Путь от змеиного хвоста - katss

— Чё? — моментально оторвалась от железок Холодкова. — Чё, правда могут восстановить?

— Я не мастер, — усмехнулась. — Обсудите на досуге.

— Ясно, — вздохнула Соня и вернулась к сложному выбору.

— Нет ничего невозможного, если ты обнаглел в достаточной степени, — достаточно тихо шепнул мне Арсеньев, мимо которого я была вынуждена пройти к выходу. Вездесущий товарищ просто… С глазами монстра. И пахнет… да, зараза, как мои любимые духи он практически пахнет! Оттого и запомнила!

— Главное в жизни — не дать обвести себя мелом! — так же тихо огрызнулась я и достаточно медленно, чтобы это не смотрелось как побег, пошагала к лифтам. Хмыкнув мне вслед, Игорь принялся кошмарить лысого по третьему кругу…

Да. Теперь я очень хорошо понимаю, почему товарищ Серов после интимных встреч с Рыжей такой нервный. Я б на его месте новопассит не просто пила, я бы с ним кальян курила! Учитывая их последнюю рекламу с феями, радугами и единорогами… Да…

Заскочила к капитану забрать позабытую куртку. Чемодан он обещался передать Стрешневу, чтоб я не рисковала здоровьем окружающих, вновь везя эту фигню притороченной к непредназначенному для подобных перевозок мотоциклу… Да, надо ж было и под чемоданчик сбрую доклепать, а не сообразила! Ладно, к следующему порталу сразу в броньке приеду, а сменный шмот засуну в рюкзак. Всё равно меня пока по ним водит "за ручку" куратор. Авось и грязное на обратном пути заберёт…

Братьев, после всех осмотров у Житова, Дима же и обещался отвезти домой и сдать на руки озверевающей от неизвестности Ирке… Получила на дорожку шоколадку. И в на диво хорошем настроении вприпрыжку выскочила на лестницу, до которой от кабинета Немоляева было рукой подать, в отличие от далёких лифтов, возле которых опять кто-то тусовался с мебелью на колёсах. Обеды они тут начальству на этаж возят, что ли?… Уже на ходу включила плеер в телефоне и воткнула правый наушник, как с разлёта чуть не впилилась во что-то. Знакомое такое. Знакомо пахнущее…

— Блядь, — зализала прокушенную от внезапного столкновения нижнюю губу.

— Оригинально, — фыркнул после недолгих раздумий Арсеньев, и тут у меня зазвонил телефон. Дима. Спаситель!

— Да.

— Вы уже внизу?

— Нет, ещё на лестнице. Нужна?

— Просто хотел сказать, что во дворе школы Вячеслава уже третий час подряд нехарактерное оживление. Бетельгейзе передал. Опережая ваше возможное возмущение: да, оба двора под присмотром. С некоторых пор. — Я откашлялась. Нет. То что Светлов теперь контролирует ближайшие камеры — это отлично. А вот шевеление…

— Кто там воду мутит?

— Что самое интересное, школьницы. Гоняют вашего племянника по территории. Раньше он от них спасался в мужском туалете и коридорах. Но, видимо, уроки кончились. — Глянула на часы. Начало пятого. Да, как раз последний был… Видно, мелкого реально пора спасать.

— Василиса, можете как-то пролить свет на происходящее? — хмыкнул идущий куда-то лейтенант.

— Да всё просто. Я у них в классе сегодня, в рамках эксперимента администрации, литературу читала. А уже на перемене узнала, что ребятам грозит "аве мария" и рванула в больничку. Но не учла, что дети в этом возрасте порой излишне впечатлительны.

— …Василиса. С вашими полётами по Москве скоро треть столичных ДПС-ников масть сменят на седую, — откашлялся Стрешнев. — Они тоже излишне впечатлительны?

— Незачёт за шутку, товарищ куратор. Я не одна такая. И у вас всё же туго с юмором… Продолжайте упражняться.

— Вы мне зубы не заговаривайте, охотница Рощина. Как вы ушли из школы?

— Скажем так, напрямик…

— Василиса, "напрямик" там только окна!

— Ну я о чём и толкую… — пожала плечами. Арсеньев, внаглую подслушивающий и явно никуда не торопящийся, продолжал перегораживать мне довольно широкий лестничный пролёт и молча ржал. И вообще был всем доволен… Если судить по общей позе. В глаза я ему старалась не смотреть. Может, когда стану ближе к "А", он перестанет оказывать на меня такое давление?

— Василиса… — замер в движении лейтенант.

— Дмитрий…

— Тьфу на вас! — возмутился Стрешнев. — Мы же договаривались!

— Короче, организуйте мне зелёный коридор, а? И будем в расчёте! — бросила трубку, танцевальным па просочилась мимо Арсеньева и продолжила забег вниз. И чем мне лифты не понравились?!

Через пять минут этот удивительно терпеливый человек Дима прислал в сообщении разовый код для подключения к общей сети через телефон. И пообещал связаться с мелким. Вбила в навигатор, завела мотор и, плавно набирая скорость, выскочила на поверхность. Перед самыми школьными воротами так же плавно затормозила, содрала шлем с балаклавой и повесила на руль. Услышала шум откуда-то сбоку и решила обогнуть здание.

Так и есть. Славка драпал от четвёрки решительно настроенных девиц по свежевскопанным клумбам. В спину всей компании орал явно что-то матерное местный дворник, и тряс пластиковой метлой. Завидев в удлинившихся тенях сворачивающий двухколёсный силуэт и услышав шум мотора, племяш обрадовался мне больше, чем мороженому "Баскин Робинс", поднажал и с ловкостью обезьяны перелетел через забор из крепкой рабицы. Даже рюкзак не помешал. Девчонки в юбках к таким подвигам оказались не готовы… Дальше их всё-таки догнал дворник и метко наподдал по задницам любимым хозяйственным инструментом.

— Фух, наконец-то этот кошмар закончился! — Славка без лишних приглашений напялил защиту и уселся позади. — Поехали, пока твой гарем не расчухал!

Чуть светящийся золотом щит будто сам собой наполз на лицо. Я переключила с холостых и газанула. В спину донёсся разочарованный вопль. Славка поёжился.

Высадила его под подъездом, получила обратно шлем и поехала отгонять мот в гараж.

Дома меня встретил встопорщенный племяш с таким же встопорщенным Потапом. Столовой ложкой наворачивающий из зверски вскрытой ножом банки варёную сгущёнку.

— Аппетит испортишь. Ты хоть руки-то мыл? — походя сделала замечание, содрав перчатки, бутсы и куртку.

— Мыл, — мрачно буркнул забеганный Слава. — Мне нечего портить, я б слона сейчас сожрал! И в школу завтра не пойду!

— Это что-то новенькое… — с интересом протянула я, умываясь под краном в ванной. — Так что произошло?

— Что-что… — скривился подросток. — Теперь у половины школьников моральная травма. Им чудо-баба литературу преподавала!…

Я закашлялась. Нет, не такой постановки вопроса я ожидала, совсем