Деградация - Гетера де Сад

ей хотелось избавиться хотя бы от электричества, но для этого не было возможности и всё, что рабыня могла делать, чтобы облегчить своё положение – это выполнять свою функцию максимально чётко. T-Rex на экране снова мерно подпрыгивал в такт подрагивающей промежности. Больше тело девушки никак не двигалось, и со всеми проводами и верёвками, оплетающими его, она действительно напоминала высокотехнологичного робота, составляющего единое целое с прилагающейся к ней конструкцией. С такой точки зрения Сати выглядела совершенно на своём месте – например, как телефон, поставленный на зарядку, только местом разъёма была её пизда.

– Ну и как ты думаешь, почему ты никак не можешь кончить? – спросил Нерон, вставая перед ней.

– Не надо… не надо, вы закрываете экран, я опять… – испуганно залепетала рабыня.

Мужчина выключил передатчик.

– Ты стала хорошей шлюшкой, неправда ли? – он подошёл к ней, проталкивая пальцы внутрь, не обращая внимания на дилдо. Рабыня натужно охнула, но отстраниться не смогла, и пальцы, надавив, нашли путь внутрь. – Помнишь, как ты боялась? А теперь ты заводишься от одного проникновения и всё, что ты сейчас хочешь – это чтобы я продолжал, неправда ли?

Шепча это, Нерон с усмешкой двигал вверх-вниз пальцами в и без того растянутом влагалище, наблюдая, как Сати беспомощно плачет – но не от ужаса, как раньше, а от того, что он прав.

– Да… да, продолжайте, пожалуйста, – тихо выдохнула она, подаваясь вперёд и приглашающе выпячивая грудь. – Э-эта с-секс-игрушка хочет кончить. С ней очень долго играли, но не давали никакой награды… Пожалуйста, дайте мне кончить! Я… я буду послушной! Я сделаю потом всё, что хотите, господин Нерон…

– Ты и так сделаешь всё, что я хочу, – усмехнулся мужчина. – Разве не это написано на тебе?

Вытащив пальцы, он погладил рабыню по лобку с позорной надписью, заставив её покраснеть.

– Разумеется… но пожалуйста, один разочек! Это… этот стержень с самого утра во мне, у меня всё болит… Я знаю, я просто дырка для вашего удовольствия, но позвольте… пожалуйста… – девушка уже беззвучно плакала, скорчившись на жутком устройстве, тогда как по её бёдрам по-прежнему подтекала смазка.

– Кто бы мог подумать, что ты так заговоришь, – снисходительно протянул мужчина. – Ну так ты не ответила на мой вопрос – почему ты никак не можешь кончить?

– Для такой бляди, как я, нужно больше стимуляции, – покорно ответила Сати. – А хотите войти в меня сзади? Моя вторая дырочка свободна, и вам будет хорошо… Даже тесновато, учитывая мою растянутую пизду, но я буду только рада, честно-честно!..

Рабыня надеялась, что если её трахнут в задницу, пусть это будет болезненно, но всё-таки от толчков её промежность сможет поёрзать о дилдо и, может быть, она всё-таки кончит. Таков был её удел, как игрушки, но это было лучшее, на что она могла надеяться.

– Не совсем так, – покачал головой Нерон, снисходительно улыбаясь на её заигрывания. Он сделал пару шагов назад, возвращаясь к переключателю. – Ты же заметила, что Саргон разделил электричество и вибрацию? Это потому что ты давным-давно научилась возбуждаться от боли. И если их совместить, ты будешь достигать оргазмов слишком легко. Вот как сейчас.

Глаза рабыни расширились от ужаса, но она не успела ничего сказать, так как её грудь ударил разряд. Она взвизгнула, выгибаясь. Нерон подождал, пока игрушка молча примет прежнюю позу – она уже знала, что если с ней решили “поиграть”, просить что-либо бесполезно. Дальше девушка только стонала, корчась, пока Нерон продолжал пытку.

– Ты же понимаешь, – спросил её мужчина после пятого разряда, когда рабыня измождённо переводила дух, – Что ты почти кончила?

Несмотря на то, что соски, где передатчики тока впивались в кожу, потемнели, бёдра Сати рефлекторно сжимались, как если бы её только что хорошо отодрали. Рабыня подобострастно затрясла головой. Она действительно была на грани бешеного оргазма. “Неужели мне не нужны теперь даже прикосновения? Он может просто сидеть и управлять мною, как детской машинкой,” – с отчаянием подумала она. В этот момент Нерон включил вибрацию, и на какое-то время реальность стёрлась из сознания рабыни.

Некоторое время мужчина наблюдал, как игрушка капает от наслаждения слюной. Её ягодицы чуть подёргивались, и даже пережатая грудь как будто привстала ещё больше, выражая полное одобрение его действий. Когда же влагалище перестало приятно сжиматься, и к Сати вернулась осознанность, Нерон прибавил мощности. И если перед этим оргазм сводил на нет неприятные ощущения, то теперь жёсткая стимуляция отозвалась в ещё больше опухшей промежности ощутимой болью. Жалобно заскулив, рабыня путём невероятного напряжения всё-таки приподнялась на коленях, чтобы получить хоть небольшую передышку. Но так как всё сидение было мокрым от её же соков, ноги тут же разъехались в стороны, возвращая игрушку обратно в рабочее положение. Выступ гудел, массируя и без того достигший чрезмерной чувствительности клитор. Вибрации же проходили не только через него, но и через металлический пирсинг. Маленькая железка помогала раздражению проникать глубже, и вот этого-то девушка уже не могла выносить. Сати снова с протяжным стоном приподнялась… Проделав эту закономерность несколько раз, она поняла, что трахает саму себя.

Где-то рядом рассмеялся Нерон, наблюдая за её жалкими трепыханиями.

– Думаю, за “один разик” сойдет. Наслаждайся, а потом уже будешь обслуживать меня, – пообещал Нерон, расстёгивая брюки и начиная мастурбировать, глядя, как рабыня входит в ритм, и промежность начинает шлёпать о сидение с характерным хлюпаньем. По её тяжёлому, частому дыханию и кратким мычаниям было трудно определить, страдает она или получает новую порцию удовольствия, но вместе с потёками пота, соков и слюны зрелище было вполне органичное.

“Какая же я шлюха, – со стыдом думала Сати. – Вот сейчас… я снова кончу… Ещё, ещё… Мне нужно больше… членов,” – её мысли и ощущения перемешались, внизу стало нестерпимо горячо. Она обмякла, задыхаясь и дрожа от напряжения.

– Ну что ж, “сучка для ебли”, пора выполнять своё предназначение, – Нерон выключил механизм.

– Сучка благодарна, господин Нерон. Как я могу доставить вам удовольствие? – на автомате произнесла Сати.

Вместо ответа мужчина приподнял её, снимая наконец-то с инструмента. Сати казалось, что он выходил из неё бесконечно долго, и даже после этого от его кончика до мокрых бёдер протянулась длинная липкая нить. Промежность рабыни горела.

К её облегчению Нерон снял верёвки и велел наклониться, упираясь руками в колени. Сати прикрыла глаза. Осмотры всегда были