Цена доверия - Renat Sakhib

— Тогда что нам нужно?

— То, что я искал с самого начала, — Ерден откладывает обе грамоты и возвращается к маршрутному листу с несовпадением дат. — Не подозрительный почерк, а факт, который невозможно объяснить иначе, кроме как ложью в документе. Печатник может работать на кого угодно — это не преступление. А вот два дня пути там, где нужно пять, — это уже цифра, которая не лжёт, даже если печать честная.

Он придвигает к себе чистый лист и начинает выписывать хронологию заново — теперь уже не вразброс, а по порядку, день за днём, от даты формирования каравана до дня его прибытия на Дымчатый Перевал, сверяя каждую отметку поста с расстоянием между точками по карте, что висит на стене кабинета.

Джарггал молча придвигается ближе, чтобы смотреть через плечо, и на этот раз ни один из них не вспоминает ни о недоверии, ни о трёхлетнем умолчании — только о цифрах, которые наконец начинают складываться в единую, неудобную для караванщика Факира картину.

Глава 13

Спустя месяц после первого урока с весами Айдын усадил Ердена не у камня и не за стол с оттисками, а перед свитком имперского реестра — длинным перечнем имён, выданным каждой заставе для служебного пользования.

— Печать, юноша, ставит не гильдия и не купец, — говорит он, разворачивая свиток. — Печать ставит печатник — мастер, обученный этому ремеслу, которое передаётся через ученичество, как кузнечное дело или знахарство, только куда более редкое ибо требует наличия магического умения, которое либо даётся кому-либо от роду, либо нет. На всю империю мастеров с такими умениями не более двух десятков и каждый из них вписан в имперский реестр.

— А если вдруг кто-то из них не указан в реестре?

— Если не включен в реестр, то такая печать признается по закону недействительной, а любой груз, скрепленный недействительной печатью, подлежит полной досмотровой проверке без каких-либо исключений, — отвечает Айдын. — Поэтому это ремесло считается узкоспециализированным, поскольку включает требовательный начальный отбор кандидатов, довольно долгое обучение, прохождение обязательной процедуры лицензирования со стороны имперской палаты. В связи с этим подделать технику нанесения руны связи практически невозможно — здесь необходим не только верный рисунок оттиска, но и уверенное движение рук, которое внимательный проверяющий распознаёт не хуже, чем делец на ощупь фальшивую монету.

Ерден изучает реестр, не спеша проводя пальцем по каждому имени — большинство из них ему ничего не говорят, кроме нескольких, о которых видимо он уже как-то слышал от других сослуживцев с заставы.

— Не могу понять… — задумчиво протягивает Ерден. — Если мы итак знаем, что печать либо действительна, либо нет — тогда к чему нам вообще запоминать имена этих мастеров и их клейма?

Айдын забирает свиток у Ердена, откладывает его в сторону и смотрит на него долгим взглядом, прежде чем заговорить — тем самым взглядом, каким обычно смотрит человек, который готовится сказать что-то важное и подбирает для этого нужные слова.

— Данная информация важна для нашего дела, Ерден. Проставленная на груз печать прямо указывает на то, что этот груз, который ты будешь проверять, не трогали после её нанесения. Это ты наверное уже понял из моих объяснений. Но помимо всего прочего клеймо печати, а также манера и почерк конкретного мастера могут сказать тебе и кое-что другое: кто именно готовил документы для груза, и на кого этот мастер, как правило, работает.

— Извините, нойон, не понял вас.

— Как правило, мастера весьма редко работают с кем попало, а уж тем более не на всех подряд, — поясняет Айдын. — У каждого мастера, внесенного в реестр, имеются постоянные клиенты определенного слоя — либо крупные гильдии, либо имперские палаты, а иногда отдельные знатные дома. Поэтому мастер очень редко может принять заказ от случайного купца — нет, это не противоречит законам, но может повлиять на репутацию, которую мастер привык беречь. Если вдруг при досмотре заметишь, что груз отмечен печатью мастера, что по обыкновению своему работает с самыми крупными гильдиями империи, — это уже сам по себе веский повод присмотреться к грузу повнимательнее, даже если с виду печать безупречна, а документы на груз в полнейшем порядке. В данной ситуации ты имеешь дело не с прямым нарушением, а лишь со странностью или грузовой аномалией, а странное в нашем досмотровом деле может потребовать лишнего внимательного взгляда.

С этими словами Айдын придвинул Ердену стопку старых, списанных архивных грамот — те, что застава должна хранить согласно буквы внутреннего устава, но обычно никто, кроме штатного писаря и коменданта, этот архив не то, что периодически не открывает, а даже не знает о его существовании.

— Обрати внимание, юноша, что твоя прямая должностная обязанность, помимо работы с весами и плетением, — запоминать эти почерки мастеров. Но не нужно зубрить их наизусть — это не экзамен в старшей школе и не заклинание какое-то для активации магически заряженного предмета. Представь себя на месте торговца лавки, который старается запоминать лица своих постоянных клиентов, чтобы невзначай сделать небольшую скидку или приятный подарок в виде лишней пары фруктов или овощей. Однажды этот навык запоминания тебе обязательно пригодится — и вовсе не для того, чтобы ты смог поймать кого-то за руку в какой-то нелицеприятный момент, а для того, чтобы сложить два, казалось бы, несовместимых обстоятельства вместе и понять: этот оттиск этого же мастера ты уже ранее видел, и в прошлый раз тоже была какая-то странность, требовавшая бдительности.

— Понятно, — хмыкнул Ерден и продолжал, — а в тех же отчётах следует указывать?

— Правильно мыслишь, юноша. Молодец! Эта информация особенно пригодится тебе для отчётов, — Айдын удовлетворенно кивает. — Комендант заставы вряд ли обратит внимание на твои подозрения, поскольку они не потянут на убедительные основания для задержки каравана. Каждая необоснованная задержка стоит денег, а также портит отношения. И в итоге если, сославшись на интуицию или подозрения без веских доводов, ты ошибся, отвечать будешь непосредственно ты сам. Но! Если ты обратишься к коменданту и укажешь в отчёте, что печать на груз поставлена определенным мастером, для которого обычной клиентурой являются гильдии определенного уровня, а текущий груз оформлен на мелкого купца