Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

В следующую секунду небо раскололось. Не громом и молнией. А звуком треснувшего льда, усиленным в миллионы раз…

С оглушительным грохотом в гору розовой плоти вонзилось… нечто. Исполинское. Острое. Сверкающее. Похожее на вершину айсберга или горы из из чистейшего льда и света.

Оно пронзило голема из плоти насквозь. Словно раскаленный нож — масло. Словно свет — тьму.

Мой взгляд скользнул по исполинскому ледяному массиву, уходящему к самым небесам… Я присвистнул, поняв, ЧЕМ эта гора является на самом деле…

— Как всегда — прекрасна, — улыбнулся я.

Рядом Карнакс, освободившийся от щупалец, медленно поднял голову. Я видел, как его единственный глаз расширился от изумления. Он смотрел не на биомассу, не на гигантский айсберг, пронзивший ее. Он смотрел туда же, куда и я.

И на его лице отразилось крайнее удивление, граничащее с шоком…

Я отключил маяк не потому, что отчаялся. А потому что… в нем действительно больше не было необходимости.

Потому что я почувствовал ЕЁ.

Очередной огненный шар, сорвавшийся с руки зараженной Эмми, врезался в теневой барьер Никталии с оглушительным ревом. Барьер затрещал, пошел трещинами, но устоял — на последнем издыхании. Никталия отлетела к стене, тяжело дыша. Настя, попытавшись атаковать Эмми с фланга, была отброшена мощным телекинетическим ударом. Она лежала без сил у входа в разрушенный медпункт, с трудом поднимая голову.

Пугливка оказалась в худшем положении. Эмми-не-Эмми, двигаясь с неестественной скоростью, придавила ее к полу ногой. Волкодевочка слабо царапала пол обожженными руками, тихо скуля от боли и бессилия.

Эмми-не-Эмми жутко, неестественно улыбнулась. Ее молочно-белые глаза были пусты, а розовые, извивающиеся щупальца на лице подрагивали, словно предвкушая. Она медленно подняла свободную руку, в которой снова начал собираться сгусток обжигающего пламени, нацеливаясь на беспомощную Пугливку. Настя попыталась крикнуть, но из горла вырвался лишь хрип. Никталия зажмурилась, не в силах смотреть.

Казалось, все кончено. Эмми-не-Эмми уже занесла руку для последнего, смертельного удара…

И замерла. Застыла в самой угрожающей позе, с огненным шаром, зависшим над головой Пугливки. Не только она. Замерли мутировавшие солдаты за остатками теневого барьера Никталии. Замерли монстры снаружи, прекратив бессмысленную атаку на баррикады. Замерли даже крылатые твари, кружившие в заснеженном небе. Рев, грохот, крики — все стихло. Воцарилась абсолютная, неестественная тишина, нарушаемая лишь воем ледяного ветра.

Эмми-не-Эмми, как и все остальные чудовища, медленно подняла голову. Ее молочно-белые глаза уставились в серое, затянутое тучами небо. Оно отлично просматривалось через дыру в крыше медпункта. Щупальца, обвивавшие ее лицо, замерли, перестав извиваться.

Настя, Никталия и Пугливка, забыв о боли и страхе, тоже недоуменно посмотрели вверх, следуя взглядам застывших монстров.

— Мать моя… Бездна… — выдохнула Никталия, ее обычная дерзость утонула в чистом, неподдельном изумлении. То, что они увидели там, не поддавалось никакому описанию, — Вот это я понимаю… спецэффекты! Кажется, нас сейчас всех спасут… либо устроят апокалипсис… Черт его знает, с ходу не разобраться!

Столица Империи стонала под натиском Волны. Некогда величественные проспекты и площади превратились в арену отчаянной битвы. Сам Император Александр V был на передовой, его фигура в сияющих доспехах была маяком посреди хаоса.

Миг назад он лично испепелил колоссальную тварь, похожую на ожившую гору из костей и кричащих ртов. Испепелил ударом чистой золотой энергии, от которого задрожали даже уцелевшие шпили дворцов.

Но передышки не было. Из клубящегося снежного марева и разломов в мостовой уже лезли новые твари, еще более уродливые и многочисленные.

Император стиснул зубы, концентрируя силу для следующего удара. Солдаты Гвардии и боевые маги вокруг него готовились к новой схватке, их лица были мрачны, но полны решимости.

Казалось, эта волна никогда не кончится…

И вдруг все замерло. Рев гигантов стих, сменившись противоестественной тишиной. Твари, ломившиеся на баррикады, застыли в нелепых позах. Костяные конструкции перестали изрыгать потоки огня. Даже мелкие, юркие твари, сновавшие под ногами, замерли, как статуи. И все они — пустые глазницы скелетов, фасеточные глаза насекомых, пульсирующие провалы бесформенных масс — медленно, как по команде, подняли свои «взгляды» к небу. Туда, где сквозь свинцовые тучи и снежную круговерть едва пробивался тусклый свет.

Император нахмурился. Он опустил руку, в которой уже собирался шар золотой энергии. Что это? Новая тактика Бездны? Ментальная атака? Он тоже посмотрел вверх, пытаясь понять причину этой внезапной паузы. С земли было видно немногое — лишь странное, холодное свечение где-то за облаками.

— Что за?.. — пробормотал он. Его колоссальная магическая сила и опыт не давали ответа. Это было что-то… новое. Чуждое и невероятно мощное.

Недолго думая, он оттолкнулся от земли. Мощный импульс золотой энергии поднял его ввысь, сквозь снежную бурю, которая теперь казалась странно тихой и безжизненной. Он поднимался все выше, пробиваясь сквозь плотные, свинцовые облака, туда, где бушевал ледяной ветер.

И когда Государь вырвался в пространство над облаками, он увидел. Зрелище было таким, что… Император Александр V, повидавший за свою долгую жизнь бесчисленные чудеса и кошмары, правитель величайшей Империи, прямой потомок древних героев, невольно затаил дыхание.

— Лед… — прошептал он, — Такой чистоты… и такой силы… Как это возможно?

По всей территории Империи… более того, планеты, люди поднимали глаза к небу и… на их лицах появлялось чистое незамутненное изумление. Граничащее с ужасом.

Даже на борту Международной Космической Станции, высоко над бушующей на планете непогодой, рутинное наблюдение сменилось ошеломленным молчанием. Через иллюминатор, на фоне закрученных облаков аномальных бурь, космонавты видели объект, вышедший за рамки законов физики: исполинское антропоморфное Нечто, сияющее голубым светом, состоящее из чистейшего льда. Нечто, уходящее в саму черноту космоса…

На мониторах зашкаливали датчики, а Земля под ними, казалось, на мгновение замерла под пятой этого чуждого, величественного и пугающего явления.

Кирилл Геннадьевич Тесленок

Возвращение Безумного Бога 15