Звериное начало. Том II - Ксен Крас

Самка из двуногих не опустила рук, она двигала ими в воздухе. Никакого оружия так и не появилось, но это ничего не значило. Рэ знала, что это, память услужливо подбрасывала ей образы подобных существ, обоих полов, которые после таких вот движений и непонятных слов начинали ранить сильнее, чем те, кто носил разные палки. Пока руки находились в покое зверь не спешил, но теперь…

– Ар-р-р! – Рэ бросилась вперед, намереваясь напугать светлошкурого, но безрезультатно. Тот, как глупец, даже не шелохнулся. Скучная добыча. Костлявая и непригодная для сытного обеда.

– Рэ, не поддавайся ярости. Ты знаешь, что ты не зверь. Ты не должна вести себя как животное. Прошу, Рэ.

Мужчина снова и снова использовал эти звуки – «Рэ». Он знал, что они что-то значат для зверя. Он многое знал о ней, не дергал руками и не доставал вонючее оружие. Светлошкурый, хоть и боялся, не уходил. Может, он догадался, что Рэ не желает причинять вреда? Самец казался знакомым, вот только понять, почему, никак не получалось.

– Рэ, ты должна бороться со своей звериной сущностью. Пусть в тебе и живет зверь, пусть он силен. Я не прошу тебя искоренять свою натуру, перекраивать себя, но ты должна научиться брать себя в руки. Рэ, ты меня слышишь? Ты не зверь, ты нечто другое. Борись с приступами. Находи в себе то, кем ты являешься. Рэ, я знаю, что ты справишься. Я верю в тебя.

– Перебори то или ту, что заставляет тебя нападать на свою семью. Мы твоя семья, твоя стая. Мы желаем тебе только добра, – теперь заговорил двуногий с серебристой шевелюрой. Ее цвет походил на опасное оружие, но не имел такого запаха. Из-за вереска или сам по себе – зверь не знала.

– Ал, лучше не приближайся. Я сам, – светлошкурый поднял руку. Рэ, почувствовав угрозу, тут же оскалилась, – Нет-нет, спокойно, прошу. Мы ничего тебе не сделаем, Рэ… Пожалуйста, попытайся услышать меня. Ты – не только зверь, хоть и этого у тебя не отнять. Ты можешь противиться ярости, а мы можем тебе помогать в этом. Мы хотим помочь тебе, понимаешь, Рэ?

Снова похожий звук. Ал и Рэ, все это звучало привычно, как что-то очень важное, не опасное, а скорее напротив. Перевертыш принюхалась, фыркнула, так как в итоге ничего не учуяла, и чуть наклонила голову.

– Ты меня слушаешь, хорошо. Да, мы можем помочь тебе, если ты сама этого захочешь. Все получится, только не бойся нас. Мы не опасны для тебя. Мы не причиним тебе вреда. Я уверен, что ты меня понимаешь, – продолжал говорить обладатель длиной светлой шкуры, – Утихомирь своего зверя внутри. Заставь его слушаться, перебори, подчини его. Ты не сумеешь его прогнать, этого и не требуется, но ты можешь взять над ним власть. Вы – единое целое, и только ты должна решать, кому из вас брать вверх.

– Не требуется? Она может нас запросто перебить! Да ее пора разлучить со зверем! – второй светлошкурый самец, с иным запахом, всплеснул руками. Он был перепуган больше других. Когда Рэ посмотрела на него и оскалилась, он и вовсе предпочел отступить за спины прочих двуногих. Казалось, что он пытается сжаться в комок, вот только у него не выходило.

– От зверя не избавиться. Иначе она может перестать быть собой, – ответил главный болтун, – Это против ее природы.

– Как по мне, так лучше пусть станет нормальной. Лучше сделайте что-нибудь, чтобы из нее это вышло насовсем. Твой приятель только все испортил. И они. Они тоже причастны к этому! – главный трус указал в сторону единственной самки тонким пальцем. Рэ подумалось, что такие пальцы будут хорошо хрустеть во рту, вот только пользы и сытости от них никакой, – Это они сделали что-то, это они влезли в ее голову и что-то там доломали. Рэйару надо посадить в клетку, пока она не станет обычной!

– Она может никогда не стать, как ты говоришь, обычной. Звериное в ней сильно и может только крепчать. Ей надо научиться себя контролировать, – возразил храбрый светлошкур своему пугливому собрату, – Надо учиться.

– Ты не понимаешь, что несешь! Она убийца! Она убила тех людей в городе, сразу же понятно, что это ее рук дело. Посмотри – рыжая коса, хвост, покрытое шерсть женское тело… Горожане говорили про нее. Это она виновата, – трус теперь указал пальцем в сторону Рэ, которая затопталась на месте.

Суть разговора начала ускользать от нее, окружающие снова становились чужаками, произносящими плохо понятные звуки. Резкие движения не пугали, но пробуждали охотничьи инстинкты. Женщина облизнулась, звук ломающихся о зубы пальцев уже стоял у нее в удлиненных ушах. Она прижала их к голове, вытянула шею и напрягла спину, готовясь к прыжку.

– Рэ… – настойчиво позвал сереброшкурый. Он стоял по другую руку, напротив трусливого. Рэ неохотно обернулась, – Рэ, не надо. Тэ не хочет тебе навредить, он переживает за тебя, как и я. Как все мы. Ты ведь понимаешь, что мы волнуемся, Рэ? Что мы желает тебе только хорошего?

Не все, что говорил мужчина, Рэ понимала в тот момент, но ласковый голос ее успокаивал. Самец не дергался, не махал руками, не двигался с места. Он стоял, слова мелодично выливались из его рта и напоминали приятный ветерок в молодом лесочке рядом с водой. Спокойствие понемногу наполняло душу, и перевертышу показалось, что есть какая-то вторая она, та, что сейчас спит. Та вторая знала каждого, кто находился в помещении, знала и убаюкивающего, она верила ему. всецело доверяла и любила его. Рэ тоже хотела доверять.

– Называйте ее по имени, – тем же мягким и тихим голосом произнес сереброшкурый, – Ей это нравится. Рэ, постарайся подавить в себе зверя. Я не понимаю почему он стал так силен, но мы сумеем вместе с этим разобраться. Верь нам, Рэ. Никто из нас не причинит тебе вреда, Рэ. Опусти руки и просто дыши. Мы будем говорить с тобой, пока ты будешь искать себя настоящую.

– Это и есть настоящая она, – возразил светлошкурый, загораживающий самку, в его голосе чувствовалось раздражение, – Она всегда была такой, но подавляла себя. Полагаю, ты делала это из страха, да, Рэ? Не желала остаться одна, опасалась, что мы рассердимся на тебя или откажемся от тебя. Но мы не боимся тебя и примем любую.