Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Они были милыми, симпатичными, а в глазах плескалась забота. Но у Ивана мгновенно закружилась голова. Он судорожно зажмурился, потряс головой и снова открыл глаза. Картинка не изменилась.

— Черт… У меня двоится? — хрипло просипел Иван, пытаясь нащупать рукой край кровати. — Нет, кажется, четверится… Это что, осложнение после комы? Поражение зрительного нерва?

Над ним стояли две незнакомые девушки в медицинских чепчиках, и у каждой — Иван готов был поклясться своей дворянской честью! — было по четыре руки.

Одна из них (на бейджике значилось «Шприц») совершенно буднично использовала все свои конечности одновременно: двумя руками она поправляла ему подушку, третьей измеряла пульс на запястье, а четвертой аккуратно вытирала пот со лба влажной салфеткой.

А еще у обеих девушек из-под волос на макушке торчали какие-то странные тонкие штуковины. Иван было решил, что этот какое-то медицинское оборудование, но, приглядевшись, понял, что ни хрена!

Это были усики-антенны. Прямо как у муравьев! И они шевелились!

— Дедушка Ваня проснулся! — радостно запищала вторая девица (с бейджиком «Бинтик»), пока две ее руки настраивали капельницу, а две другие восторженно хлопали в ладоши. — Какое счастье! Медовая сыворотка маменьки наконец сработала!

— Какой еще… дедушка? — прохрипел Иван, холодея от ужаса. — И почему у вас… почему рук так много?

Он скосил глаза на свою руку, в которую была воткнута игла капельницы. Из подвешенного рядом пластикового резервуара в его вену медленно струилась густая янтарная жидкость. Но страшнее всего было то, что его собственная кожа — бледная кожа человека, пролежавшего в коме несколько месяцев, — теперь мягко, призрачно светилась в полумраке палаты теплым золотым светом.

— ПОЧЕМУ Я СВЕЧУСЬ⁈ — в панике закричал Иван, пытаясь выдернуть иглу. — Меня что, облучили⁈ Кто вы такие⁈

— Не дергайтесь, дедушка Ваня, а то капельница выпадет! — ласково заворковала Шприц, без малейших усилий зафиксировав его плечи двумя руками, пока третья нежно гладила его по голове. — Это просто побочный эффект насыщения ауры янтарным нектаром! Очень полезно для регенерации клеток! Свечение пройдет через пару дней, честное слово!

В этот момент дверь палаты с грохотом распахнулась.

Иван инстинктивно вжался в подушки, ожидая увидеть вражеский спецназ Кривотолковых или монстров Бездны. Но в комнату с диким, заливистым рычанием влетели двое детей.

Они выглядели как крепкие двух-трехлетние карапузы. Но у девочки были белоснежные волосы, острые волчьи ушки и пушистый белый хвост. У мальчика — темно-каштановые вихры, такие же ушки и длинный черный хвост с белым кончиком.

Вместе они с яростным упорством перетягивали двухсоткилограммовый, покрытый слюнями кусок шипастой черной клешни какого-то крабоподобного демона.

— У-р-р-р! — яростно рычал темноволосый мальчик, упираясь пятками в ковер.

— Ар-р-р-р! — не менее воинственно отвечала белоснежная девочка, дергая добычу на себя.

— А-а-а-а! Дикие звери! Мутанты! — закричал Иван, судорожно натягивая одеяло до самого носа. — Откуда здесь волки⁈

В пылу борьбы белая девочка споткнулась. От резкого рывка мальчик выпустил добычу из клыков. Мокрая, тяжелая клешня краба Бездны, описав в воздухе дугу, с влажным шлепком приземлилась прямо на колени Ивану Безумову.

Мальчик, не долго думая, с победным рыком прыгнул сверху прямо на кровать «дедушки», намереваясь забрать игрушку, и грозно оскалил на него свои мелкие, но подозрительно острые зубки.

— Уберите от меня этого хищника! — взмолился несчастный отец семейства.

— Ой, Ярик, Диана, прекратите немедленно! — Бинтик попыталась поймать детей за хвосты, но те ловко увернулись.

В комнату, весело припрыгивая и держа в руках планшет, влетела Эмми. На ней были надеты укороченные джинсы, а ее рыжие волосы всё еще слегка дымились на кончиках.

— Дядя Ваня! — восторженно завизжала она, увидев его в сознании. — Вы проснулись! Какое чудо! А мы тут как раз…

— Эмми… — Иван посмотрел на нее как на ангела-спасителя. — Объясни мне… ради бога… что здесь происходит? Кто эти четырехрукие женщины? Почему я свечусь, как китайский фонарик? И почему на моей кровати сидит малолетний оборотень и грызет лапу чудовища⁈

Эмми радостно захлопала в ладоши, уселась на край его кровати (прямо рядом с рычащим Яриком) и выдала порцию информации со скоростью пулемета:

— Ой, дядя Ваня, вы столько пропустили, это просто улет! В общем, если коротко: Костя теперь Безумный Бог Бездны, у него третья синхронизация, он отрастил обсидиановые рога, но дети их уже наполовину сгрызли, потому что у них идеальный иммунитет к Бездне. Ах да, особняк наш взрывали раза три, но Костя его каждый раз отстраивал. Вот эти милые четырехрукие девочки — наши новые сестры-мирмеции, дочки Кости и покойной Мелинты, а эти двое волчат — ваши внуки от богини Лилии! Америка чуть не сгорела, но ее Президент теперь коммунист и светится розовым, когда врет! Ой, а еще у нас в саду левиафаны иногда пасуться, они дубы едят, но вы не волнуйтесь, они дрессированные!

Иван Безумов слушал этот поток сознания, чувствуя, как его мозг медленно, но верно плавится и вытекает через уши. Показатели на прикроватном мониторе замигали красным, издавая панические писки.

— Костя… бог?.. — прошептал Иван, бледнея сильнее прежнего. — Внуки-муравьи?.. Президент-коммунист?.. Левиафаны?..

В этот момент в палату величественным шагом вошла Кристина Валерьевна. В ее руках дымился поднос с тарелкой горячего куриного бульона. Выглядела Хранительница Очага так невозмутимо, словно вчера не было никакого апокалипсиса, а Мир Мертвых не стоял на ушах.

— Эй, милахи, а ну быстро прекратили грызть эту гадость при дедушке! — строго прикрикнула она на близнецов, выразительно сверкнув глазами. — Марш во двор, пока я вам обоим уши не пооткручивала!

Ярик недовольно зарычал, как бы намекая: ещё раз назовёшь меня милахой, я тебе бочок-то откушу! Тем не менее малыши подхватили свою слюнявую клешню и шустро вымелись из