Трусы на люстре, или И смех, и грех - Елена Амеличева

- Слушай, Зоя, - сказала она медленно. - А у меня к тебе дело есть.

- Какое? - я насторожилась.

- Ты же у нас по хозяйству мастерица? Дом вести умеешь, детишек растить, готовить, убирать?

- Умею, - осторожно ответила я. - А что?

- Понимаешь, есть тут один... эээ... знакомый. Дракон. Генерал. В отставке, правда, но это не важно. - Тетушка понизила голос, хотя в комнате никого не было. - Живет неподалеку, в замке. Ранен был в бою, теперь без ипостаси драконьей сидит, бедолага. Жена от него сбежала, к демону, между прочим, - тетушка кивнула в сторону окна, видимо, намекая на соседа Модюса. - В общем, сидит он один, еле ходит после ранения магического, злой, как тысяча чертей, хозяйство запустил, прислуга разбегается, жрать нечего. А я за ним приглядываю, ну, по-соседски. Но я сама старая, мне уже трудно мотаться туда-сюда.

Я начала подозревать неладное. Сердце неприятно ёкнуло.

- Тетя Фифа, вы хотите сказать...

- Хочу, - кивнула она. - Ты ж все равно без дела. Детей пристроила, они у меня поживут, с волками пообщаются, с Брутом подружатся. А ты бы съездила к генералу, посмотрела, что там у него. А то пропадет ведь мужик. Жалко.

- Жалко? - переспросила я, чувствуя, как внутри закипает возмущение. - Тетя, я только что от одного дракона сбежала! Вы хотите, чтобы я к другому поехала? Или вы так гостей не любите?

- Ну, этот хотя бы не изменяет, - резонно заметила тетушка. - У него просто жена сбежала. Разница есть?

- Разница есть, - согласилась я. - Но я не целительница! Я не умею лечить драконов!

- А кто говорит про лечение? - удивилась тетушка. - Там врач лечит. Вроде как. Если он не прибил еще его. Там просто порядок навести надо. Чтобы жрать было что, чтобы в доме чисто, чтобы прислуга не разбегалась. Ну и самому ему... эээ... компанию составить. Поговорить. - Она хитро прищурилась. - Он, говорят, озлобился совсем, но это от одиночества. Раньше нормальный дракон был. Мужики без баб дичают. Ты же знаешь.

- Знаю, - я вздохнула, вспомнив Атамира, который, судя по всему, начал дичать прямо при мне.

- Ну вот. А ты у нас баба умная, красивая, с детьми управилась, с хозяйством управишься. И драконов боишься не больше, чем надо. В самый раз.

- Тетя, вы с ума сошли, - сказала твердо. - Я приехала отдохнуть от драконов, собраться с мыслями, понять, как дальше жить, а вы мне новую проблему подсовываете!

- А ты не отдыхать приехала, - отрезала тетушка, и в ее глазах блеснул стальной огонек. - Ты приехала жизнь менять. Вот и меняй. Бери быка за рога. Или дракона за... ну, за что там их берут?

- За хвост, кажется, - подсказала обреченно.

- Вот, - она кивнула. – Не мне тебя учить. Займешься делом, развеешься, заодно хорошее дело сотворишь. Чем плохо? Ну, так как, возьмешься?

- Я подумаю, - увильнула от прямого ответа. – Надо немного придти в себя после труселей и дороги. Там видно будет.

- Вот и умница, - тетка довольно улыбнулась и хлопнула себя по ляжкам. – А теперь пойдем-ка спать. Утро вечера мудренее, как умные люди говорят!

Глава 17. Мудрёное утро

Глава 17. Мудрёное утро

Утро, вопреки традиции, оказалось не мудрее, а мудрёнее.

Я спала и видела потрясающий сон. Мне снилось, что Атамир ползает на коленях по нашей бывшей спальне и собирает с паркета розовые труселя, а я стою над ним с той самой сковородой и диктую условия капитуляции. Условия были суровые, но справедливые: весь его генеральский гарем переходит в моё личное пользование в качестве прислуги, а сам он до конца дней будет ходить в фартуке и жарить мне по утрам яичницу.

Идиллия рухнула в одно мгновение. Снаружи, со стороны двора, раздался такой истошный вопль, что я подпрыгнула на кровати, запутавшись в одеяле, а где-то в коридоре с грохотом упало, судя по звуку, не то ведро, не то сама тетушка Фифа.

- Мама! - заорали четыре глотки одновременно, и в мою комнату влетела делегация в лице Виктории, тащившей на буксире сонных, но перепуганных двойняшек и Мелиссу, которая тащила за шкирку Пипа (кот, кажется, даже не проснулся, только жалобно мяукнул во сне).

- Я слышу, - рявкнула, пытаясь на ощупь найти халат. Вопль на улице повторился, теперь к нему присоединился второй, более молодой и визгливый. - Какого демона там происходит?

Мы гурьбой вывалились в коридор, где нас уже поджидала тетушка Фифа. Она стояла у распахнутого окна с ружьем наперевес, но стрелять не спешила. На ее лице застыло выражение, которое бывает у кота, наблюдающего за глупыми мышатами, которые вот-вот попадут в мышеловку.

- Что там? - крикнула я, подбегая.

- Цирк, Зоюшка, - хмыкнула она, не оборачиваясь. - Самый настоящий цирк с волками. Бегом к окну, пока не съели главных клоунов. Любуйтесь. Представления такого размаха у нас тут редко случаются.

Мы с девочками ворвались в соседнюю комнату и распахнули ставни.

Картина, открывшаяся нашим глазам, была достойна кисти художника-сюрреалиста, который перед этим хорошенько хлебнул чего-то запрещенного.

Посреди двора, там, где вчера вечером волки мирно провожали нас голодными взглядами, стоял экипаж. Самый обычный, дорожный, с кучером на козлах. Вернее, кучера на козлах уже не было. Кучер переместился на крышу экипажа.

Вместе с каким-то молодым парнем в дурацкой ливрее посыльного - ярко-желтой, с дутыми рукавами и медными пуговицами, которая делала его похожим на одуванчик-переросток.

Они сидели на крыше, вцепившись друг в друга и в багажную решетку, а внизу, вокруг экипажа, шло самое настоящее совещание волчьей стаи.

Волков было штук двадцать. Они сидели полукругом, как зрители в театре, и с живейшим интересом наблюдали за происходящим. Вожак - огромный, седой, с умными глазами - даже припал на передние лапы и вилял хвостом, как собака, которой пообещали вкусную кость. Еще бы, разносолов им природа послала! Целых два, да еще и в праздничной, похоже, упаковке.

- Мама, - завороженно прошептала Вика, прижимаясь к моему плечу, - а почему они на крышу залезли?

- Потому что внизу волки, милая, - так же шепотом ответила я.