Истинная ведьма - Евгения Ломанова

— Вячеслав Петрович, вы не забываетесь?

— Я? Нет. А вы, кажется, забыли, что я в первую очередь врач.

Что ж за тело мне такое досталось? Чуть что и сразу сомлела? Да как тут не сомлеть?! Откуда он тут взялся?! Ведь ликом, фигурой — один в один, как две росинки. А тут-то он что делает? Что за судьбинушка такая, завязалось да теперь и топором не разрубить.

Пока меня в горенке уложили, да вокруг меня суетились, я все дождаться не могла, когда доктор уйдет. И сам же не рад со мной рядом быть, что ж я не поняла? Допекла его видать совсем девка бесстыжая, да мне теперь и этот стыд хлебать. Каждый глоток горечью. Да такой, что и слезы иссушило и сердечко зачерствело.

— Вы меня слышите?

— Слышу, — отозвалась я, наконец.

— Очень сомневаюсь. Вчера только в обморок упали, а сегодня уже по округе катаетесь. И чего добились? Что же вам все на месте не сидится?

— Была нужда.

— Важнее собственного здоровья? Я вам так скажу. Не будете слушаться, я с себя всю ответственность снимаю. Так продолжаться не может. Вы себя до полного изнеможения доводите, а я каждый раз спасать должен? Увольте.

Мне бы с Маришкой поговорить, а он зудит над ухом как шмель над цветком. Только хотела сказать, что никто его тут и не держит, сам навязывается, а мне выговаривает, как дверь открылась и заходит ОН.

— Вы что-то хотели, Сергей Владимирович?

— Узнать о состоянии вашей пациентки, естественно.

— Какая трогательная забота. Хотя хорошего ничего сказать не могу. Нервное истощение у Ирины Дмитриевны, отсюда и частые обмороки.

— А! То-то я и вижу, что вы тут часто бываете. Следите за состоянием пациентки. Как я и думал.

— Думайте что хотите. Ваше право. Мне не в чем перед вами оправдываться.

— Ну конечно. Врачебный долг. Это так удобно.

— Не переходите грань.

И ко мне повернулся.

— Не выходите никуда. Никаких прогулок, катаний и прочего. Я строго вас предупреждаю. Минимум три дня. Лежать, отдыхать, принимать лекарства по часам. Вы меня поняли?

Я-то поняла, как и то что он сейчас точно уйдет. И так едва дышала от того, что князь прешёл, да еще и будто так и надо ко мне в спаленку. Что за непотребство? Только я и доктора теперь не хотела отпускать. Потерплю еще маленько, пока этот не уйдет. И странный у них разговор какой-то получился с князем. Не все я из него поняла, а Маришка снова где-то шатается!

Собрал доктор свои пожитки и на выход пошел. Я в одеяло вцепилась, язык к небу как прилип. Глаза поднять боюсь. Даже подумалось, может не взаправду все? Сон мне снится и я сейчас проснусь?

Маришка вернулась, да рано я обрадовалась, она пошла доктора провожать. Я и слова молвить не успела, как дверь закрылась, а князь со мной один на один и остался.

Я молчу, на одеяло свое уставилась и он молчит.

— Ирина. Я все же хотел бы для себя прояснить. До каких пор вы будете игнорировать мои слова?

Слова мудреные, да и сердечко мое бедное от его голоса так заколотилось, что я едва слышала. Будто снова в том костре оказалась… Не боялась я его, но и не дурная же! Он меня со свету сжил, каленым железом пытал, да водой, а потом и вовсе убил! И зверь от охотника бежит, опаску имея.

— Чего вы добиваетесь? Хотите меня разозлить? Или заставить ревновать? Ваши методы, уж простите, слишком незрелые, на меня не действуют. Пора бы понять.

О чем он там говорит? Никак уразуметь не могла. И слова вроде знакомые, да не складывались во что-то толковое.

— Но и позорить мое имя я вам не позволю. Мне казалось, мы с вами обо всем договорились, и вы поняли и приняли это мое требование.

А имя-то у него другое! Может все же это не он? Даже дышать легче стало. Что это я вообразила? Будто он и взаправду князь Вороней? Я кинула на него осторожный взгляд из-под ресниц. И тут же отвела. Ох! В костюме по местной моде, волосы короче и аккуратно приглаженные, да еще и без бороды. Но черты лица, фигура — все такое же! И глаза эти проклятые… Разве их забудешь?! И все же бает не по нашему. Ну то есть не так как я. Да и повадки совсем другие. Так же как со мной… Гляжу в зерцало и не пойму — я не я? Черты схожие, а вроде и другие. Неужто рок со мной играет? Может так быть, что этот молодец, да тот князь сродственники? Кровь не водица, не зря говорят. Но отчего ж именно я его встретила? За что мне эта мука?!

— Я пошел вам на встречу. Выполнил ваше смехотворное требование о переезде сюда. Чем же вы не довольны? Зачем дальше поддерживаете компрометирующую связь с этим доктором? Хотите еще один скандал устроить? И что же вам спокойно все не живется, Ирина?

И стараюсь слушать и все равно не пойму ничего. О чем они там договаривались? Почему кличит меня по другому? И что же он тут делает, самое важное, что я хотела бы сейчас знать.

— Так и будете молчать? Даже отрицать и объясняться, по вашему обыкновению, не будете? Неужто и слез не будет?

Мне ему сказать было нечего.

— Как пожелаете, — говорит тут он и лоб перстами поттер, будто от усталости. — Я все-таки надеюсь, что эта ваша внезапная “болезнь” не очередной фарс. У меня дела в городе, я останусь тут на несколько дней. Уж потерпите мое присутствие.

Останется?! Да с какой это радости?

Дверь открылась и Маришка вошла. Застыла, будто не зная, что делать, остаться или все-таки за дверью ждать.

Вороней ее сомнения сам разрешил. пошел на выход. А на пороге он ко мне оборотился:

— Выздоравливайте. Ирина Дмитриевна.

Мне будто пером мокрым вдоль хребта провели, так он это сказал.

Пусть сил у меня совсем не было, но все же я Миришку тут же за руку схватила и в глаза ей заглянула.

— Говори. Кто он такой?

Она стоит, на меня не мигая смотрит. И молчит!

— Кто. Такой. Сергей. Владимирович.