капитана, и начальника. Всех убили. Никого не осталось, — Эми шептала, так как говорить сил не было, а рыдания сдавили горло.

— Капитан, у неё истерика, — раздался рядом ещё один мужской голос. — Видимо, она не с заключёнными, а из персонала тюрьмы.

Эми кивнула в ответ. Она смотрела на мужчин, которые столпились возле неё, и вдруг поняла, почему ей задают эти вопросы.

— Они сбежали? — не поверила она, но, как это ни печально, ответ был очевиден, потому как в коридоре всё больше собиралось мужчин в чёрном. — Вы что, не догадались, что я не просто так послала сигнал «SOS»? Неужели не понятно было, что это предупреждение? Вы! Почему? Я же так старалась? — сипло закончила она. — Они же убили всех. Всех убили.

— Капитан, ей нужен врач.

— Вижу.

Мир перестал существовать для девушки, когда чувства захватили над ней власть. Она так старалась, она использовала свой шанс, а что в итоге? Всё было напрасно. Лишь ещё больше людей погибло, а заключённые сбежали. Эми вели по коридору, и она видела следы крови, которые в этот раз никто не затирал. Андроиды были отключены и неподвижными статуями замерли вдоль стен.

Из беседы патрульных Эми узнала, что заключённые сбежали на корабле ремонтно-спасательной бригады. Она первая долетела до тюрьмы и, не дожидаясь полицейских, состыковалась с ней. Это было грубым нарушением инструкций. Спасатели должны были ждать патруль. Ошибка, стоящая им жизни. Корабль уже приземлился. Полицию оповестили, но и так было понятно, что никого на борту угнанного корабля нет.

Эми не могла себе простить того, что, боясь за собственную жизнь, пожертвовала чужими. Поэтому на допросах говорила лишь правду, посчитав, что должна поплатиться за свой страх в полной мере. Её жизнь превратилась в вечные вопросы, допросы, медицинские обследования. Камера следственного изолятора практически стала родным домом, а надзиратели друзьями. Приход родителей всегда приносил больше боли, нежели тепла. Эми и так не могла простить себя, а причитания и слёзы матери ранили душу больше, чем совесть. Молчаливая поддержка отца позволяла не тонуть в отчаянии, как и разговоры с психиатром, который помогал успокоиться, смотреть трезво на ситуацию и перестать винить во всём случившемся только себя. Для всех именно Габриель стала виновницей побега заключённых. И это опять же доказал адвокат Дункан. Мама от всего сердца благодарила его за помощь, за то, что помогает её дочери избежать тюрьмы.

На заседаниях суда адвокат упирал на то, что психическое состояние мисс Уотсон нестабильно. Мистеру Дункану удалось заставить свою подзащитную признаться, что её изнасиловали, как и Габриель. Эми рассказала и про нож, и про то, что чуть не лишилась пальцев. Она хотела объяснить, что Эдгарс опасен, что в его руках нож смертоносное оружие, а в ответ получала сочувственные взгляды мужчин и жалость.

Через год, наконец, допросы закончились. Её разжаловали, лишили всех званий и даже пенсии. Но в тюрьму не упекли благодаря адвокату, который доказал, что его клиентка психически не здорова. После года лечения в психиатрической больнице Эми осознала, что, возможно, Дункан и прав. Что она, слабая женщина, против матёрых заключённых?

Их так и не нашли. Два года спустя Эдгарс и его подельники продолжали оставаться в розыске. А Эми начала жизнь с чистого листа в глухом французском городке Левен на берегу моря. Там, где жили её воспоминания о счастье.

Глава 3

По прошествии месяца после переезда Эми