Я – Ректор! - Александр Олегович Курзанцев

Вот я стою, пытаясь проморгаться после яркой вспышки, а следом по ушам бьёт громкий женский вскрик. И сразу же, на какой-то интуиции, успеваю пригнуться, а над головой, наэлектролизовав вставшие дыбом волосы, проносится фиолетовая молния, ударяя в стену коридора и рассыпаясь разрядами. Одежда летит в одну сторону, а я сам кувырком ухожу в другую, прячась за стену, чувствуя, как сердце лихорадочно бьётся, пытаясь выпрыгнуть из груди.

Тут в комнате вспыхнул яркий свет, и очень знакомый женский голос с нотками злости воскликнул:

— Кто это⁈ Немедленно покажись!

— Спокойно, Лиза, это я, Абдиль!

В комнате действительно оказалась библиотекарь, она сидела на кровати, и ночная рубашка явственно вздымалась на груди от тяжёлого дыхания девушки.

Я показался в проёме, держа руки ладонями вперёд.

— Ректор⁈

Тут она увидела, что я стою в одних подштанниках, и покраснела, гневно сверкнув глазами.

— Так вот, значит, как вы обещали меня больше не домогаться? Вломились в мою комнату ночью, да ещё и голый⁈

— Частично одетый, — дипломатично поправил я её, — и я не домогаться вас пришёл. Я даже не знал, что вы ночуете в академии.

— И зачем вы тогда пришли?

— Не зачем, а почему, — я вздохнул и устало добавил, — у меня крышу сорвало.

— Да уж заметно, — хмыкнула девушка, ещё раз меня оглядев, — нормальным такое поведение точно не назовёшь.

— Да нет, — я поморщился, — у башни моей, которая там, за площадью. А на улице дождь, гроза. Вот я и искал, где переночевать. А открытой была только ваша дверь. Все остальные заперты. Пока сюда добежал, промок насквозь. Мокрую одежду снял, чтобы не простудиться, поэтому в таком виде перед вами.

Я развёл руками, показывая, что жертва обстоятельств, не более того.

— Вот и одежда собственно, — я поднял с пола брошенные впопыхах мантию с камзолом и брюками. Показал Лизе. — До сих пор сырая.

— Складно говорите, мессир ректор, — внезапно язвительно ответила та, — даже одежду намочили для правдоподобия, вот только ничего у вас не выйдет. Думали, я такая дурочка, что меня так просто будет провести? Надеялись, что я вас пожалею и приючу у себя? А там может и сложиться?

Её губы зло изогнулись, и она почти прошипела:

— Какую-нибудь деревенскую деваху у вас, может, и получилось бы обмануть, но считать, что я всерьёз поверю, что дипломированный маг промокнет от какого-то там дождя⁈ А ректор вдруг позабыл, что может даже без заклинаний открыть любую дверь в академии? Извините, но нет. Я не даром три года заведую библиотекой, мне прекрасно известно, какую клятву приносит ректор, и что ему даёт магический источник. Поэтому идите вон, пока я вас не вышвырнула!

Я открыл было рот, чтобы сказать, что это совсем не так, и я не вру, но, спустя секунду, только молча его закрыл. Сгорбившись, развернулся и, ни слова не говоря, пошёл прочь. Она абсолютно права, будь я настоящим ректором, то действительно это бы всё знал и умел. Заявить обратное равно признанию, что ты не ректор, а непонятно кто. И всё, прощай конспирация и надежда на светлое будущее.

Так я думал, мрачно бредя по коридору, вновь вернувшись в общежитие. Остановился у очередной двери, уставившись на ручку с замочной скважиной под ней. Внезапно разозлившись, уже примерился садануть туда ногой, как вдруг в памяти всплыла фраза девушки: «…может даже без заклинаний открыть любую дверь…».

Замер, медленно опустив ногу обратно на пол. Злость мгновенно ушла, и я вспомнил, как ещё на суде тот мужик, что в последний момент не дал меня убить великому магистру, говорил, что на ректоре завязаны какие-то магические плетения, и без них никуда не попасть. Даже в библиотеку. А это значит, что есть какой-то функционал, грубо говоря, магический мастер-ключ, который привязан к этому телу особым ритуалом. И не требует, собственно, колдовства. Нужно просто понять, как им пользоваться.

Нахмурившись, я пристально уставился на замок, а затем, ткнув в него пальцем, приказал:

— Откройся!

Тишина была мне ответом. Подёргал ручку, но нет, дверь оставалась закрыта.

— Я ректор! Откройся!

Бесполезно.

— Я ректор, приказываю тебе, откройся!

И вновь ничего.

Раз за разом я пробовал всё новые комбинации слов, но ни одна из фраз не давала желаемого результата. Я уж и «Сим-сим» говорил, и «Алохомора», и «Трах-тибидох, чтоб ты сдох!»

Голодный, подмёрзший, хотевший только одного — упасть на кровать и уснуть, я стоял перед чёртовой дверью, как царь Тантал, испытывая схожие муки.

Вдруг перед внутренним взором сам собой всплыл отрывок из «Полицейской академии», где Зед вместо того, чтобы вышибить замок двери, просто наорал на неё, и она открылась.

Образ был таким ярким, что я, ни секунды не раздумывая, резко наклонился к замочной скважине и истерически заорал, копируя Зеда. И опешил, когда вдруг услышал явственный щелчок внутри.

— Это оно вот так открывается, да? — растерянно произнёс, выпрямляясь.

А прошлый ректор был тем ещё оригиналом, оказывается. Надо же было придумать открывать двери криком.

Взявшись за ручку, толкнул дверь, легко распахнувшуюся во внутрь, и оказался в небольшой, квадратов двенадцать, комнате. Темно было, но с вспышкой очередной молнии очертания кроватей по бокам от окна я разглядел и бросил одежду досушиваться на одну, а сам с вздохом облегчения завалился на вторую.

Пружинный матрас, жалобно заскрипевший под моим весом, даже без простыни и подушки показался мне мягким, уютным и очень удобным.

Зевнув, я пробормотал:

— Надо бы завтра…

Но не договорил, потому что перегруженный дневными событиями мозг банально вырубился, отправив в сон без сновидений, в который я нырнул, как в омут.

* * *

На следующее утро в мятой, как из задницы, мантии, потому что бросать сушиться её надо было аккуратно, а не абы как, но хотя бы выспавшийся и взбодрившийся в общей душевой, я стоял в ректорате на втором этаже и с любопытством разглядывал массивную тёмного дерева дверь с лакированной табличкой «Ректор».

— О как, у меня и кабинет свой есть, — пробормотал я.

В целом было логично. В башне я живу, а здесь работаю. Вчера, правда, эта мысль меня не посетила. С другой стороны, тогда и так было о чём подумать, а мозг у меня не суперкомпьютер с возможностью распараллеливать потоки.

Дверь тоже была закрыта, но я уже знал решение, поэтому, вспомнив ночной опыт, не раздумывая заорал во всю мощь собственных лёгких. Замок тут же щёлкнул, и я гордый собой зашёл внутрь.

А когда осмотрел помещение, то и вовсе расплылся в довольной улыбке. Великий магистр, конечно,