Возвращение Тени - Джон Рональд Руэл Толкин

Глава I: «Долгожданное угощение»

В начале этого шестого воплощения вступительной главы переработанный отрывок о книге Бильбо (с. 245, примеч. 3) был теперь убран и заменён на: «Предполагалось, что он пишет книгу, содержащую полный рассказ о его таинственных приключениях того года, которую никому не дозволялось видеть».

Разговор в «Плюще» взят из предварительной версии, описанной на с. 244–245, и теперь достигает, в сущности, той формы, какую имеет в FR, но на этой стадии наставление Жихаря о Бильбо, Фродо и их предках всё ещё пересказывалось наперёд и рассказчиком тоже.[4]

«Чуднóго вида повозки, гружённые чуднóго вида свёртками», что правили «эльфы или плотно закутанные в капюшоны гномы», уцелевшие со второй версии главы (с. 20), были теперь сведены к единственной повозке, что правили гномы, и эльфов не появляется (см. с. 235), но знак Гэндальфа на фейерверках, названный здесь «руническим», всё ещё остаётся, и он всё ещё «маленький старичок». Среди гостей всё ещё были Гаукроджеры (так написано), но замечание, что Брокхаузы прибыли из Комба-под-Бри (с. 236), опущено. Юный Тук, что плясал на столе, меняет имя с Просперо на Эверард (как в FR), но его пара остаётся Мелиссой Брендибак (Мелилот в FR).

Карандашное добавление к пятой версии (с. 246, примеч. 12), показывающее, что Бинго/Фродо вполне сознавал, что Бильбо намерен сделать, было взято (но, как в FR, Фродо задерживается за обеденным столом достаточно долго, чтобы утолить жажду Рори Брендибака: «Эй, Фродо, пусти-ка этот графин по кругу ещё разок!»); как и отрывок о том, что Бильбо берёт с собою Жало (с. 246, примеч. 13). Бильбо теперь (как в FR) достаёт рукопись в кожаном переплёте из несгораемого ящика (хотя и не «свёрток, завёрнутый в старое тряпьё»), но отдаёт пухлый конверт, который надписывает Фродо и в который кладёт Кольцо, гному Лофару, прося положить его в комнату Фродо.

Гэндальф всё ещё встречает Бильбо у подножия Холма после того, как тот покинул Бэг-Энд с Гномами (всё ещё зовущимися Нар, Анар и Ханнар), и разговор их остаётся как был (с. 238–240): в ответ на вопрос Гэндальфа «Он [Фродо] об этом знает, конечно?» Бильбо отвечает: «Он знает, что у меня есть Кольцо. Он читал мои личные мемуары (единственный, кому я когда-либо дозволял их читать)». Возвращение Гэндальфа в Бэг-Энд после прощания с Бильбо включено из весьма черновой формы пятой версии (с. 247, примеч. 20), с единственным отличием, что Фродо теперь и впрямь читает письмо Бильбо, сидя в прихожей.

Список прощальных подарков Бильбо (с. 247, примеч. 21) теперь далее изменён утратой Карамеллы Чабб с её часами и Примо Грабба с его обеденным сервизом (уцелевших с первоначального черновика, с. 15, когда они были Карамеллой Тук и Иниго Грабб-Туком); Коломбо Хорнблоуэр с барометром тоже исчезает. Лофар всё ещё играет роль Мерри Брендибака на следующий после Угощения день, и разговор Гэндальфа с Фродо в тот день остаётся тем же, с разными позднейшими добавлениями и пропусками, сделанными к пятой версии (с. 248, примеч. 24–26, 28–30) и включёнными сюда: так, ссылка Бинго на то, что Бильбо воспользовался Кольцом, чтобы ускользнуть от Саквиль-Бэггинсов, конечно, убрана, ввиду её использования в «Раскрытом заговоре» (с. 300), как и предположение Гэндальфа, что Бинго мог бы при нужде связаться с ним через «ближайших гномов».

Родословие Туков

На обороте одной из страниц этой рукописи «Долгожданного угощения» — самое обстоятельное родословие Туков, какое появлялось до сих пор.

Цифры, приставленные к именам, на первый взгляд весьма озадачивают: это явно ни даты по какому-либо независимому летосчислению, ни возрасты к смерти. Ключ даёт «Бильбо Бэггинс 111» и утверждение в Предисловии (с. 314), что родовые древа (из которых это единственное, что сохранилось или было сделано в это время) покажут, «каковы были их возрасты ко времени, когда повесть открывается». Основа — год Угощения, что есть ноль, и цифры — это возрасты лиц относительно Угощения. Меж любыми двумя цифрами даны относительные возрасты лиц. Так, 311 против Ферумбраса и 266 против Фортинбраса означает, что Ферумбрас родился на 45 лет раньше своего сына; Изенгрим Первый родился на 374 года раньше Мериадока Брендибака, восемью поколениями позже; Дрого Бэггинс был на 23 года младше Бильбо, и, не утони он в Брендивине и сумей прийти на Угощение, ему было бы 88, и так далее. Кинжалы, конечно, показывают лиц, что были мертвы ко времени Угощения.

Несколько цифр были изменены на рукописи, причём позднейшие таковы: Изенгрим II 172, Изамбард 160, Фламбард 167, Роза Бэггинс 151, Банго Бэггинс 155, Иоланда 60, Фолко Тук 23, Мериадок 25, Одо 24.

Видно, что, хотя внешней хронологической структуры нет, внутренняя, или относительная, структура не так уж отлична от той, что в родовом древе Туков из Больших Смиалов в LR, Приложение C. В LR Мериадок родился через 362 года после Изенгрима II (= Изенгрима I в старом древе) и восемью поколениями позже.

Бандобрас Бычий Рёв (см. с. 311 и примеч. 2) здесь — сын Изенгрима, первого из рода Туков в древе, и в Прологе к LR (с. 11) он точно так же сын того Изенгрима (Второго). Это было упущено, когда делалось окончательное древо Туков, ибо там Бандобрас сдвинут вниз на поколение, став сыном (а не братом) Изумбраса (III), сына Изенгрима.[5]

Старый Тук теперь обретает имя Геронтий, как в LR (ранее он был «Фродо Первый», с. 251). Четыре сына названы здесь; в LR у него их было девять. Роза Бэггинс, жена одного из них (Фламбарда), появлялась в маленьком родословии, что в «Вопросах и переделках» (с. 222): там она сестра Банго Бэггинса, и она вышла за «Молодого Тука». Древо, данное на с. 267, удержано здесь в отношении родителей Мерри; Фродо Тук стал Фолко Туком, а его отец — Фолкардом (см. с. 309). Одо, здесь с двойным именем Тук-Болджер, был назван ранее (с. 251) имеющим мать из Туков и приходящимся троюродным братом Мерри и Фродо (Фолко), как и показано в этом древе.

Доннамира Тук, вторая из дочерей Старого Тука, теперь названа и приходится женой Хьюго Боффину, как в LR, где, однако, никакого потомства в древе не записано: об этом см. с. 386.

[Здесь в оригинале помещено генеалогическое древо «Родословие Туков».]

Наконец, пять дальнейших детей (шесть в LR) Мирабеллы Тук и Горбодука