Обыкновенные монстры. Из пыли и праха - Дж. М. Миро

И в этот момент Джета по-настоящему поняла, что монстра ей не остановить. Ни ей, ни какому бы то ни было таланту. Она в ужасе попятилась, пытаясь убежать.

Чудовище наступало.

Вдруг рядом с Джетой неожиданно возникла ее другр. Она казалась огромным вихрем из пыли и злости, а кожа ее напоминала витки каната, если бы канат можно было сделать из тьмы. Она раскинула руки — завеса пыли покатилась вперед, будто стена дождя, и захлестнула чудовище, стоявшее посреди обломков и темноты.

И Джета увидела, как пыль закружилась вокруг него, словно ища путь внутрь. Заметила, как она вливается в его ноздри, почувствовала, как сами кости — кости, которые она измельчила в пыль, — шевелятся, пробивая себе путь сквозь плоть монстра, разрезая его на полосы изнутри, но глаза ее ничего не видели, настолько плотной была окружавшая чудовище буря пыли.

Ощутив на своем запястье знакомую маслянистую хватку, Джета подняла голову: рядом, задыхаясь, стояла женщина в черном с исхудалым бледным лицом.

— Нужно уходить! — сказала она. — Идем! Пока есть время!

А потом они бежали, бежали в голубом тумане по бесплодному полю. Ночной холод проникал до самых костей, под ногами путались тяжелые и неудобные юбки, развевавшиеся волосы попадали в глаза. Они бежали рука об руку — как две сестры, как две подруги, как две непохожие ни на кого в целом мире и такие одинаковые в своей непохожести, обе из мира людей и в то же время чужие для него, одна молодая, другая неимоверно старая, — бежали вместе, побитые, окровавленные и испуганные, бежали по грязной земле, как будто между ними не было разницы, как будто обе они преследуют одну и ту же цель — попасть в Париж на юге, где скрыта пыль.

Майка сел на высокую каменную скамью под плачущей статуей и медленно покачал ногами.

Несколько недель ему удавалось сдерживаться и не вспоминать погибших Пруденс и Тимну. Но сейчас, в бледных коридорах монастыря, он слышал только мимолетное хихиканье сестер и шлепанье босых ног по мокрым камням. Они давно хотели попасть в этот монастырь, все они вместе. Майке казалось, что он забыл значение слова «любовь», что он и вовсе не узнал его за все свои жестокие двенадцать лет. Но это оказалось не так.

К нему подошла послушница в красном плаще и жестом пригласила следовать за собой. Тоже старая, с изрезанным морщинами лицом и голубыми, как вены под полупрозрачной кожей, глазами. И выбритыми, как и у всех остальных помощниц Аббатисы, бровями.

Они прошли мимо фрески, мимо полок с терракотовыми чашами, мимо маленькой часовни с пустыми скамьями. Но это не был обычный религиозный орден под управлением настоятельницы. «Вера в невидимую силу, которая может влиять, а может и не влиять на твою жизнь. Что в ней толку? Нет, я хочу обладать такой силой, которую сразу можно увидеть», — сказала ему однажды Аббатиса.

Все таланты в Куван-де-ла-Деливранс были пожилыми или даже старыми женщинами со склонностью к религиозности. Они приехали со всех концов света, и в их глазах виднелся отблеск безумия. Как Аббатиса нашла их, Майка не знал. Теперь они вели целомудренную жизнь, отказавшись от своих талантов. Но Майка догадывался, что те помогают питать силы Аббатисы и что они охраняют нечто очень ценное в катакомбах под садами. Клакер Джек даже не догадывался о том, чем на самом деле занимаются «сестры Избавления», а если бы и постарался разузнать, то крепко пожалел бы об этом.

Майка пересек прихожую и последовал за послушницей по широкому коридору и далее вниз, по древней изгибающейся лестнице в подвал. На стенах висели скобы для факелов и канделябры с горящими свечами.

Откуда-то доносились голоса старух.

Медленное пение, больше похожее на скрежет, как будто кто-то вытирал пятно.

Они спускались все глубже под землю. Коридор изгибался и шел под уклон, воздух постепенно становился теплее. Коридор закончился у огромной двустворчатой двери с железными кольцами. Послушница надавила на створки обеими руками — и изнутри вырвались клубы пара. Майка шагнул в туман, навстречу ядовито-зеленоватому свету. Створки за ним захлопнулись, и он встал, переводя дыхание.

Это была древнеримская баня. От густого пара с примесью каких-то странных трав кружилась голова и почти ничего не было видно, только слабый зеленоватый контур колонны слева и сверкающие плитки под ногами.

Откуда-то спереди, по-видимому из горячего бассейна, послышался тихий плеск воды.

Майка заморгал в беспокойстве.

Что-то приближалось к нему — некая фигура, медленно скользящая в паре подобно подкрадывающейся змее. Ею оказалась Аббатиса. Она ничего не спросила о его сестрах, не спросила и о нем самом, а только замерла, с трудом различимая в мутном зеленом свете.

— Ah, mon enfant. Tu es revenu[11], — прозвучал ее низкий опасный голос.

Майка поглубже засунул свои маленькие кулачки в карманы.

— Клакер Джек мертв, — сказал он отрывисто. — Погиб от пыли. Попытался воспользоваться ею, вернуть свой талант.

— Он был дураком, — Аббатиса перешла на его язык. — И где же испорченная пыль сейчас?

— Забрал какой-то мальчишка, — сплюнул Майка. — Талант, из наших, карндейлских. Но он был не один. С ним еще была какая-то миссис Фик из Эдинбурга.

— Вот оно что.

Майка нервно прочистил горло, и у него возникло неприятное ощущение, что она уже знает все, что он собирался ей рассказать.

— Послушайте. Я… я кое-что видел у Водопада. Это было… Я не знаю, что именно. Окровавленное тело Клакера просто открылось, как… как окно. И внутри него я увидел… — голос его дрогнул при ужасных воспоминаниях.

В помещении повисла тишина. Аббатиса наконец-то вышла из облака пара, зеленоватый туман расступился, и она показалась в намокшем, свисающем с плеч бесформенном одеянии, с серебристыми волосами, сверкающими, словно слитки металла. Движения ее были по-кошачьи грациозными, босые ноги тихо шлепали по плиткам.

Она подошла совсем близко к Майке, и тому пришлось задрать голову, настолько высокой она была — выше любого мужчины. Ее серебряные глаза превратились в совершенно черные. На удивительно гладком лице выступали острые скулы.

— Ты видел их, — пробормотала она, протягивая руку и беря его за подбородок. — Ты видел восставших другров. Они пробудились.

— Они идут сюда, — испуганно прошептал Майка.

— Нет, дитя мое, — мягко ответила Аббатиса. — Они уже здесь.

31. Совет на вилле под Агридженто

Слух о нападении другра в скалах за территорией виллы распространился быстро. Об этом шептались даже самые маленькие дети, прижимаясь друг к другу и тревожно глядя из окон на холмы за садом. Самые храбрые демонстрировали свои таланты, утверждая,