Элдрич - Кери Лейк

Приподняв брови, я наклонила голову. - Я впечатлена. Я ожидала более бурной реакции.

Он пожал плечом. - Вовсе нет.

Изучая его бесстрастное выражение лица, я нахмурилась. - Что ты сделал?

Сжав губы, он покачал головой. - Ничего серьезного.

- Что значит ничего? — спросила я ровным тоном.

- Просто добавил в его вино немного настойки пурганового корня.

Раскрыв глаза, я сжала губы, чтобы сдержать смех, подкатывающий к горлу. - Скажи, что ты этого не делал.

Пургановый корень — сильное слабительное, действие которого длится несколько часов. - Где ты это нашел?

- У жрицы довольно обширная коллекция эликсиров.

- Ты вломился в ее храм?

- Дверь была не заперта. Никто не охранял. Я посчитал это приглашением взять все, что захочу. - Легко толкнув меня рукой, он подтолкнул меня на свои колени, и платье поднялось чуть выше бедер, когда я оседлала его ноги. Он приподнял бедра достаточно высоко, чтобы достать из кармана маленький флакончик с розовой жидкостью, и поднял его, чтобы я могла разглядеть.

- Что это?

- Афродизиак, — сказал он и наклонился, чтобы поцеловать мою шею.

Я выхватила флакончик из его рук и поставила его на столик рядом с нами. - Мне не нужен афродизиак с тобой.

- Неужели?

- Мм-хммм. - Я обхватила его шею руками, пока он целовал линию вдоль моего горла. - Очень легко возбуждаешься.

- Не так сильно, как возбужусь, когда это платье снимется, — сказал он, прижавшись к моей шее, зацепив пальцами верхние края разрезов на моих бедрах. Он поднял его, обнажив изгиб моей попки, обхватил ладонями мои щеки и, подняв подбородок, прижался к моим губам. Именно в этом поцелуе его поведение изменилось.

Руки, которые всего несколько мгновений назад с непреклонной решимостью сжимали меня, задрожали, но не от желания и не от страсти. Он сжимал меня с напряжением, словно дамба, которая вот-вот разломится. Его взгляд опустился, прервав поцелуй. Брови сдвинулись, и снова на его лице мелькнула та редкая тень уязвимости. Единственный раз, когда он, казалось, ослабил бдительность. - Мне нужно…

Я прижала подушечку большого пальца к его губам и поцеловала его в макушку. - Я знаю, — прошептала я. - Тебе не нужно просить меня об этом.

Острая интенсивность его взгляда притупилась, превратившись в что-то преследующее и пустое, переполненное невысказанными кошмарами. Нежные руки скользнули к моей пояснице, как будто он искал в моих глазах какой-либо признак колебания. Возможно, нерешительное мигание или проблеск отвращения. Вместо этого я удержала взгляд твердым, уверяя его, что со мной все в порядке, несмотря на мое отвращение к тому, чтобы причинить ему боль.

Его ладонь обхватила мою щеку, и сквозь этот мучительный взгляд он смотрел на меня, словно я была чем-то священным, тайной, которую он жаждал сохранить для себя.

Я Видела, как он с неумолимой жестокостью пронзает своим клинком людей и чудовищ, но то, как он держал меня с таким почтением, словно хрупкую реликвию в своих изрезанных шрамами руках, заставило мое сердце сжаться от боли за него.

- Мне снились сны о тебе, Лунная Ведьма. Когда те существа набросились на меня, а церковь рушилась. - Он притянул мои губы к своим и жадно впился в каждый мой выдох в поцелуе, который был грубым и неискусным , пожирая и сжимая меня, словно я могла исчезнуть из его объятий. - Сквозь боль ты пришла ко мне. - Он поцеловал мою челюсть. - Эликсир в моей крови. - Его губы скользнули по изгибу моей шеи, и он поцеловал основание горла. - Успокаивающий вздох для этой ярости, которая кипит внутри меня. Ты утишаешь шум в моей голове. Звон и крики. - Он провел ладонью по моему плечу и поцеловал изгиб кости. - Я не могу обрести покой без твоего прикосновения.

Я пропустила пальцы сквозь его волосы и обхватила руками его широкие и крепкие плечи. - Позволь мне дать тебе то, что тебе нужно. - Мягко потянув, я откинула его голову назад и поцеловала его шею, улыбаясь, когда мужской звук удовлетворения задрожал у моих губ.

Платье поднялось выше, его ладони следовали за ним, касаясь каждой изгиба и впадины моего тела. Пока он не дотянулся до моих рук, поднимая их вверх, когда он стягивал платье через мою голову и отбрасывал его в сторону. Свет от пламени камина мерцал в его глазах, освещая отблеск благоговения в них, когда он смотрел на меня. Он собрал мои руки за спиной и прижал одну из моих грудей к своим губам, стоная, когда сосал мой сосок.

Тяга его губ заставила меня откинуть голову назад, и я застонала, прижимая бедра к выпуклости в его кожаных штанах.

Он откинулся назад и снял тунику через голову, обнажив высеченные как камень мускулы. Его руки подняли мои и прижали их к его груди, где, под всем этим железом и разрушением, его хрупкое сердце билось у моей ладони.

Глубокий след от шрамов, которые я оставила там, скользнул под моим пальцем, и хотя я понимала, что они для него значат, они все равно беспокоили меня. Я наклонилась вперед, чтобы поцеловать их, почувствовав, как он напрягся, а затем задрожал возле меня.

Он снова приподнял бедра и расстегнул брюки, а я приподнялась настолько, чтобы он смог стянуть их с бедер, и его мужское достоинство выскочило на свободу. Твердое и набухшее, оно высоко возвышалось над его бедрами, а те злые полоски блестели в свете.

Когда я нежно провела своими металлическими пальцами по его нежной коже, он схватил меня за запястья, его глаза умоляли, когда он смотрел на меня.

- В чем дело? Что не так? — спросила я.

- Во мне есть какое-то сильное желание. - Он провел моими ногтями по своей груди, и лихорадочная страсть затянула его взгляд, голова откинулась назад в знак сдачи, словно это единственное прикосновение моих ногтей вырвало из него всю силу. - Я не могу думать. Я просто хочу. И твое прикосновение… оно так на меня действует. Умоляет меня взять, — сказал он сквозь стиснутые зубы, мышцы напрягались под моими скользящими пальцами. - Я возьму слишком много.

- Ты не можешь взять слишком много. Не тогда, когда я отдаю себя добровольно. Всю себя. Для тебя, Зевандер. -